Многочисленные издевательские присказки про то, что «девушку вывезти из деревни можно, а вот деревню из девушки — нет» и прочий городской фольклор, высмеивающий не-горожан, на самом деле весь основан именно на этом кардинальном различии мировоззрений. Грубо говоря, горожанин свою «хорошую жизнь» покупает, а селянин — делает сам. Город живёт за счет тесного сотрудничества тысяч людей с чётким делением рабочего процесса по функциям-ролям, а деревня — за счёт того, что каждым сам себе крепкий хозяин.

Потому неопытному сельскому жителю, приехавшему покорять большой город, так трудно перестроиться. Для него, к примеру, дико, что модная статусная фигня может быть почему-то важнее, чем реально полезная вещь, вроде консервов на зиму. И наоборот, городской в деревне неизменно попадает впросак и становится мишенью насмешек: этот странный тип почему-то считает, что недостающее ему можно просто пойти и купить в любой момент. Точнее, как я и сказал, так было. К тому моменту, как я покинул родной мир, интернет, автоматизация сельскохозяйственных процессов, компактная автономная бытовая техника и современные средства доставки всё больше и больше размывали отличия… Там. Но не тут. И это мне поможет. Я знаю, на что надо давить.

Итак, моя первоочередная задача — добиться от десятка Филина хотя бы частичного признания новой моей роли и условного, для посторонних, подчинения. Потому что, я уверен, добрые дяди офицеры, не один, так другой, очень быстро устроят мне проверку на соответствие, или ещё чего похуже. А для этого я должен тупо доказать свою возросшую благодаря «лычке» полезность. И эта полезность должна быть больше чем нанесённое моим назначением старшому оскорбление. Всё просто… м-да. Как бы не так.

Сержантский шеврон даёт некоторую власть. Небольшую, но даёт. Но этой власти слишком мало, чтобы получить что-токроме причитающегося десятку снабжения. На самом деле даже причитающееся придётся выбивать — работал я как-то с вышедшим в отставку прапорщиком-интендантом, ещё будучи простым манагером… Ручку на работу приходилось носить свою. И мыло — тоже. Про туалетную бумагу позвольте промолчать. Но эту препону я, надеюсь, пройду. Вот только — что ещё? И есть ли это «ещё» на складах отрезанной от мира заставы? И на что это «ещё» я могу обменять, если кроме оружия, брони (с более-менее заделанной дыркой от стрелы в кожухе) и конспектов ничего не привёз? Хотя, конечно, кое-что всё-таки привёз. Свою Стихию. Но прежде, чем её «продать», нужно, конечно, узнать расценки.

Лазарет ничем не отличался от остальных зданий… Пожалуй, я больше не буду эту фразу повторять: на заставе Сим всепостройки выглядели одинаково. Настоящий ужас новичка — заблудиться буквально в четырёх стенах можно… до первого коварно ждущего заплутавшего рядового сержанта с приказом отчистить нужник. Зато из-за компактного расположения в квадрате стен тут всё было рядом, так что я всего раз спросил дорогу и раз ошибся дверью. Разве что слегка подзадолбался бить себя по плечу, отвечая на приветствия попадавшихся на пути солдат. Только тут до меня дошло, что перед Фомозой, похоже, личный состав, не занятый на улицах, просто разбегался. Но простой десятник был птицей не того полёта, конечно…

— Если дристун, сразу жри три ложки порошка из котелка справа от тебя. Да с горкой жри! И быстро вали сразу нахрен, пока всё не загадил, через полчаса подействует! — стоило открыть дверь, «приласкали» меня даже раньше, чем в нос ударила специфическая смесь «аптечных» запахов. Причём среди знакомых по кафедре ботаники травяных ароматов даже мой не лучший нюх выцепил нотки дорогого «деревянного масла» — довольно недешёвого продукта местной разновидности сандалового дерева. Средство от головной боли верное: именно потому эта штука всегда есть в дорогих борделях, и комнаты для денежных клиентов этим маслом буквально пропахли. Спасибо опять же Паку за информацию.

— Активированный уголь? — животом я не маялся, но профессиональное любопытство заставило посмотреть на универсальное средство от метеоризма. На Земле очень дешёвая штука, сам в аптеке покупал, а вот в средневековом мире это «зелье» способны были приготовить только пироманты. Надеюсь, не стоит объяснять, сколько грамм такого угля стоит? В котелке с воткнутой в чёрный зернистый порошок ложкой лежало монеты три золотом! Вкупе с запахом масла вывод напрашивался: на больных тут не экономили. Хорошо. И плохо тем, что простые услуги виталиста тут не слишком востребованы.

— Ещё и умник на мою голову нашёлся! — тот же голос заставил меня повернуться наконец к местному эскулапу. — Ну хоть сержант, а не рядовой. Чего надо?

— Мне бы, — вкрадчивый тон у меня включился сам собой. — Медицинскую сумку на десяток.

Чёрт. Я понимаю, элитные войска. В которые берут не по знатности, а исключительно по боевым качествам и исключительно тех, кого учить держать оружие в руках не надо. Но, блин, почему они все здоровенные-то такие?! Здешнего лекаря, если сменить ему фартук с холщового на кожаный того же дизайна, можно было бы с кузнецом перепутать. Лицо такое, что лекарства от запоров ему хранить просто не нужно — лечит одним пристальным взглядом! И как будто этого мало, через левую щёку и вниз по шее уходит широкая полоса чёрной кожи. Именно кожи, потому что эта своеобразная метка густо поросла коротким мягким на вид пушком.

— Эй ты, умник, — надвинулся на меня фельдшер. Он явно знал, какое оказывает впечатление на других. — Если ты такой умник, должен знать: санитарные пакеты выдаёт товарищ интендант. Понял, нет?

— Так мне медицинская сумка нужна, не просто бинты и жгуты, — пришлось задрать голову вверх, чтобы не потерять зрительный контакт с собеседником. И, видя, что меня сейчас тупо вытолкают за дверь (под фартуком врача был надет уставной нагрудник Рубежников), добавил: — У меня ведь десяток зарубежников под началом. Рейды, разведка, высокая степень автономности… понимаешь, о чём я, товарищ сержант медицинской службы?

— Так, — человек-гора остановился. — А ну пошли к рабочему столу… товарищ. Посмотрим, только ли я зыком ты болтать горазд. Я полсотни золотых на руки кому попало не даю, даже если сам генерал заявится просить!

Отлично! Пошло дело. Хоть где-то я в своей стихии.

7.

— Интересно… — я покачал в пальцах знакомо выглядящую склянку и посмотрел на просвет. Жидкость внутри перетекала вязко, словно глицерин. Вот и ответ, почему маг жизни оказался не нужен в лазарете. — Я слышал, «живая вода» быстро теряет свойства.

— В Приграничье-то слышал, небось? — прищурился Колин, и тут же рявкнул, среагировав на скрипнувшую дверь: — Котёл справа! Три ложки сожрал, быстро!

— Н-но… — проблеял не ожидавший такой атаки солдат.

— Жри, я сказал!!!

Я только головой покачал. Х — харизма: матёрый экс-наёмник со шрамом через переносицу покорно захрустел углём. Эта сцена повторялась уже то ли в шестой, то ли в седьмой раз, причём двое посетителей пришли совсем за другим — но всё равно отведали «чудо-порошка». «Для профилактики», как небрежно пояснил им фельдшер.

— Всё? Выметайся! — так и не дав ничего сказать, выгнал пациента военный медик. — Хватит со стекляшкой играться, с зеленью помогай давай, раз взялся.

— Так всё, — не позволив улыбке выползти на лицо совсем уж широко, я по очереди пододвинул по столу к начальнику медслужбы все четыре цветочных горшка. Росла в них, кстати, самая обычная мелисса лекарственная — похожая на мяту пахучая трава с овальными листиками. Эти самые листики Колин начал немедленно обрывать, отчего по лазарету поплыл новый запах.

— А чего так мало? — бросив на меня быстрый косой взгляд, поинтересовался сержант.

— Почва истощилась, — развёл руками я. Опыт выращивания королевских огурцов и помидоров в Эпии опять пригодился, а я в очередной раз добрым словом вспомнил своего сводного дядю Мартина, моего наставника, пироманта, придворного мага и отца четырёх детей. Для одарённого своей Стихии, в ботанике маг Огня разбирался просто великолепно. Этот факт, и наличие таланта к Воде у его средненькой дочки, Сары, обеспечивали жителей «золотого города» Варнавы свежими овощами и фруктами круглый год. Интересно, как там мои родственники поживают?..