— Это разные существа, Полярис. Я не могу сказать тебе точно — у разных особей разные свойства. Во главе разумные гуманоидные особи.

— Плохо… Тогда вези меня сначала на Светлую. Сейчас покажу на карте, где это…

— Я не такси, Полярис!

— Ладно, тогда спасибо за напоминание, удачи, я скоро подтянусь к вам.

— Что? Нет, я… ладно, но только в этот раз. Показывай, где это.

Я открыл КПК и увеличил нашу область карты.

— Между прочим, это для дела надо, — сказал я.

Пользуясь служебным положением, я прикарманивал себе списанные виды патронов. Те, которые считались уже неэффективными, но подходили для импульсаров. Менять вооружение полностью я не мог, каждая винтовка была на счету. Но «синька» всё ещё работала, был ещё один устаревший вид пуль, работавший некоторое время в августе, и старая экспериментальная версия теллура. Как оказалось, они быстро выводили из строя стандартные импульсары и конструкцию пересмотрели. Но нам как раз ровно один бой и нужно было продержаться.

Девушка запрыгнула на погриска. Я тоже. Опыта обращения с животными такого типа у меня, правда, ещё не было, но его компенсировали фокусировка и усиления тела.

Обхватил девушку за талию.

— Держись крепче, если выпадешь из седла, на этом круге ты будешь уже бесполезен и я сочту это за саботаж, — произнесла она.

От неё пахло ладаном и свежей выпечкой. Я чувствовал, как бьётся её сердце и насколько она была сейчас напряжена.

Разговоров не вели. Погриск приземлился перед указанным зданием с одним из арсеналов, где я складировал в том числе и нужные мне патроны. Блин, а тяжелая зараза!

Повышенная сила позволила вытащить несколько ящиков один за другим. В Городе что-то происходило, но сообщений от Миши пока не было.

Я погрузил их на тачку с антигравом и, толкая её впереди себя, вышел к ожидавшей меня девушке.

— Что это?

— Патроны, — ответил я.

— Зачем?

— Как думаешь, что делают с патронами?

— Полярис. Это для Несбывшейся, да?

— Ну, можно и так сказать.

— Это уклончивый ответ, — насупилась она.

— Нет, просто двусмысленный.

— Куда мы летим? — спросила она.

— На конечную.

— В смысле? — вновь опешила девушка.

— Там мы с тобой распрощаемся на время. И жди прихода героя.

— Ты что, пытаешься сбежать? — она обернулась ко мне.

— Нет. Я пойду за подкреплением. Если, конечно, ты готова дать клятву, что не попытаешься пленить тех, кто придёт со мной.

— А кто придёт с тобой? — насторожилась Лея.

— Например, мои стиратели. Или ты против?

— Неизвестный фактор и перебежчик Церхес… Чем тебе поможет нытик?

— Это, сама знаешь у кого, он нытик. А по мне он нормальный парень, которому не повезло с силой.

— Хм… — Лея выглядела озадаченной. — Хорошо, я верю тебе. А как ты планируешь добраться с ними до Несбывшейся?

— Есть свои методы на такой случай, не волнуйся.

— Подозрительно… — потянула Вечная. — Не обмани моё доверие, союзник. Я тебе этого никогда не прощу.

— Я тебя слишком уважаю, чтобы обманывать, — улыбнулся я, и Лея смущённо улыбнулась в ответ.

Мы оказались у перекрёстка, который с виду ничем не отличался от множества других в спальных районах Города. Лея огляделась вокруг, пытаясь понять, что я забыл в этом месте, вдалеке от прорывов чудовищ.

— Спасибо, что подвезла. Скоро буду.

— Поторопись, Полярис, — строго сказала она.

Погриск медленно тронулся в путь, оставляя меня наедине с левитирующей тачкой, полной боеприпасов.

Место это было примечательно тем, что совсем рядом находилось одно из тайных мест поклонения Мару — в заброшенном здании, напоминавшем культовое. Почти на каждом круге, даже таком благополучном, как этот, были такие места. Наверное, у многих с заброшками связаны какие-то важные тёплые воспоминания.

Конкретно в этой меня интересовало лишь одно, самое главное — большая картина с каменной мордой Великого Мару.

Пришло оповещение:

Михаил Лебедев: есть одно место для зачистки. Окраина. Через час начинаем. Улей+часть улицы. Там поможет ополчение. Дальше действуйте по своему усмотрению.

Я остановился. Написал короткое «ок» и переслал сообщение Марте.

Полярис: прикрой, я скоро вернусь. На Несбывшейся вторжение. К началу кризиса должен успеть.

Августа Всеведущая: конечно (ง •̀_•́)ง

Затем ещё одним коротким сообщением предупредил Феликса, и набросал приказ Маруслава:

Полярис: Жду в Многограннике. Пора.

А затем постучал условным стуком в картину с портретом Мару.

Заслонка поднялась, и я начал передавать патроны на ту сторону. Затем последним поднялся сам.

По ту сторону стоял Церхес, который уже относил ящики к нужной картине. Следующей по списку.

Я огляделся. Место выглядело не так, как обычно. Ощущалась какая-то угроза и лёгкое дыхание смерти, холодящее затылок. Стало не по себе, как от присутствия… точно, я чувствую присутствие бестий!

Улыбнулся первому этапу своего плана. Работает!

— Как Красноглазка? — спросил я.

— Рисует. Она… уже плохо понимает, что происходит. У неё будто транс. Она сейчас немного… пугает. Кажется, это и есть выброс.

— А у тебя не было выброса прежде? — спросил.

— Нет. Анна давала мне лекарство.

— Разве от этого есть лекарство? — спросил я через начавший подниматься внутренний гнев.

— Что-то химическое, которое делало меня овощем. Я лежал и вообще ни о чём не думал. Я бы не стал этого принимать, если бы мог. Но Аня… страшная…

— А с остальными она так же?

— Ну, для каждого есть своя система сдерживания, — неуверенно ответил Церхес. — Выбросы цикличны и завязаны на состояние. Некоторые практикуют медитации, некоторые используют наркотики. Некоторые используют ритуалы…

Он задумался, глядя на Красноглазку.

— У Лоралин были ритуалы, она говорила, ей помогает. У Руты отводка на пиромантию, ей проще всего. Нужно просто быть в окружении того, что может безопасно гореть… Про всех не знаю. Мне она просто давала таблетки, от которых я не мог думать и вообще ничего не понимал. Это было ужасно. Но потом я на два-три дня терял силу и с головой было полегче, а выброс отступал. Хотя как по мне, всё лучше б уж был… Как-то так…

— А сейчас у тебя с этим как?

— Пока нормально. Когда я смотрю на оживающие картины, то мысли о плохом отходят на второй план. Спасибо, что забрал меня с собой, Полярис.

— Ты тоже нам очень помогаешь, приятель, — я хлопнул его по плечу, и парень просиял. Похоже, до нас ему вообще никто кроме Лоралин слова хорошего не сказал. А Лора, как я теперь знал, просто обладала повышенной эмпатией, как бывшая тари.

Вместе с ним и с левитирующей тачкой, на которую мы опять погрузили ящики, мы пошли наверх по спиральному пути Многогранника. На картинах по обе стороны от нас пейзажи разбивались рисунками щупалец порождений хаоса.

Впереди на полу лежал труп бестии в окружении лавкрафтовской нечисти в миниатюре. Это был не ланцет-пришелец, а именно что-то новое, то-ли человек, то-ли кальмар, то-ли болотное чудище. Но особой силой существа не отличались — хаоситов, чтобы завалить одну бестию, потребовалось прилично.

— Как они попали сюда? — спросил я. — Всё-таки через картины?

— Нет, пришли снаружи, — ответил Церхес.

То есть из той части, которая была за пределами перекрёстка Мару. Так же, как по словам Леи, пришли хаоситы на Несбывшуюся. Однако на моём осколке это было совершенно бессмысленно. Небольшая площадь и уходящие куда попало за пределы перекрёстка порталы превращали это место в лабиринт.

Часть порталов вела в места обитания бестий, часть связывала край улицы с картинами ближе к центру. Оказываясь здесь любым способом, монстр, не зная отличительных черт правильной дороги, был обречён заблудиться и оказаться не там, где ему хотелось.