Вздохнув с облегчением и совершенно забыв о камере, продолжающей висеть в воздухе неподалеку от него, Бахам поднялся и пошел назад, к дороге.

— Что делать с ним дальше? — поинтересовался Ефан.

— Пусть едет. Ремонт моста еще не закончен и ему придется вернуться назад, — ответил Фингер.

— Но он может увидеть останки первой группы. Мы никак не можем извлечь их из водопада.

— Пусть увидит. Тем больше будет паника, когда он присоединится к остальным и расскажет об этом.

— Как вам будет угодно, сэр.

28

— Новист!

— Да, сэр! — тотчас откликнулся тот, чувствуя, что томительное ожидание вот-вот сменится активными действиями.

— Я думаю, что вам следовало немного расшевелить наших гостей.

— О! Это давно пора сделать, .сэр!

— Вот что я придумал. Устрой им корриду!

— Вы хотите подкинуть им быка? — удивился командир коммандос.

— Быка? — удивился Фингер Двадцать Первый. — Нет, надо что-нибудь покрупнее. Быка они просто собьют машиной, и не будет никакого интереса.

— Совершенно верно, сэр, — сказал Новист, потирая руки от возбуждения.

— Да, это мелко.

— Простите, сэр, — вмешался в разговор Ефан. — Они приближаются к первой линии обороны, и там вы сможете делать с ними все, что угодно.

— Твоя линия вместе с роботами уже подвела не один раз, — гаркнул Фингер Двадцать Первый.

— Роботы исправны, а линия готова к бою, — возразил Ефан.

— Но роботы уложили всего двоих, — поддержал шефа Новист.

— Это случайность — значок оказался слишком неудобным.

— Ну и где сейчас твои роботы?

— Они следуют за колонной. Ждут благоприятного момента.

— А я не хочу ждать этого момента, — повысил голос Фингер Двадцать Первый. — Мне скучно. Не для этого я пошел на такие затраты, чтобы в моем парке гулял детский сад!

— Хорошо, хорошо, как вам будет угодно, — покорился Ефан.

— Вот именно! Я знаю, что надо делать.

— Я весь внимание, — вежливо ответил Ефан, но в голосе его можно было ясно расслышать сарказм, несвойственный роботам.

— Мы сбросим перед колонной граундера. Пусть они с ним поиграют.

Граундером называли гигантского броненосца. Это был хищник с планеты Ногра, где подобные твари встречались во множестве. Броненосец считался едва ли не самым агрессивным животным из всех встречающихся во Вселенной. При весе в десять тонн и длине около восьми метров он на своих шести лапах мог развить скорость до шестидесяти километров в час. На родине у него не было естественных врагов, кроме крохотных насекомых-паразитов, которые могли уничтожить ослабленное животное за неделю. Всеядность и прожорливость граундера были фантастическими, и поэтому не каждый зоопарк был в состоянии иметь у себя такой экспонат.

— Но, сэр! — попытался возразить Ефан. — Это наш единственный экземпляр! Мы заплатили за него…

— Подумай, — перебил его Новист, — что можно сделать с ним без оружия! У них же только охотничьи ружья и патроны, снаряженные мелкой дробью. А у него — броня сантиметров десять!

— Но тогда он перебьет всех!

— Не перебьет, — отмахнулся Фингер Двадцать Первый. — Самые ловкие успеют удрать. Приступайте.

Перед тем как спуститься в зверинец, Новист забежал к Ефану.

— Принимаю ставки.

— Какое пари? — поинтересовался робот.

— Сумеет хоть кто-нибудь уйти с корриды.

— А на отдельного человека можно поставить?

— Можно, но я бы не стал.

— Тогда удвой ставку на моего блондина.

— Я бы не советовал, лучше поставить на этого… Как его? А! Штальнагеля. Он хорошо идет.

— Его машина идет первой, — возразил Ефан. — Он первым попадет под удар.

— Ну, это мы посмотрим. Значит, не уговорил?

— Я уже сказал, что делать.

— Договорились, но я уверен — ты своих денег больше не увидишь. Привет!

Он вошел в лифт и спустился во внутренний двор замка. Сюда выходили едва ли не все окна, вдобавок сверху двор был накрыт прозрачным бронеколпаком. Здесь его уже ждали пять человек из отряда. Новист посчитал, что против безоружных людей этого будет вполне достаточно.

— Так, ребятки, задача поставлена. Коммандос привычно подтянулись.

— Нам поручено доставить граундера на дорогу, по которой едут эти придурки.

— Простите, но это не по правилам, — возразил один из солдат.

— Что не по правилам?

— Наши ставки будут отменены? — поинтересовался другой.

— Значит, так. Во-первых, правила здесь придумывает босс, и они все время меняются. Знали вы об этом?

Никто не счел нужным отвечать на этот, явно риторический вопрос.

— А что касается граундера, то здесь, как в рулетке: кому-то повезет, а кто-то продуется.

Солдаты согласно закивали. Они играли от скуки, и даже если они останутся в проигрыше, то в небольшом. Командир, так или иначе, поставит выпивку с победой.

Они прошли к ангару и уселись в планетарный бот. Умная машина сверила их лица с хранящейся в памяти информацией. Здесь не нужны были пропуска или другая идентификация. Всех своих компьютер знал в лицо. Этим обеспечивалась безопасность.

Бот вылетел из ворот, расположенных метрах в двадцати над землей, и стремительно понесся к зоопарку, примыкающему к замку с восточной стороны.

Выдернуть клетку с граундером из фундамента было делом одной минуты. Еще пятнадцать минут катер летел до предполагаемой точки рандеву. Фингер Двадцать Первый сам корректировал место высадки. Клетку установили чуть в стороне от дороги. Когда захваты убрались в брюхо бота, Новист спрыгнул на клетку сверху.

Граундер никак не отреагировал на это движение. Он привык к людям. Они его кормили, чистили клетку и по мере сил спасали от многочисленных паразитов. Ничего плохого от них он не видел.

— А он, пожалуй, скорее сам убежит от них, — ухмыльнулся Новист и включил рацию. — Босс, а вы уверены, что он будет опасен, когда мы откроем клетку?

— Ты что, не знаешь, что граундер — одно из самых опасных животных, известных человечеству?

— Об этом-то я слышал, но этот…

— Чем он тебя не устраивает?

— Да я помочусь ему на голову, а он и не мяукнет.

— Что ты предлагаешь?

— Надо как следует дать ему под зад, чтобы разъярить.

— Делай. Я куплю себе другого.

— Но, сэр! — вмешался Ефан. — Этот экземпляр зарегистрирован…

— Плевать! Я хочу увидеть его в бою. Новист! Все должно быть по высшему разряду. Ты понял меня?

— Не сомневайтесь, сэр! За мной не заржавеет.

Он подошел к клетке и взглянул в глаза зверя. Тот доверчиво ткнулся мордой в прутья, ожидая подачки. Новист положил левую ладонь на широкий лоб животного. Граундер вел свой род от холоднокровных и любое тепло воспринимал положительно. Его роговые пластинки над глазами дрогнули, и можно было понять, что ласка человека ему приятна. Новист же тем временем вытянул из ножен штык и вдруг, почти не размахиваясь, воткнул его в глаз животного.

Рев, огласивший окрестности, можно было сравнить разве что с ударом грома. Несчастный граундер заметался в клетке так, словно хотел разнести не только ее, но и всю планету. Прутья гнулись, но не уступали натиску. Новист, стоящий чуть в стороне, на безопасном расстоянии, с жестокой улыбкой наблюдал, как бесится раненое животное.

Наконец граундер исчерпал свои силы. Он опустился на дно клетки и уставился уцелевшим глазом на стоящего неподалеку Новиста. В его крохотном мозгу постепенно запечатлевался этот образ. Запахи, силуэт, звуки дыхания становились лицом врага. Теперь человек стал его врагом, главной добычей. Это было подлое существо, бьющее исподтишка и поэтому лишнее в этом мире. Единственный глаз животного не был большим черным шаром без выражения. Это было сосредоточение злобы, ненависти и коварства. Едва только позволит обстановка — и человек умрет, став его пищей.

Новист еще раз усмехнулся и поднялся на борт катера.

— Принимаю новые ставки. Есть желающие?