— Есть вещи, которые я бы не хотел доверять третьей силе и тем более первым сходкам. Хотелось бы, чтобы я мог доверять тебе в этом плане.

— Ну, ты же ничего против Города не замышляешь? Если так, то пофигу, в сущности, мы ж одно дело в любом случае делаем?

— Одно, — кивнул я. — Просто у каждого здесь есть свои мысли, как спасать Город. И другие способы они не рассматривают. У меня есть свои секреты.

— Понимаю, да. Тоже думаю, что чудно это как-то. Главное выжить, Город развить, сильным сделать как-то перед всеми этими вторженцами. А неспов нужно лечить принудительно. Вот как на этом круге любят.

Я кивнул, хотя на душе были мрачные мысли на этот счёт. Скорее всего, у неспящих есть свои веские причины. Но я отдавал себе отчёт, что, даже если правильным окажется худший вариант и Город это всё-таки зло, я, скорее всего, всё равно буду на его стороне. Просто постараюсь исправить, насколько смогу.

Алексей был мне не то чтобы реально нужен, скорее было не нужно, чтобы он играл на чужой стороне. Потому как, будучи в группе, он в любом случае будет рядом со всеми моими тайнами. Я планировал с каждым лично переговорить и познакомить с Красноглазкой. Это лишь вопрос времени, когда я это реализую.

В этом плане, нужно признать, Город мне очень помог с этой коррекцией личной жизни. Единственная, с кем я ещё всего этого не обсуждал — была Эла. Она вроде бы и была заинтересована в поднятии уровня инкарнации, но в то же время её верность однозначно принадлежала Михаилу.

— Скажи, Лёх, ты часто видишься со сказочницей Сивиллой?

— Я-то? Ну, пару раз издали видел. Лично не общался. А что?

— Хочешь, познакомлю?..

Решение появилось спонтанно. Хотелось это чудо с кем-то разделить. И ещё больше хотелось понаблюдать за чудесами со стороны. Ведь, если Марта не преувеличила, всё сказанное Сивиллой или было, или есть, или будет. А вопросов к ней у меня накопилось преизрядно…

Был большой соблазн позвонить готессе. Всё же она была большой фанаткой сказочницы. Да и Таня тоже — у неё был к ней бо-ольшой вопрос, даже если сама Таня о нём и не помнит.

Некоторое время я думал над тем, кого ещё взять с собой. О том, что я должен прийти один, мне никто не говорил. Мне никто не говорил, что я вообще должен туда идти в принципе. Может статься так, что я просто уткнусь носом в закрытую дверь, развернусь и уеду. Но что-то мне подсказывает, что так не будет.

Однако, если понадобится, я найду её снова и приведу к ней весь отдел. А пока поговорю с глазу на глаз. Только пусть поблизости будет кто-то ещё. Нейтральная третья сторона. Вообще, у хаоситов есть чему поучиться. Всегда вносить элемент хаоса в планы потенциального противника, чтобы вводить его в ступор и оказываться на шаг впереди.

Полярис: привет, Всеведущая. У тебя есть старые карты Несбывшейся?

Августа Всеведущая: Откуда (・o・)

Полярис: со времён, когда она была частью Города.

Августа Всеведущая: А, высылаю. (・∀・)b

Открыл карту и стал осматривать улицу.

Где же ты, Влад Котомиров?..

Начали искать на карте нужную улицу, просто изучая одну за другой.

— О, карта? — спросил Лёха, увидев, что я так долго изучаю в телефоне.

— Ага. Несбывшаяся. Когда была частью Города.

— Мы ищем что-то конкретное?

— Угу, — бросил я, а затем вспомнил, что Лёха, по идее, может хорошо знать родные владения его фракции. — Хорошо разбираешься в карте Города?

— Неа, вообще не шарю!

Облом…

Хотя может оно и к лучшему, вдруг это тайна?

— Тогда подожди чуток. Кстати, у тебя есть свой путь на Несбывшуюся?

— Конечно, — ответил он. — Так тебя провести чисто туда? Это, думаю, можно. Правда, пройтись придётся долго. На этом круге они совсем далеко.

— Это не проблема.

— Тогда идёт. Обменяю чудо на чудо, хах.

Он снял со спины рюкзак и порылся в поисках артефакта. Им оказался золотой клубок нитей…

— Что это?

— Артефакт.

— Да понял, что не хлеб с сыром.

— У него какое-то пафосное название есть, но я его забыл. Вообще-то он не мой, а Леи. Ещё говорила, что им какой-то важный хмырь владел раньше. Она его мне на время дала, чтобы я выполнил несколько поручений. Самой ей он ни к чему, с погриском-то…

— Да уж, с такой зверюгой и так можно попасть куда угодно, — кивнул я, вспомнив жуткую безголовую животинку с крыльями и щупальцами, торчащими из шеи.

Он протянул клубок мне.

— Скажи, куда тебе нужно попасть, и он проведёт.

Хм. А адреса он, часом, не запоминает?

— Звучит очень круто. Она его не продаёт, случаем? Раз уж он ей не нужен.

— Не думаю, — усмехнулся Лёха. — Она даёт его тем, кого хочет провести на Несбывшуюся. Очень редко и неохотно.

— И ты поделился этим со мной?

— Мне всё равно туда. Собственно, вернуть его хозяйке.

— Если ты не против, я бы прошёлся с тобой к Лее, если она здесь.

— Да. Сейчас она там. Вроде она не говорила, что против гостей, — он задумался. — Идёт.

— Кстати, а ведь она могла бы и сама у тебя забрать этот клубок.

— Не. Я ей помогаю сейчас с доставкой. Готовим укрепления.

— О как. Так же, как на сходках.

— Да… здесь ведь тоже что-то будет. Несбывшуюся оторвать от Города проще, чем часть Города. И людей здесь нет. Но нам повезло, что существуют боевые андроиды. В остальном ситуация та же.

Мы шли по улице, ведомые клубком. О том, как сложно переходить из одной реальности в другую, я уже знал, и не удивился тому, что идти пришлось несколько часов. Я бы даже сказал, что ожидал дойти к дому Сивиллы к утру.

Однако прогулка была приятной. Лёха оказался хорошим собеседником. Мы снова начали обсуждать музыку. По обилию терминологии было понятно, что гитарой и пением он интересуется серьёзно и достаточно давно. На эту тему он был готов говорить, казалось, бесконечно. Но я постепенно стал переключать тему на личное, чтобы побольше узнать что-то о нём самом.

Как и все в Городе, говорить о нулевом мире он избегал, лишь упомянул, что родом из крохотного села, которое было полностью снесено с лица земли апокалипсисом. Но вот его судьба дальше складывалась скорее позитивно. Он долго путешествовал по миру, перебиваясь игрой на улицах и каналом в сети с видео о его приключениях и музыке.

Складывалось впечатление, что его жизнь не сильно изменилась с нулевого мира. В том смысле, что теперь он путешествовал по Городу и готовился стать лучшим в мире, когда этот мир у нас будет.

— Получается, сначала по России долго ездил, потом подумал, чего мне собственно останавливаться? И решил ездить дальше по всему миру. Жил, конечно, впроголодь, зато весело… в общем, последнее, что помню перед тем как очнулся здесь, это как ехал где-то в Аргентине на тук-туке. Это такая… о, пришли. Нам же сюда?

— Почему ты так решил?

— Так клубок остановился.

Я осмотрелся вокруг внимательней. Здесь были крупные старинные дома. Брошенные, как и всё на Несбывшейся. С заброшенными и заросшими сорняками лужайками и выбитыми стёклами. Но впечатление это создавало не гнетущее, а скорее романтичное.

Пахло лесом и свежестью. Слегка накрапывал слабый дождь. Где-то грохотал далёкий гром. В лицо дул осенний ветер. В такие моменты всегда на душе становилось теплее. Это напоминало о том, что у меня есть то, ради чего я так стараюсь.

В нулевом мире такая прогулка была непозволительной роскошью, которая легко могла стать последней в жизни.

Я посмотрел на угол ближайшего дома.

Ул. Владимира Котомирова, 26.

Дом Сивиллы сильно выделялся среди остальных. Взять хотя бы то, что на него через расступившиеся тучи падал единственный в этот пасмурный день луч уходящего солнечного света.

Второе, что бросалось в глаза — дизайн. Обилие растений наверняка бы впечатлило живущую в теплице Таню.

За высокой каменной оградой, целиком поросшей зеленью, виднелся компактный дом-свечка с теплицей на крыше.