Войдя в подъезд, я поднялся на четвёртый этаж и быстро прошёлся по нему в обе стороны, проверил лестницы и задний двор. Лишь затем устроился возле окна, выходившего на ворота, через которые вошёл на территорию Арены. По моим расчётам, противники должны были объявиться через десять-пятнадцать минут.
Я немного ошибся. Видимо, из-за того, что дуэлянты опасались засады и продвигались медленнее, чем я ожидал. Мне это было только на руку: успел лучше подготовиться. От дронов наблюдения при существовавшем в империи уровне развития технологий толку ночью практически не было, так что я не опасался, что мои передвижения могли обнаружить и передать. Конечно, если б на небе была луна, пришлось бы постараться, но её не было: Арена погрузилась в кромешную тьму, ибо на её территории отсутствовало искусственное освещение.
Первый противник показался справа. Он медленно шёл, водя из стороны в сторону автоматом и аккуратно переступая ногами. Рядом с ним двигался симуран, нетерпеливо постукивавший себя по бокам хвостом. Я разглядел в бинокль прибор ночного видения, шлем и бронежилет. Человек старался держаться укрытий, хоть и не знал, с какой стороны ждать нападения. В одном он был уверен: я не остался поджидать у ворот. Это было бы глупо. Так что двигался он всё же довольно бодро, хоть и не торопился. Я тоже не спешил. Хотелось дождаться второго.
Он показался через несколько минут: вышел из-за опрокинутого автобуса, ведя на поводке симурана. Всё, как я и думал. Оба бойца переговаривались по рации, так что друг друга опознали сразу. Да и откуда бы у меня взялась псина? Мне симуран не полагался.
Когда мои противники сошлись, чтобы переговорить и дать собакам взять мой след, я отложил бинокль и взял винтовку. Обе цели находились на линии огня — выбирай любую.
Я нашёл в оптический прицел зазор между бронежилетом и прибором ночного видения того, что стоял правее. Просто потому что он был более открыт и неподвижен. Конечно, место для выстрела так себе, но я надеялся на разрывной патрон. Выдохнув, замер и плавно нажал на спусковой крючок. Оружие в моих руках дёрнулось, и я увидел, как цель резко падает, взмахнув руками.
Отлично!
Второй боец метнулся было к убитому, но тут же сообразил, что может стать следующим, и первым делом развернул магический щит. Стало видно, как перед ним замерцало голубое, переливающееся волнами поле с трепещущими краями. Значит, это представитель Калантаевых. Быстро он определил, откуда прилетела пуля. Молодец.
Боец присел возле убитого, проверил, что с ним, и поднялся на ноги, осматриваясь. Под защитой поля попадания пули он не боялся. И правильно делал. Я и не собирался в него стрелять. Вместо этого, пока она осматривал мертвеца, нашёл в прицел одного из симуранов.
Выстрел!
Псина кувырнулась через себя и шлёпнулась на землю с пробитой головой. Осколки разворотили ей череп так, что морда превратилась в кровавое месиво.
Я быстро перевёл винтовку на второго симурана. Однако Калантаев понял, что происходит, и поспешно прикрыл собаку голубым щитом.
Ладно, результат и так был неплохим. На самом деле, я достиг именно того, что планировал.
Эта позиция была отработана, пришло время её покинуть. Тем более, что Калантаев наверняка видел вспышку в оконном проёме и понял, откуда я стрелял.
Собравшись за пару минут, я поспешил вдоль этажа в левое крыло, где спустился по чёрной лестнице, установил в дверном проёме растяжку и вышел на задний двор.
Калантаев вполне мог передать третьему, где я находился. Едва ли он успел бы сюда добраться, но лучше не рисковать. Так что я ушёл в Тень и двинулся через двор, держась разросшихся кустов и бурьяна. Разумеется, не задевая их, чтобы не выдать своего присутствия.
Итак, прошло минут сорок, а я уже избавился от одного из противников и прикончил симурана. Правда, теперь по моему следу пойдут два мага, готовые к тому, что по ним могут в любой момент открыть огонь, и будет сложнее. Но не настолько, чтобы стоило отчаиваться. Я бы даже сказал, что, пока не взошло солнце, я лидирую.
Местоположение третьего бойца было мне неизвестно. Он мог двигаться от Северных ворот по любой траектории. Но ему нужно было встретиться с уцелевшим союзником, ведь у того был симуран. Так что едва ли он станет слишком уж петлять.
Однако встреча с ним не входила в мои планы.
Потоптавшись в узком проломе в стене, чтобы оставить свой запах, я установил на земле пружинную мину, прикрыв её подобранным тут же куском фанеры так, чтобы казалось, будто она положена в центре лужицы подтаявшего снега: обычно инстинкты заставляют человека избегать воды. Посмотрим, как поступит Калантаев. Если опыт подведёт, я это услышу.
Собственно к стадиону я идти не стал. Делать там было просто нечего. Вступать с врагами в поединки я не собирался, как и вообще сокращать между нами дистанцию. Моей задачей было продержаться сутки. Так что главное — успешно прятаться. Однако днём делать это станет сложнее, поэтому было бы, конечно, неплохо устранить ещё хотя бы одного противника или симурана, лишив моих соперников способности идти по моему следу. А дронами наблюдения займутся мои люди: оружием их снабжать во время боя на Арене нельзя, но таранить друг друга аппараты вполне способны.
И всё же, стоило попытаться воспользоваться преимуществами, которое давала мне темнота. Во-первых, я хорошо видел безо всяких приборов, во-вторых, мог становиться невидимым. Так что спускаться в канализацию я не спешил. Симуран наверняка способен чуять и в воде, и этот план не был панацеей.
В общем, я поспешил к заранее намеченной позиции, с которой мог легко уйти в случае необходимости — куче оставленных на перекрёстке автомобилей, давно превратившихся в ржавый металлолом. Среди легковушек, грузовиков и даже автобусов возвышался остов шагохода. Теперь бронемашина лежала на боку с подвёрнутыми ногами, а подбитая артиллерийская пушка нелепо торчала в небо, однако именно здесь можно было удобно устроиться, чтобы дождаться преследовавшего меня Калантаева. Он наверняка двинется по улице, считая брошенные тачки хорошим прикрытием и опасаясь стрельбы из окон.
Я установил между машинами несколько растяжек, а на полпути к бронеходу опрыскался из баллона Рудаева. Забравшись на его корпус, распластался по холодному металлу и приготовился к стрельбе. Мне была отлично видна дорога, я же мог в любой момент стать невидимым.
Прошло около четверти часа, когда из-за угла показался Калантаев, ведший возле себя симурана. Он не отпускал псину далеко, чтобы она оставалась под защитой его силового поля. Собака отлично чуяла мой запах и тянула человека вперёд, между машинами. Требовалось немало сил, чтобы сдерживать её. Калантаеву приходилось идти быстро, из-за чего он не успевал толком рассмотреть, куда тащит его симуран.
Мимо одной моей растяжки они прошли и направились прямиком к другой.
Вдруг Калантаев остановился, дёрнул поводок, заставляя симурана притормозить, и поднял рацию. Был бы он без силового поля, сейчас можно было бы его и прикончить. Ничего, постоянно под защитой ходить не получится: Жива просто растратится. Рано или поздно моим соперникам придётся отказаться от идеи всё время закрываться магией. Время играет на меня. Я-то не тороплюсь — это им нужно успеть меня найти и прикончить, пока не истекли сутки.
Очевидно, Калантаев переговаривался со своим союзником. Видимо, обсуждали, где встретиться.
Вдруг он опустил рацию и вытащил из клапанов разгрузки световые гранаты. Одна за другой они взлетели в воздух в направлении меня. Чёрт! Я зажмурился, уткнувшись в холодную броню шагохода и прикрывшись руками.
Хлопнули два взрыва, а затем — ещё два! Причём, с другой стороны! Похоже, ещё один противник добрался до нас, только находился позади меня.
Света было так много, что принятые мною меры не могли воспрепятствовать ему попаданию на сетчатку. Конечно, я не ослеп, но вокруг плясали разноцветные круги, и это здорово мешало пониманию, что и где находится. Не говоря уж о том, что я просто некоторое время не мог поднять голову и разглядеть, куда делись мои противники. Слышать их тоже не мог, ибо уши заполнились звоном, а затем — густой, как гороховый суп, тишиной.
