…Повреждённая тяжелой бочкой доска опалубки на парапете дрогнула и полетела вниз, а за ней ещё одна. Это не меня трясло, это трясло стену! И только сейчас я расслышал приближающийся слитный гул! Масло, растекаясь, разгоралось всё ярче — и в его свете я увидел мелькнувшие под самой стеной серые тени. Всё-таки волки! А потом я увидел тех, кто их преследовал.

Не знаю, чего серая стая смогла сделать стаду овцебыков — но разозлили они рогатых конкретно. Так, что те понеслись за волками всесокрушающим тараном. А хищники вывели копытных за собой точно на заставу. Причём именно тогда, когда даже магическое зрение пасовало из-за снегопада — и как-то ведь всё точно рассчитали. Вот ублюдочные сволочи!

Нет, условно-травоядные мутанты не настолько ослепли от ярости, чтобы не увидеть горящее масло — и стену за ней. Но набранная инерция просто не давала им остановиться. В какой-то момент мне показалось, что вожак успел отвернуть стадо в сторону — но нет. Прямо на моих глазах тёмная масса стремительно несущихся существ, похожих на маленькие шерстяные холмы, врезалась в угол периметра.

Удар был такой, что меня подбросило и оторвало от парапета вместе с досками, за которые я держался. К счастью, ширина стены была такой, что вниз я не слетел. Удар спиной о пол галереи выбил весь воздух из лёгких, но Жизнь уже через мгновение позволила мне дышать без затруднений и сразу же вскочить. Хорошо что я успел каким-то чудом выдернуть копьё из-за спины — а то мог бы так легко не отделаться.

— Эй! — я попытался разглядеть, что стало с тем постом, который оказался прямо под попавшим под удар углом периметра. — Отзовись!

Чёрт! Тел не вижу. Надо… Уже было бросившись туда, я остановился — и попятился, сам не очень понимая, почему. И понял только тогда, когда угол стены с нарастающим треском и оглушительным шелестящим шорохом начал проседать, складываясь сам в себя.

М-мать. Жеж. Вашу.

— Тревога!!!

Северо-западного угла периметра больше не существовало. Правда, нельзя сказать, что теперь проникнуть на заставу, минуя ворота, стало прямо так уж легко: пролом до половины высоты перекрывала достаточно крутая глиняная насыпь, моментально вымокшая под тающим мокрым снегом и уже начавшая обледеневать. Что ж, те, кто придумал строить сооружения укреппунктов первой линии из местного материала и опалубки, в очередной раз доказали свою квалификацию: даже в разрушенном состоянии периметр был всё ещё способен выполнять свою роль. Плохо, но способен.

Я перегнулся через парапет, пытаясь рассмотреть, что творится у основания циклопической глиняной кучи снаружи. Если я всё правильно разглядел, нескольких овцебыков должно было буквально похоронить под завалом — тех невезучих тварей, что не смогли отвернуть и на скорости врезались в стену. Нет, никакого движения — если изменённые и остались относительно целы, из собственными силами сотворенной могилы они выбраться уже не могли. Значит, надо заняться людьми.

Спускаться по осыпи с торчащими из неё обломками досок было плохой идеей. Пришлось контролировать каждый шаг, потому что ненадёжная опора проседала под ногами и с каждой секундой делалась всё более скользкой. Пришлось помогать себе копьём, как банальным посохом. Лучше бы, ей богу, до лестницы смотался и назад — уже по низу. С другой стороны, мой спуск явно занял не слишком много времени — не больше минуты, я думаю. Но люди у нижнего края завала, оторванные от своих дел шумом и грохотом, уже собрались. Собрались — и молча пялились на разрушения с выпученными глазами. И только стоило мне ступить на ровную землю — наконец очнулся горнист на наблюдательной вышке. Резкий звук заставил всех вздрогнуть и растерянно заозираться.

…

Так.

…

— Ты и ты — быстро собрали свои десятки — и на западную стену. То, что от неё осталось, — выцепив взглядом знакомых сержантов, до чьих казарм осыпь буквально пары метров не дошла, начал раздавать приказы я. Да, формально я не имел на это право — но люди просто растерялись. Даже те, кто в теории знал, что делать во время такого чрезвычайного происшествия. Были бы на Сим старожилы… — А ты — на северную. Да живо же! Щиты скоро поднесут, я распоряжусь. Сразу перекрывайте осыпь построением цепь, но осторожно, слышите!

— Так точно, — того, кого я послал на север периметра, хватило на уставной ответ, остальные молча сорвались с места. Похрен.

— Ты и ты, — я теперь уже не смотрел на лица, только на лычки на рукавах. — На склад за лопатами со своими десятками. Сержантам своим передать: мой приказ. Одна нога тут — другая там.

— Но…

— БЫСТРО! — рявкнул я на рядовых. Другие Рубежники вокруг меня отшатнулись, когда я мазнул по ним взглядом. Горн продолжал петь «тревогу». — Вы все — чего встали? В цепь, у кого оружие при себе, оцепляйте осыпь по низу. А остальные — к своим казармам за табельным. ЖИВО!!!

— Тащ фельдшер, — небольшая толпа задвигалась, рассасываясь и на ходу начиная выполнять осмысленные движения. Конкретные приказы сотворили маленькое чудо, разрушив ступор в головах. Почти у всех.

— Говори, боец, — я обернулся к горе мокрой глины, прикидывая, с какого места начинать рыть. А рыть придётся — там, у основания стыка стен, была караулка. И пока есть хоть крохотный шанс, что помещение уцелело и люди остались живы — надо рыть. И рыть быстро — потому что воздуха у них там на минуты!

— Моя казарма… — взрослый, сильный мужчина, бывалый наёмник, растерянно топтался на месте. Я проследил за его взглядом, и увидел остатки плоской кровли, частично лежащей поверх глиняного ската. Похоже, поток строительного материала просто подбил одну из стен здания — и то рассыпалось, не устояв.

— Кто-нибудь был внутри?

— Не знаю…

— Обойди вокруг и собери своих рядом с казармой… с тем местом, где она была, — на мгновение задумавшись, отдал команду я.

— Арн, что тут…

— Баюн! — как родному обрадовался разведчику я. — Быстро наверх! Там такой же склон снаружи — как пить дать какая-нибудь тварь попытается залезть. Не жалей стрел и яда. Я пришлю тебе расходку… давай!

— Сделаю, старшой.

— Надеюсь на тебя, — я огляделся. Тревога сделала своё дело — теперь десятки прибывали в полном составе и с оружием. — Вы со мной, остальным усилить оцепление понизу. Кого найдёте не в полном боевом — гоните в шею довооружаться.

Ну-ка, Печать… всего минута прошла, как я спустился сверху? Показалось — я тут четверть часа разорялся. Фух. Теперь, если что, твари не свалятся на голову неожиданно — можно начинать спасательные работы.

— Делай как я, — приказал я тому десятку, который послушно попёрся со мной к развалинам казармы, хватая неожиданно тяжёлый фрагмент крыши. Хлынувшая в мышцы Стихия пополам с адреналином помогла мне откинуть обломок конструкции так, словно он почти ничего не весил. — И аккуратно! Там могут быть раненые товарищи.

— Кто приказал? Отставить!

Фомоза. Не прошло и… восьми минут? Долго что-то. Раскатистые вопли Басса снизу я уже минуты три слышал.

— Я приказал, — выбираясь из небольшого котлована, ответил ему я. Лопаты и правильно мотивированный десяток солдат могут заставить плакать экскаватор от зависти.

— Отставить, — повторил лейт.

— Караулка. Возможно, живые, — пальцем указав вглубь насыпи, рублено ответил ему я. Кратчайший путь между двумя точками — прямая, потому рыть мы начали с середины склона. Почти наверняка оба сержанта дежурных десятков где-то там: рядовые снаружи ещё имели призрачный шанс успеть отбежать, а вот младшие командиры из помещения — точно нет. Вряд ли кровля выдержала… но вдруг?! Таню бы сюда с её ушами и носом…

— Отставить! — в третий раз резковато повторил приказ замком, и под недобрыми взглядами рядовых с лопатами резкими фразами обозначил ситуацию: — Завалит и вас, и тех, кто снизу!

Чёрт… не подумал. И что делать?