— Стой! — скомандовал он.

Она обернулась и с недоумением посмотрела на него.

— Что-то случилось? — с тревогой спросила Лера, вернулась в дом и подошла к столу: — Что-то с корнями?

— Именно, — воззрился на нее кактус. Тут же нахмурился и добавил: — Ты хоть знаешь, насколько это растение ядовито?

— В книге ничего не сказано, — ответила она.

Колючка закатил глаза, постоял так и изрек:

— Дай сюда книгу.

Лера принесла и открыла ее перед ним.

— Ну ближе же, — проворчал кактус.

Его колючки коснулись страниц, и вдруг что-то произошло. Над разворотом стал подниматься туман, тонкий, серебристый, он клубился и складывался во что-то объемное.

Лера ахнула. Над книгой, в воздухе, парила маленькая копия того самого растения, которое она собиралась добыть в поле. Скрученные в тугой клубок корни пульсировали, и на них выступали крошечные капли. Одна такая сорвалась и упала на туманную землю, и от нее пошел дымок.

— Это яд, — объяснил кактус.

Но Лера и сама уже читала об этом. Там, в объемном тумане, проступали буквы. Одна такая капля — и ее руку могло прожечь насквозь. В этой книге о травах оказалась спрятана вторая книга, уже магическая, которая проступала только от прикосновения фамильяра. Возможно, были и другие способы, но Лера-то магом не была. Именно во втором слое и была указана вся правда.

— Почему в книге не написано? — пробормотала она. — Это ведь опасно.

— Именно поэтому, — усмехнулся кактус.

Ведьма все продумала. Кроме одного — того, что Колючка мог иметь свое мнение на этот счет.

С бумажной страницы книги на Леру смотрели глаза. Именно так выглядели цветы этого растения, словно лупоглазая лягушка с пушистыми ресницами. Нужно было собрать только листья и выварить из них сок. Перелить его горячим в стеклянную тару и настаивать три дня. Больше ничего написано не было.

Лера посмотрела на кактус, но он дремал, подставив один бок под теплые лучи солнца. Она не стала его будить и тихо вышла из дома. Рыжий грохотал в первом сарае, что-то перебирая, дикие сорняки мирно торчали на огромном поле, делая вид, что они просто растения-переростки. Лера набрала чешуйчатых стеблей для ужина и вернулась в дом.

Колючка уже не спал. Она попросила его о помощи, он поворчал для порядка и прикоснулся иглами к развороту книги. Над ней поднялся тонкий серебристый туман и в нем проявилось глазастое растение. Оно моргнуло, и Лера поежилась.

— Магия, — буркнул кактус. — Неживое, с ним не поболтаешь.

Туманное растение снова моргнуло, и несколько его ресниц вдруг оторвались и пиками впились в землю. Магическая часть книги предупреждала об опасности — растение умело стреляло ресницами-колючками.

— Не смотри на него, — предупредил кактус. — Просто не смотри. И еще — сразу хватай его за стебель своей рукой, пусть почувствует твою…

Он не договорил и замолчал. Лера взяла корзинку и отправилась в поле. Колючка подсказал, что искать глазастика надо недалеко от трехметровой крапивы и никогда, ни за что не смотреть на цветы-глаза, только на стебель и листья.

Это оказалось непросто, потому что растение изо всех сил старалось само заглянуть Лере в глаза. Оно громко и угрожающе моргало, извивалось и выкручивалось, тянуло свой цветы к ее лицу.

Она крепко схватила его за стебель и принялась отрывать листья. По сорняку прошла едва заметная дрожь, моргание на несколько мгновений прекратилось, и этого времени хватило.

Но когда она убрала ладонь и стала отступать, взгляд ее на долю секунды упал на цветок. Растение встрепенулось и запустило в нее ресницы-шипы. Один попал в лодыжку, и это было довольно больно, но боль быстро прошла.

— И что ты собираешься с ними делать? — сразу спросил кактус, как только она перешагнула порог.

— Выварить сок, — ответила Лера. — Так в книге написано.

— Угу-угу, — неясно промычал Колючка, — и как именно ты намерена это сделать?

— Бросить в чугунок, налить немного воды и…

Кактус закатил глаза.

— Не стать тебе ведьмой! — изрек он.

— Не стать, — согласилась она.

Колючка помолчал, бросая на нее взгляды.

— Нельзя их варить в воде, только томить на медленном огне, сок из листьев сам выступит. И еще, — добавил кактус, — делать это нужно не здесь. — Он снова помолчал. — Придется идти туда, где ты меня нашла.

Колючке далось это непросто. Лера несла его в руках, и несла осторожно, но он хмурился, морщился и сжимался. Видимо, воспоминания о мастерской ведьмы у него были самые плохие. Оно и понятно, сохнуть там без воды и света так долго, только магия его поддерживала.

Внутри пахло травами и пылью, и Лера оставила дверь открытой. Кактус она бережно поставила на стол, и он критически осмотрелся, замечая и пересушенные пучки трав, и беспорядок. Рыжий заглянул в мастерскую, но заходить не стал и снова ушел греметь в первом сарае.

— Вон там, на верхней полке, стоит горшок, — сказал Колючка. — Возьми его.

Небольшой, глиняный, он разместился вверх дном и внутри оказался чистым. И довольно тяжелым, видимо, из-за толстого дна.

— Листья не режь, — продолжил кактус. — Рви руками, это не опасно. — Когда Лера все сделала, он невозмутимо добавил: — Теперь разведи магический огонь.

Она застыла с горшком в руках.

— Я не могу.

— Я знаю, — хмыкнул Колючка.

И посмотрел на нее хитро и напряженно. Но иглы его нервно подрагивали.

— А обычный не подойдет? — спросила Лера.

Кактус замер.

— Ты что, не выкинешь меня в дверь? — осведомился он.

— Нет, зачем? — удивилась она. — Ты же не виноват, что у меня нет магии.

Колючка насупился. Помолчал, бросая на нее взгляды исподлобья.

— Я и не говорил, что у тебя ее нет. — И добавил: — Огонь можно любой, главное, чтобы сок не закипел, иначе все пропало.

Здесь пригодился чугунный рассекатель с дырочками, который Рыжий нашел для нее в первом сарае. Кот соорудил подобие печки прямо во дворе, принес щепок и развел огонь. Кактус стоял неподалеку и давал советы.

Лера поставила горшок на эту печь и принялась помешивать деревянной лопаткой. Листья стали тихонько шипеть, оседая, из них выступила тягучая, синевато-зеленая жидкость.

— Готово, — изрек кактус, и она сразу убрала горшок с печки.

Они вернулись в мастерскую, и Лера аккуратно перелила сок в одну из небольших стеклянных бутылочек, стоявших на столе, на которую указал Колючка. Она подняла ее и посмотрела на свет. Жидкость перламутрово переливалась, перетекая из зеленого в синий и обратно. Лера улыбнулась. Кактус посмотрел на нее и в его глазах на мгновение тоже мелькнула улыбка.

Вечером, после ужина, Рыжий ушел. Лера проверила землю у кактуса, спросила, заживают ли у него корни, затем несколько раз передвинула его, потому что ему не нравилось то одно, то другое место.

Закончив все дела, она легла спасть. Стоило закрыть глаза, и грибница сразу погасла. Кактус закрыл глаза и задремал. В доме стало темно и тихо. И тут-то боль в лодыжке, куда попала ресница-игла, словно проснулась и пронзила ногу.

Лера открыла глаза и села, и боль пронзила ногу сильнее. Грибница стразу вспыхнула, осветив дом, и стало видно желтый круг, проявившийся вокруг укола ресницы-шипа. Кактус встрепенулся сразу, как только Лера заворочалась, и сейчас его глаза с ужасом смотрели на ее ногу.

— В мастерскую, быстро! — завопил он так громко, что она вздрогнула, поморщилась и потерла висок. Колючка стал бледно-зеленым. — Уже голова болит? Тогда еще быстрее!

В голосе его была такая тревога, что Лера заставила себя встать, хотя больше всего ей хотелось лечь, укутаться и не шевелиться. Подхватив кактус, она поковыляла к двери.

На улице было сумрачно и холодно. С трудом спустившись с крыльца и подволакивая немеющую ногу, она добралась до мастерской. Дверь привычно поддалась, но внутри оказалось гораздо темнее, чем на улице.