«Вежливый какой! — подивилась Лида. — Ну-ну, послушаем, что ты мне расскажешь…»

— Наверно, вы уже догадались, — произнес Роберт, — что вас привезли в одну из африканских стран, где идет гражданская, а точнее, межплеменнная война, в которой сражаются четыре крупные группировки, борющиеся за контроль над богатствами этого государства. Богатства немалые и, прямо скажем, весьма аппетитные: уран, никель, золото, алмазы и, наконец, нефть. Запасы всего этого, по прогнозам специалистов, весьма велики, хотя и слабо разведаны, не говоря уже о том, что промышленная добыча практически не ведется. Нужны иностранные инвестиции, а кто будет вкладывать деньги в страну, где нет более менее стабильной власти? Приходится для начала вкладывать деньги в установление этой самой стабильности. То есть помогать победе какой-то группировки, рассчитывая на то, что она уничтожит все остальные или, по меньшей мере, заставит их признать свое лидерство. Вам понятно, о чем я говорю? Или для вас это слишком сложно?

— Нет, почему же? — с серьезным лицом произнесла Лида. — Я все понимаю.

Правда, я лично никакую из этих группировок не поддерживаю. И вообще, ни политикой, ни бизнесом не занимаюсь.

— Приятно это слышать. Тем не менее вы являетесь служащей одной из теневых корпораций, которая имеет здесь серьезные финансовые интересы. Хотя, я могу это допустить, даже не подозреваете об этом.

— Уж это точно, — заметила Еремина.

— Не буду утверждать, что я принял ваше заявление на веру, но об этом позже. Будем считать, что о своей работе на теневую корпорацию вы узнали от меня. Будем ее называть условно «Икс-корпорейшн». Она поддерживает в этой стране группировку, возглавляемую генералом Алмейдой. В данный момент он контролирует столицу и провозглашает себя законным правительством. Но фактически, минимум две трети страны его власть не признают и не собираются признавать. Потому что есть еще три подобных корпорации, которые уже вложили довольно большие средства в поддержку противников Алмейды. К тому же некоторые из них уже сейчас контролируют месторождения, из-за которых идет побоище, что, естественно, намного важнее контроля над столицей. Наверно, вполне логичным было бы разделить страну на три-четыре государства, но как проделать это на взаимоприемлемых условиях, пока неизвестно. Если бы здесь сталкивались интересы сверхдержав, все было бы проще. Сейчас речь идет о столкновении негосударственных интересов. Причем все четыре корпорации, соперничающие в здешних местах, транснациональны, и нельзя точно сказать, какой капитал преобладает в каждой из них… Впрочем, вас, наверно, больше интересует собственная судьба, поэтому я заканчиваю эту затянувшуюся лекцию. Собственно, суть ее состояла в том, чтобы показать вам, что вы оказались втянуты в очень серьезную и сложную схватку, где не делают скидок на пол или возраст. Жизнь отдельного человека, подобного вам, стоит очень мало, поверьте мне на слово.

— Это точно, — вздохнула Лида. — Я и то удивляюсь, что до сих пор жива.

Я ведь ровным счетом ничего не знаю. Мне просто сказали: съездишь туда-то, отвезешь то-то. И все! А про Африку и все дела мне ничего не говорили.

— Правильно. К сожалению, вам фатально не повезло. Ваши боссы из, условно говоря, «Икс-корпорации» провели несколько недружественных шагов против, условно говоря, «Игрек-корпорации», с которой сотрудничаю я.

Естественно, что в ответ были предприняты аналогичные шаги, в результате одного из которых вы попали к нам. Сами по себе вы и впрямь ничего не стоите. Мы могли бы уничтожить вас на месте, там, в России, как только тюбик «Аквафреш» со своим содержимым перекочевал к нам. Этот тюбик ценнее вас в десятки тысяч раз. Однако мы решили, что полезней будет привезти вас сюда, хотя, согласитесь, вывезти из России живого человека, тем более на другой континент, — дело достаточно сложное и дорогостоящее.

— И зачем же вы на такие расходы пошли? — захлопала глазками Лида.

— Кое-кому, в том числе и вашему покорному слуге, показалось, будто есть возможность установить с вами сотрудничество. Не скрою, что и сейчас в возможность этого сотрудничества верят не все, но я позволяю себе проявлять оптимизм. Вы из нового, прагматичного, поколения русских людей, которое уже десять лет живет в условиях свободы от коммунистических догм и преобладания западных ценностей. И я почти уверен, что вы не захотите отдать свою жизнь за интересы «Икс-корпорейшн», если «Игрек-корпорейшн» предложит вам весьма неплохие условия…

И ОПЯТЬ ПОЛИНА

Таран сидел в хорошо знакомом по прежним командировкам пассажирском отсеке грузового «Ан-26», неторопливо крутившего винтами в сторону Москвы. На сей раз он летел один, в гражданке и без оружия, потому что, согласно уверениям Пти-цына, никакой силовой работы не предвиделось. Но что конкретно предвидится — Птицын не сказал. Весьма возможно, что и ему просто приказали прислать рядового Тарана, а зачем — не объяснили.

Несмотря на то что минувшей бурной ночью Юрке удалось поспать всего пару часов — с четырех до шести, самочувствие у него было приличное, настроение в целом бодрое, и даже какого-либо морального похмелья не наблюдалось. Не говоря уже о том, что Таран совсем не переживал каких-либо мук ревности. Хотя не исключалось, что Полянин, после ухода Юрки, еще разок захочет трахнуть Надюху. Может, совместно с Майкой, а может, просто так. Тем более что вечером Тарана, скорее всего, дома не будет. Вполне могут провернуть свое па-де-труа, в которое вчера вмешался Таран и превратил в па-де-катр.

Самолет благополучно приземлился через полтора часа после взлета. Сразу после посадки, едва открылся бортовой люк и на поле выставили лесенку, Юрку встретили два крупных дяденьки и вежливо усадили в джип «Гранд-Чероки». Там обнаружились еще два таких же, один за рулем, другой на переднем сиденье.

Тот, что сидел на переднем сиденье, подал Тарану что-то типа мешочка из плотной черной ткани и пробасил:

— Надень на голову, боец. Лучше, если ты слегка побудешь незрячим.

Таран, как дисциплинированный солдат, отказываться не стал. Опять же понимал, что если эти дяди захотят, то наденут на него этот мешок, а если будет выступать, то и наручники.

В общем, с мешком на голове Таран поехал неведомо куда. Везли его, однако, совсем недолго, похоже, что с одного края аэродрома на другой. Судя по звуку, здесь крутила винтами грузовая «восьмуха» — аппарат для Юрки хорошо знакомый. Таран Думал, что сейчас его выведут и пересадят, однако послышался скрип задней аппарели, и джип попросту въехал в вертолет, где его застроповали, не высаживая никого из кабины.

Потом «восьмуха» заурчала интенсивнее и вскорости поднялась в воздух.

Полет продолжался всего минут двадцать, вертолет благополучно приземлился, задний люк открыли, и джип выкатился на волю. Мешок с Юрки по-прежнему не снимали, и он воспринимал окружающий мир, по большей части, на слух.

Покатили дальше и где-то через четверть часа остановились. Юрка услышал жужжание электромоторов и лязг открываемых створок. Потом джип въехал в некие ворота, повернул налево и . по небольшому уклону съехал вниз, по-видимому, в подземный гараж. Тут Тарана вывели из джипа, но мешок все еще не сняли. Мужики взяли его под локти и довели до лифта, на котором подняли на один, максимум на два этажа вверх. Потом прошли несколько метров по коридору, перешагнули через высокий и широкий порог. Конвоиры отпустили Юркины локти, отошли куда-то назад, и там гулко лязгнула, закрывшись, тяжелая, судя по всему, броневая дверь.

Вот тут-то с головы Тарана сдернули мешок, и обнаружилось, что он находится в помещении, напоминающем приемный покой больницы. Здесь же выяснилось, что верзилы-сопровождающие куда-то удалились, должно быть, за броневую дверь, а вместо них рядом с Тараном находятся два не менее плечистых дяди в голубой униформе с нашивками «СБ ЦТМО». Кроме них, за письменным столиком в углу комнаты сидел мужичок более интеллигентного вида, в медицинском халате и при фонендоскопе.