Комендант тихо, понимая, что ее постоялица уже унеслась своими мыслями в какие-то свои воспоминания, вышла, и тихо прикрыла за собой дверь…

Мила только провела ее мутным взглядом, потом прислушалась к негромким, удаляющимся шагам, раздававшимся из коридора за дверью, и откинулась всем телом на кровать, забросив руки за голову…

Ее взгляд скользнул по давно небеленому потолку, потом в углы, где сходились потолок и стены, и увидела там легкие, воздушные кружева паутины…

«…Ничего… Пауки, люди говорят - это к добру…»

И через секунду нырнула с головой в воспоминания двухнедельной давности…

***

Конец апреля 1942 г. Две недели назад…

…После той памятной для них обоих встречи, того сумасшедшего боя, и той неудержимой контратаки, в которую повел капитан Николаев свой батальон прошло всего пара недель…

И все это время Сергей, настаивал, чтобы Мила уехала в тыл… Особенно после того, как узнал о ее недавнем ранении…

- Мила, послушай меня… Езжай ты отсюда… Ну что тебе на фронте делать?.. - Говаривал он по ночам, когда она, уже утомленная его любовью, засыпала на плече комбата в его блиндаже. - Поедешь в Москву… Там есть хорошие врачи… Тебя прооперируют в нормальных условиях, а не в медсанбатовской палатке, как тот коновал, глядишь и наладится все!.. Ведь мы же хотим с тобой детей, Милка! А там тебя наверняка вылечат! Ну что тебе здесь, на фронте делать!

- Тот майор вовсе не коновал, Сереж! - Отвечала ему полусонно Людмила. - Он мне жизнь спас, на самом деле… Если бы не он, то кто знает, как бы оно было… Может быть я бы и вовсе кровью изошла… А на фронте… Ну как же я теперь уеду отсюда, когда меня вся армия знает?

Она хитро смотрела на него из-под полуприкрыты ресниц:

- Не может лучший снайпер Приморской армии просто так взять и уехать в тыл! Для этого серьезный повод нужен, товарищ мой любимый капитан! - Улыбалась она томно. - Да и как же я тебя теперь здесь одного оставлю, скажи на милость? Ты же без меня здесь всю войну проиграешь, даром, что кадровый офицер! Я теперь здесь твоя самая главная «палочка-выручалочка» со своей винтовкой, Сереж!..

- Ну, что ж ты такое говоришь-то, Люда!!! - Тут же вскипал горячий капитан, а ей было смешно наблюдать за тем, как он кипятится и пытается доказать ей свою правоту. - Причем здесь все это?!! Войну мы, уж как-нибудь, и без тебя не проиграем! А ты хоть понимаешь, что со мной творится всякий раз, когда ты в свой очередной поиск на «нейтралку» уходишь?!! Понимаешь?!! Да уж лучше бы мы вовсе не встречались, в самом деле!!! Раньше я просто знал себе, что моя невеста живет где-то, далеко от фронта, и сердце было спокойно! А теперь что? Да я скоро, наверное, не от пули или от осколка погибну, а оттого, что разорвалось сердце от переживаний за тебя!

- Ты еще молодой, Сереж!.. - Улыбалась Мила. - И сердце у тебя молодое и здоровое… И вообще ты очень крепкий и сильный!..

- Да какое там! - Вскрикивал молодой капитан. - Я же боюсь теперь!!! Боюсь до одури!!! За тебя боюсь!!! Всегда, когда ты на свои «поиски» уходишь! Понимаешь, ты? Да я, как только узнаю, что снайперская группа опять ушла на «нейтралку», так у меня весь батальон тут же встает под ружье! Я же, случись чего, готов за тебя не только весь свой батальон поднять - я сам, один, против полка фрицев в атаку пойду!!! Уезжай отсюда, Мил, от греха подальше!.. Прошу тебя!.. Уезжай в тыл… Полечись… Ведь четыре же ранения уже!!! А это уже не шутки! Да такое не каждый мужик переживет!!! Хватит уже с тебя - навоевалась!!! Езжай, лечись, а мы тут и без тебя справимся…

- Да как же я уеду-то, дурачок! - Улыбалась она в ответ. - А же уже не просто Мила Сизова, Сережка, я теперь лейтенант Сизова! Командир снайперского взвода! Как же я могу, просто так взять и уехать? Это же теперь совсем не просто сделать!!! На меня же теперь все смотрят! Почитай вся страна!.. Не могу я теперь просто так, без оснований взять и попроситься с фронта - не поймут меня, товарищ капитан, не поймут!..

- Без оснований говоришь… Ладно!.. Я тебе организую эти самые «основания»! Я не я буду, а организую!!!

- Пристрелишь что ли? - Смеялась лейтенант.

- А хоть бы и так! Только бы ты подальше от фронта очутилась!..

- Боже!!! Какой же ты у меня дурачок, товарищ капитан Николаев! А еще целый командир батальона!..

Да только видать, не знала Мила, каким упорным в достижении своей цели, каким настырным может быть ее любимый капитан… …А потом случился день, который опять повернул судьбу знаменитого лейтенанта на 180 градусов… …В тот день, вернее утро, в блиндаж снайперского взвода заскочил взмыленный солдат-посыльный и сообщил, что ее, лейтенанта Сизову, срочно вызывает к себе командир полка.

- Где он? - Спросила Мила, вскакивая с жесткого топчана, на который улеглась всего час назад, вернувшись из очередного «поиска» с нейтральной полосы.

- Дык… У дороги! На воем «Виллисе» подъехал, и сразу же за вами послал, товарищ лейтенант…

- Ладно!..

Она выскочила из блиндажа и широким шагом, иногда переходя на бег, направилась туда, где ее ожидало полковое начальство…

Вдоль полевой дороги шли пешие колонны советских солдат… Грузовики тянули за собой пушки и полевые кухни, оставляют за собой клубы густой пыли…

А лейтенант Сизова, улыбаясь, бежала по вдоль дороги, придерживая, предательски сползающую с головы, пилотку…

Она обгоняла по пыльной обочине идущие колонны солдат, и иногда, кому-то приветливо махала рукой…

В мужских, мешковатых солдатских брюках и гимнастерке, в петлицах которой, в целях маскировки, небыло никаких «треугольничков» и «кубарей» - снайпер есть снайпер, и он даже в своем глубоком тылу, не должен выделяться среди основной массы солдат… А уж тем более такой известный, как Мила, на которую вражеские снайперы уже давно объявили охоту…

И только хромовые сапоги выдавали ее принадлежность к офицерскому составу…

Ну и еще, конечно, если приглядеться повнимательнее, Милу немного демаскировало ее же оружие… На правом плече девушки висела стволом вниз - признак высокого профессионализма в своем деле - снайперская винтовка «Мосина» с оптическим прицелом в брезентовом чехле…

Ветер трепал развивающуюся за спиной большими крыльями, темно-зеленую плащ-палатку, а Людмила упорно продвигалась вдоль полевой дороги вперед, и уже видела издалека конечную цель своего пути…

Командир полка стоял у открытого «Виллиса», притормозившего на обочине, чтобы не мешать движению войск. А рядом с ним стояли начальник штаба полка и командир батальона капитан Николаев…

Водитель, красноармеец средних лет, как то и положено было водителю, поковырялся какое-то время в двигателе американского джипа, и, захлопнув, наконец-то капот, стал протирать его тряпкой, а через некоторое время уселся, наконец-то за руль…

- Спасибо, товарищ подполковник! - Проговорил капитан Николаев, обращаясь к комполка, пока его не услышала Мила. - Я пытался ей объяснить… Не женское дело - война, в самом деле… Но разве ж она послушает… Вот где характер, так характер - кремень!..

Командир полка, глядя на проходящие мимо колонны солдат и техники, снял с головы пилотку, и вытер носовым платком взмокший лоб:

- Благодарить меня не стоит, Николаев… Раньше, для отправки в тыл Сизовой оснований не было… А тут, как раз приказ Наркомата Обороны подоспел… Так что я тут не причем…

Николаев, стоял, вытянувшись по стойке «Смирно!», но на его лице блуждала счастливая улыбка. -…Да, и выглядеть все будет, как поощрение - лучшему снайперу полка доверено воспитание молодых кадров для фронта!.. Не женское это дело, воевать… Тут, я с тобой согласен… - И тут комполка, наблюдавший издалека за приближавшейся Людмилой, улыбнулся и взглянул на капитана. - А невеста у тебя, что надо! Молодец, Николаев! Одобряю!.. И завидую…

Командир полка сдержанно улыбнулся еще раз, и обернулся ко второму офицеру: