Я, помнится, говорил, что таверны Лида сделаны «под старину»? Забудьте. Дизайнер типовых зданий для питейно-гостиничных заведений республики явно попытался сохранить некоторые аллюзии на подобные места в королевствах — но именно что аллюзии. Или, не знаю, воплотить идеализированный образ, что ли. Во-первых, в помещении общего зала просто не было привычной мне стойки — вот вообще. Маше это оказалось не в новинку — девушка просто подошла к двери на кухню и без затей позвала хозяина, с позволения сказать, бизнеса (местный аналог классического «эй, трактирщик, где тебя черти носят?!»). Во-вторых, никакого камина — видимо, в деревянном доме держать столь мощный источник открытого пламени местным показалось не самой умной идеей (поддерживаю!). В третьих — элементами дизайна интерьера тоже заморачиваться не стали. С некоторой натяжкой за них могла бы сойти только снизка луковиц (кажется, чеснока), гирляндой свисающая с невидимых во тьме стропил — однако, похоже, это скорее был аналог солонки и перечницы на столе в земном ресторане. По крайней мере, прямо на моих глазах один из посетителей подошел к снизке и ничтоже сумняшеся оторвал себе одну. Класс. А, и да. Ни одного амулета или предмета с магией Жизни.
Про посетителей я бы хотел рассказать отдельно. Хотел бы, но мои желания реальности были строго побоку: я не то что лица — детали одежды толком разглядеть не мог! Вроде на ком-то тоже был дворянский плащ, но ручаться я бы не стал. Единственное, что могу сказать — людей было около десятка, кто-то спал, навалившись на стол, некоторые неторопливо разговаривали, создавая в помещении невнятный гул. При нашем появлении разговоры на несколько секунд притихли, но потом опять вернулись к прежней громкости. Я прислушался, но толком ничего интересного расслышать не успел: Маша договорилась.
Одно в таверне всё-таки было хорошо: внутри было по-настоящему тепло. Что прекрасно ощущалось, стоило только выйти наружу. Рассёдлывать и чистить химер пришлось самим — от щедрот сервиса нам выделили аж одну персональную горелку, немедленно задутую уличным ветром, и небольшой мешочек с зерносмесью для прикормки* лошадей. Сначала Маша собиралась забрать всю поклажу с собой, включая длинное копьё, но, подумав, мы большую часть оружия и припасов просто оставили у дальней стены «нашего» стойла. Кто захочет связаться с химерами, польстившись на чужое добро — пусть пеняет на себя. Засыпали корм в одно деревянное корыто, начерпали воду в другое. Моя спутница, ловко орудуя цельнодеревянными вилами, в несколько движений накидала к горке зерна сена из расположенного в углу конюшни стога. Потом мы в четыре руки в свете походного алхимсветильника орудовали щёткой и скребком — хорошо хоть я не забыл сунуть столь полезный, но в последнее время не очень нужный на охоте предмет в одну из чересседельных сумок, и всё-таки смог в темноте найти, в какую. В общем-то, примерно так мы обустраивались на ночлег каждую ночь в рейде, пока у нас Милка была единственной химерой. Разве что еду наш грузовой транспорт на природе летом вполне самостоятельно находил прямо на месте. Стоило пораньше вспомнить про лампу, но тут сработала привычка: как бы ни было темно, в движении по лесу лучше не слепить себя и химер.
[*Лошади для длительного активного движения нужен калорийный корм. В сене калорий не так уж много, потому, если предполагается на следующий день ехать дальше — то будь любезен калории транспорту предоставить. Прикормка и сено/силос для скотины примерно как для человека мясо с гарниром — то есть хорошо сбалансированный обед. Можно питаться одним мясом или налопаться пустой кашей до сытости — но по возможности лучше питаться правильно. В современных условиях у нас, на Земле, обычно не заморачиваются ручным смешением компонентов рациона и используют готовые комбикорма.]
— Маш, этот постоялый двор — он как, типичный для королевств? — я прикрутил мощность светильника до минимума, сравнил с трепещущим на сквозняке огоньком масляной коптилки — и со вздохом выключил лампу совсем. Фонарь-то я взял, а вот насчёт запаса алхимреагентов заранее не подумал. Мне даже в голову не пришло, что я не смогу их купить, если будет нужно. Однако местный уровень успел произвести на меня вполне определённое впечатление, и теперь я испытывал вполне закономерные сомнения.
— Ммм… наверное, — мой вопрос застал спутницу врасплох, она даже замерла на несколько секунд, обдумывая ответ. А когда стала отвечать — уверенности её голосу определённо не хватало. — Прости, Арн, но я и видела их всего четыре, включая этот…
М-да. Ступил.
— То есть крестьянам ночёвка в таверне, получается, не по карману, — так привык воспринимать дочку кузнеца своим рыцарем, что напрочь выбросил из головы её происхождение.
— Если едут на ярмарку продавать выращенное или назад — то обычно останавливаются, — уточнила Мариша. — Или когда отец ездил в баронский замок на работы по найму — тоже остановку в таверне делал. Телегу с инструментами на ночь за забор загнать, лошадь в стойло отдохнуть поставить. А если идти летом, из вещей только котомка за плечами, а с собой всего пара монет, — то и в поле ничего…
Весело моя спутница до вербовочного пункта Белых добиралась — а я со своими не до конца изжитыми стереотипами с Земли совсем по другому её путь представлял. И ведь добралась же, причём, я вижу, как некий подвиг своё бегство из дома и пешее путешествие даже близко не воспринимает. Класс. Надо полагать, что и остальные сельские жители, не отличающиеся повышенным достатком, передвигаются по королевствам точно так же…
Я приоткрыл дверцу в воротах конюшни — и влетевший внутрь порыв ветра немедленно загасил фитилёк на плошке с маслом, окончательно погрузив окружающий мир во мрак. Гостиничный с-сервис на грани фантастики, мать его!
Вы когда-нибудь уезжали к знакомым в пятницу вечером на ещё ни разу не виденную вживую дачу? Поесть шашлыков и как следует оттянуться за субботу, чтобы в воскресенье вернуться в город? А ещё там обещаны «лес под боком» и «кристально чистое озеро, где купаться и загорать можно»? Не знаю, как вы, а я так по молодости налетал раза три. На поверку «дача» с завидной регулярностью оказывалась летним домиком с крохотными комнатками и «картонными» стенками с щелями в палец толщиной, куда местные комары с трудом, но всё-таки протискиваются, озеро — крохотным противопожарным прудом, заросшим кувшинками и тотально оккупированным лягушками, а обещанный загар, шашлыки и веселье нужно ещё постараться неким образом самостоятельно добыть под ледяным проливным дождем. Для полноты картины именно в нужный день что-то должно случиться с электричеством — и получится чуть ли не полная копия условий с «нашего» постоялого двора. За исключением щелей и насекомых, правда — надо отдать местным должное. Ах да, и внутри было тепло и сухо — это я сразу оценил, стоило только выйти на улицу.
В качестве умывальника — колодец, в котором ведро проломило корочку льда на поверхности воды. В качестве туалета — вонючая будка с дырой в полу. В качестве мебели — явно сколоченные собственными силами грубые топчаны (комнаты для постояльцев) и не менее грубые массивные столешницы и лавки. Когда на завтрак подали неровные куски обжаренного «с дымком» мяса а-ля шашлык, ощущение дачного дежавю стало совсем полным. Если бы не практика осенних охотничьих рейдов, пожалуй, я бы на полном серьёзе задумался, не повернуть ли мне назад — и чёрт с ним, с наследством! А так поймал себя на мысли, что по сравнению с отсыревшей за ночь, несмотря на вентиляционный амулет, палаткой, на постоялом дворе очень даже неплохо. А уж питаться не кое-как разогретой на костре вчерашней кашей в котле, который ещё и самостоятельно отмывать после еды придётся — вообще здорово и приятно. Вот уж воистину, всё познается в сравнении. Главное, чтобы было с чем сравнивать…
— Что-нибудь ещё желаете, ваше благородие*? — хозяин таверны, которого я вчера ни разу даже в глаза не увидел, сегодня подбегал к нашему столику с регулярностью раз в пять минут. Причем именно что подбегал. Уж не знаю — то ли он разглядел наконец нашу одежду и снаряжение (и герб на моём плаще), то ли просто мы остались единственными посетителями. Весь вчерашний народ куда-то делся — в общем зале завтракали мы с Машей вдвоём.
