— Дядь, не подскажешь, где сейчас можно купить кристаллы? — спросил я.

Ларк отхлебнул из кружки и прищурился.

— Ещё один ледяной камень, что ли, взять решил?

— Нет, — я покачал головой. — Меня интересуют накопители, глухие и светоносные.

Дядя медленно опустил кружку на стол.

— Ну и наборчик. Светоносный — ещё ладно, штука полезная, хоть и дорогая. Но на кой тебе остальные? Глухой берут разве что для вылазок в опасные биомы, на поверхности от него никакого толку. А накопитель…хлам.

— Почему?

— Потому, — хмыкнул он, подавшись вперёд и обхватив кружку ладонями. — Сам подумай, зачем он тебе? Ману-то из него никак не вытащить.

Видимо, о том, что из накопителей делают монокли, знают только их создатели.

— Пусть так, — я пожал плечами. — Я просто хочу изучить кристаллы.

— Изучить он хочет, — буркнул Ларк, уставившись в кружку. — Чего ж тогда все, что от родителей остались, продал? У них камней целая куча была, каких только не…

Дядя резко осёкся, кашлянул в кулак и, отведя взгляд в сторону навеса, тихо добавил:

— Извини. Дело давнее.

Видимо, я был прав, думая, что прежний Эйден продал всё, за что давали хоть медяк. Однако зачем целителям зверей было нужно такое разнообразие кристаллов, да ещё в таком количестве? Особенно глухие и накопители? Они ведь никак не вяжутся с лечением зверей…

Тем временем дверь со скрипом отворилась, и, придерживая створку локтем, на крыльцо вышла Мальвина с пузатым чайником и кружкой. Зайдя в беседку, она опустила принесённую посуду передо мной, наполнила её до краёв горячим чаем, а затем перешла к противоположной стороне стола, чтобы обновить напиток дяде и себе. Отодвинув чайник к плошке, девушка аккуратно расправила юбку и уселась на лавку рядом с Ларком. Отпив большой глоток, тот выдохнул, поставил кружку и сказал:

— В общем, так. Лавки в центре сейчас, скорее всего, закрыты. Да даже если и открыты, нечего туда соваться, пока порядок не навели. Так что вся надежда на скупщиков, а точнее на Оттмара. Он такие безделушки страсть как любит и с радостью скупает. Мы с ребятами ему частенько добычу сдавали. Гард с ним каждый раз до хрипоты торговался, всё надеялся хоть медяк выбить, а Торрин…

Дядя вдруг замолчал и, медленно проведя большим пальцем по глиняному ободку, замер. Сначала мне показалось, что он вспомнил какую-то мелочь. Однако время шло, а Ларк всё так же неподвижно смотрел на остывающий чай, пока на его скулах перекатывались желваки. Мальвина молча накрыла его руку ладонью, а Мия, проникнувшись общим настроением, сочувствующе прищурилась и спрятала мордочку за передними лапками.

До меня долетали разговоры рабочих за загоном и сопение Брумиша. Судя по лицу дяди, воспоминания о погибших товарищах до сих пор бередили его старые раны, поэтому я не стал его тревожить. Решив, что пришло время сменить тему и разрядить атмосферу, я перевёл взгляд на Мальвину и заговорил:

— Кстати, я сегодня видел Борка у «Свистящего кабана», — я сделал глоток. — Сказал, через пару-тройку дней откроется.

— Правда? — Мальвина резко подалась вперёд, отчего Мия встрепенулась и вскарабкалась на её макушку. — Надо будет к нему заглянуть.

— Он сам к нам зайдёт, как только с делами разгребётся.

Девушка улыбнулась, аккуратно сняла кистехвостиху с головы и, взяв из плошки сушёную дольку, протянула любимице. На тихий шорох тут же обернулась Адрия, сидевшая на моём плече, и, увидев, что угощение исчезло в пасти малышки, цокнула. Мальвина опустила уголки губ, выбрала кусочек побольше и, чуть приподнявшись, протянула его через весь стол:

— А это тебе, красавица, — ласково произнесла она.

Кайрил покосилась на лакомство и переступила с лапки на лапку, будто раздумывая, стоит ли так быстро сменять гнев на милость. В следующее мгновение она всё же спорхнула на стол, осторожно перехватила дольку клювом и, отбежав к моей кружке, отщипнула кусочек. Однако тут же выплюнула его, отбросила угощение в сторону и, сердито зыркнув на Мальвину, перелетела обратно на моё плечо. Проводив её непонимающим взглядом, Мия мгновенно перебежала стол, прибрала к лапам брошенное яблоко и вернулась на ладонь хозяйки.

— Чего-й то она? — встревоженно спросила Мальвина.

— Не обращай внимание, она привереда, — успокоил я её.

От моих слов секундное замешательство девушки улетучилось, особенно когда она посмотрела на Мию, уплетавшую на её ладони добычу. Окончательно расслабившись, Мальвина аккуратно поправила подол юбки и вернулась к прерванной теме:

— Хорошо бы знать точный день, когда заглянет Борк, чтобы я успела приготовить что-нибудь вкусненькое.

— Ещё чего, — проворчал Ларк, не поднимая головы. — В гости-то он придёт, вот пусть сам угощение и тащит.

Мальвина закатила глаза и пододвинула к нему плошку с яблоками. Дядя хмыкнул, взял дольку и, наконец посмотрев на меня, принялся объяснять, как добраться до Оттмара. Лавка, по его словам, располагалась по пути к южным воротам, и отыскать её не составит труда — главное не проскочить поворот.

— Ясно, — дослушав, сказал я и, залпом допив оставшийся чай, поднялся. — Тогда не буду откладывать визит.

— Привет от меня передай, — буркнул Ларк. — И даже не вздумай торговаться. Он тот ещё скряга, только время потеряешь.

— Понял, — я кивнул и повернулся к Мальвине. — Спасибо за чай.

— Не за что, — отозвалась она.

Выйдя из беседки, я окликнул зверей. Крох тут же вскочил. Люмин же никак не мог решиться на спуск: он долго и неуклюже примерялся, пятясь задом и нащупывая лапкой опору, пока наконец не соскользнул на траву.

Миновав распахнутые ворота и телегу каменщиков, я забежал в лавку, чтобы подхватить ранец со скамьи, и вскоре двинулся в сторону южных ворот.

Через пару улиц Адрии надоело разглядывать крыши домов. Спустившись по рукаву к запястью, она перебралась на внутреннюю сторону и, подцепив клювом край кармана с марками, изо всех сил потянула ткань на себя. Я тут же накрыл монеты ладонью, слегка согнув локоть, чтобы случайно не прижать малютку. Отпустив ткань, Адрия переползла на верхнюю сторону рукава и, схватив мой мизинец, попыталась сдвинуть его в сторону. Однако у неё ничего не вышло, и кайрил упёрлась лбом в руку, растопырив крылья. Минут десять я шагал с прижатой к бедру рукой и пернатой на рукаве, пока наконец не остановился с улыбкой на лице. Сунув пальцы в карман, я нащупал среди марок один из медяков, полученных от пекаря, и протянул его малышке. Адрия на миг замерла, будто не веря своему счастью, а затем молниеносно перехватила монетку клювом и взбежала по рукаву на плечо. Усевшись, она гордо задрала голову и принялась поворачивать её то в одну, то в другую сторону.

Спустя примерно полчаса я отыскал поворот и вскоре остановился у лавки Оттмара, которая оказалась небольшой двухэтажной постройкой с облупившейся штукатуркой. Её окна закрывали ставни, а вместо вывески над дверью торчали два ржавых крюка.

Поднявшись на единственную ступеньку, я постучал в дверь. Крох тут же сел у моих ног, а Люмин пристроился за ним и принялся выглядывать из-за белого хвоста. Через несколько секунд из глубины дома донеслись тяжёлые, неторопливые шаги. С каждым мгновением они становились всё ближе, отдаваясь вибрацией в досках под моими сапогами, отчего двухвостый поворачивал уши то в сторону двери, то на пол.

Вскоре послышался лязг засова, и створка распахнулась. Однако вместо лица я упёрся взглядом в чью-то грудь, обтянутую потёртым кожаным жилетом. Подняв голову, я наткнулся на стальную цепь, выглядывавшую из-за ворота, а затем и на хмурый взгляд бритоголового гиганта. Его расплющенные уши и многократно сломанный нос горбинкой явно выдавали заядлого кулачного бойца. Чтобы не задеть макушкой притолоку, он пригнулся и, опёршись огромной ладонью о косяк, пробасил:

— Чего надо?

— Здравствуйте, — произнёс я. — Я ищу господина Оттмара.

Здоровяк чуть выпятил нижнюю губу.

— А с чего ты взял, что тут такие водятся?