Пока все шло благополучно. Воины генерала Квилла выходили из домов, складывали оружие и спокойно ждали, пока воины легиона Гневного Леопарда построят их в колонну и поведут прочь из города.

Только один раз Киру пришлось отбить мечом стрелу от того, кто не поддался влиянию святого, и эта стрела была направлена в Крису.

— Для чего их уводят? — мрачно спросил Кир святого, бросив настороженный взгляд вдоль улицы. Святой мягко улыбнулся.

— Мое влияние надо закрепить, — сказал он. — Этих людей отведут в церковь, там их обратят в веру. Служители церкви, они не такие, как я и мои братья, но они владеют искусством убеждать. Они поговорят с каждым и дадут каждому надежду и веру. А потом эти люди возвратятся сюда, но уже не как воины, а как мирные жители. Вместе с ними сюда придет церковь, а чуть позже кто-то из моих святых братьев, и эти земли перестанут быть закрытыми.

Кир недоверчиво покачал головой и замер, почувствовав, что что-то опасное происходит рядом.

— Легион! — крикнул он. — Развернуться!

Его знакомый сотник, не дожидаясь команды командира когорты, махнул рукой, и остатки его сотни, идущей впереди, стали разворачиваться в шеренгу. Одновременно несколько воинов, выступив вперед, прикрыли щитами свяг того и Крису.

Кир сделал несколько шагов вперед, чтобы иметь свободу для маневра, и остановился, вслушиваясь в себя и пытаясь определить характер опасности.

Из-за поворота улицы вышли две кошки, а за ними на небольшом расстоянии появилась большая группа воинов. Кир почувствовал излучение черного жреца и генерала Квилла и, выругавшись, крепко сжал рукоятку меча.

Криса сзади замычала свою песню жизни. Кошки продолжали идти вперед. Кир, недоумевая, попробовал проникнуть в мозг первой кошки и внутренне отшатнулся.

Там была только злоба и ненависть ко всему живому. Животное излучало ту же волну, что и черный жрец. Кир тяжело вздохнул. Он понял, что этот бой только его, и он будет нелегким.

Кошка, заметив людей, прижалась к земле, изучая и готовясь к нападению. Кир почувствовал, что она смотрит на него. Он мысленно представил себя великаном.

Кошка насторожилась, но тут же кто-то изменил ее мысли, и Кир снова стал маленьким и очень аппетитным на вид. Он почувствовал даже сладкий вкус своей крови и треск маленьких нежных костей. Его меч показался ему в ее глазах маленькой соломинкой, а он сам совершенно беззащитным.

Кир понял, что жрец ведет кошку и что магический дар у него гораздо сильнее.

— Уведи Крису и святого, — крикнул Кир сотнику и мрачно добавил. — Это наш бой, они не смогут нам помочь.

Он пошел вперед, не оглядываясь, зная, что сотня, а за ней и вся когорта развернулась за его спиной, перекрывая улицу. Холодок боевого состояния быстро поднялся до его мозга и закрыл его, тогда Кир побежал.

Шансов справиться с кошкой у него почти не было. Кроме своего умения и скорости реакции, он ничего не мог использовать в этом бою. У кошки реакция была не хуже, чем у него, а бойцовские качества намного выше.

Кошка недоуменно фыркнула и прыгнула вперед. Кир проскользнул под ее лапой и ударил мечом. Кошачий мех смягчил удар, и меч прочертил только небольшую царапину, которую кошка даже не почувствовала.

Когорта остановилась, ощетинившись копьями.

— Командир! — услышал он голос сотника. — Назад за копья, мы остановим ее.

Кир горько усмехнулся, представив, как кошка перепрыгивает частокол копий и разбрасывает воинов ударом лапы. Он взглянул, перекатываясь по земле, на вторую кошку.

Та с любопытством и азартом смотрела на него, и Кир понял, что, пока первая кошка не прекратит с ним играть, она не бросится на него.

Черный жрец, подняв камень высоко вверх, что-то бормотал, вливая в кошку злость, охотничий азарт и свою ненависть к нему.

Генерал Квилл, стоявший рядом со жрецом, улыбался, предчувствуя его смерть. Криса отчаянно громко пела свою песню, которая ни на кого не действовала, блокируемая камнем жреца. Все это Кир чувствовал и видел, переворачиваясь и поднимаясь на ноги.

Кошка затормозила всеми четырьмя лапами по булыжнику улицы и развернулась. Ее хвост задел его по лицу жесткими волосами. Он чувствовал, что кошка не боится его, он для нее был легкой добычей, и эта кошка по каким-то непонятным ему причинам не воспринимала полностью ненависть жреца, что давало небольшую надежду.

Он выпрямился и в упор взглянул в желтые разумные глаза кошки. И увидел в них свою смерть.

«Ну что, Мать-волчица, похоже, этого ты не ожидала? Или, может быть, ты знала и хотела этого?» — подумал он.

Их посадили на небольших мохнатых степных лошадей, и дальше они поехали верхом. Кочевники мирно ехали рядом с черным жрецом и его воинами.

Корвин и Дара имели совсем небольшой опыт езды на лошадях, им было трудно еще и потому, что руки у них были связаны.

На них никто не обращал внимания. Кочевники разговаривали со жрецом, а веснушчатый воин ехал далеко позади. Навстречу им небольшими группами попадались черные воины верхом в сопровождении кочевников.

— Они сумели договориться со степняками, поэтому они привели столько воинов, — сказала Дара. Корвин мрачно кивнул и скривился от боли.

— У меня, наверно, треснуло несколько ребер, — сказал он, поморщившись. — Как боец, я вряд ли много стою, поэтому постарайся взять на себя хотя бы одного-двух воинов.

Дара невесело усмехнулась:

— Наконец я тебя втащила в такую передрягу, из которой мы можем и не выбраться.

— Куда нас везут, ты знаешь? — спросил Корвин.

— Я слышала сквозь сон, что нас везут к хранилищу.

Корвин улыбнулся и тут же охнул от боли.

— Ты всегда добиваешься своего. Жаль только, что ты придумала такой болезненный способ доставки.

— Я знаю, что я виновата, но я что-нибудь придумаю, чтобы нас спасти.

— Только после того, как мы подъедем к хранилищу. И будь осторожна. Главное — это вывести из строя жреца. Воинов всего пять, и мы с ними как-нибудь справимся.

— Мы связаны, Корвин, — напомнила Дара.

— Ты забыла про подарок отца, — сказал он. — Браслеты на нас, стоит только напрячь руки, и мы свободны.

«Как же я могла забыть, что мы — дети одинокого волка? — подумала она. — И то, что с нами происходит, когда-то видел наш отец, и, значит, он знал, что мы выберемся…»

Дара мрачно посмотрела на жреца и воинов. Теперь она обрела уверенность в себе и была готова к предстоящей схватке.

ГЛАВА 10

Один коготь все-таки зацепил его и впился в куртку. Кира отбросило в сторону. Дубленая кожа с громким треском порвалась, но спасла ему жизнь. Он почувствовал, как теплая струйка крови из раны на Плече побежала по телу.

Кир на мгновение потерял ориентацию после падения на булыжную мостовую. Он с трудом встал, каждое мгновение ожидая сокрушительного удара лапой, и поднял голову. Кошка находилась совсем рядом, с охотничьим азартом наблюдая за ним.

«Она играет со мной, — подумал Кир. — Как обычные кошки играют с мышью, прежде чем ее съесть». Он оглянулся, вторая кошка с таким же жадным интересом следила за ним.

«Назад к легиону я двигаться не могу, не подвергая опасности Крису. Долго я не продержусь, кошке надоест со мной играть, и она убьет меня». — Кир лихорадочно думал, едва успевая уклоняться от ударов огромной лапы. «Если назад нельзя, следовательно, можно только…» Он принял решение и помчался быстро, насколько мог, в сторону черного жреца и генерала Квилла. Он увидел злорадную усмешку жреца и, увернувшись от удара лапы второй кошки, перебросил меч из одной руки в другую и вытащил кинжал.

Генерал Квилл махнул рукой, и, повинуясь его приказу, лучники подняли луки.

«Поздно, — подумал с усмешкой Кир. — Вы уже опоздали. С вами я справлюсь, вы не кошки…»

Он врезался в воинов, расчищая себе путь мечом. Он должен был добраться до жреца, прежде чем его самого убьют. Кир поднырнул под меч одного из воинов, воткнул ему в живот кинжал и бросил взгляд назад. Кошка была рядом, она разбрасывала воинов, пытаясь его достать.