Игорь включил заднюю передачу. В зеркале появилась бледная фигура.

Тварь вышла из-за мусорных баков и бросилась к машине. Он прибавил газ, намереваясь проехать мимо, но справа из темноты выскочила вторая тварь. Ударилась в заднее правое крыло и отлетела к стене. «Паджеро» качнулся. Первая уже неслась к водительской двери.

Игорь переключился и рванул вперед. До ворот оставалось несколько метров. Он ударил по тормозу, выворачивая руль, и машина встала наискось.

Тварь врезалась в дверь. Голова ударила в стекло, по нему побежали трещины. Игорь отшатнулся к соседнему сиденью, слава богу, он уже перестал пристегиваться. Второй удар продавил стекло внутрь вместе с белой рукой.

Он схватил запястье обеими руками, не давая пальцам сомкнуться на горле. Холодная кожа скользила в ладонях. Тварь тянула его к окну, и удержаться на сиденье уже не получалось.

Игорь уперся ногой в дверь и рванулся назад. Футболка, что была на нем, затрещала. Ему удалось вывернуться, свалиться на пассажирское сиденье и открыть дверь с другой стороны.

Выскочив наружу, он побежал к разгрузочному пандусу торгового павильона. Рядом со ступенями висел огнетушитель. Игорь сорвал его с крепления и развернулся, когда первая тварь обогнула машину.

Струя ударила ей в лицо. Он отступал вдоль пандуса, не отпуская рычаг. Во дворе поднялось белое облако. Тварь промахнулась, врезалась плечом в стену, и Игорь ударил ее баллоном по голове. Отдача прошла по рукам до локтей. Существо качнулось, но устояло.

Вторая появилась сбоку. Игорь швырнул в нее опустевший огнетушитель, перемахнул через край пандуса и бросился к двери павильона.

Закрыто.

Он дернул ручку, ударил плечом в дверь, затем побежал дальше. В конце пандуса была лестница на крышу. До нижней перекладины пришлось подпрыгнуть. Игорь подтянулся, закинул ногу и полез вверх.

Лестница дернулась. Тварь внизу ухватилась за нее и потянула от стены. Посыпалась кирпичная крошка. Игорь успел подняться еще на две перекладины, когда нижнее крепление вырвалось из кладки.

Он всегда боялся высоты, а крыша павильона находилась примерно на уровне девятого этажа. Но сейчас внизу было страшнее. Стараясь не смотреть под ноги, Игорь полез быстрее. Лестница раскачивалась, отходила от стены и со скрежетом билась о кирпичи.

До крыши оставалось около двух метров, когда сверху посыпалась крошка. Игорь замер на мгновение, затем рванул вверх, переступая через перекладину. Над головой хрустнуло. Лестница начала заваливаться назад, и он, оттолкнувшись ногами, прыгнул к краю крыши.

Пальцы скользнули по мокрому железу. Он зацепился за край, повис и почувствовал, как хватка слабеет. Рывком подтянулся, успел забросить локоть, потом второй. Скребя носками по стене, перевалился грудью через край, закинул колено и вполз на крышу.

Внизу, извиваясь стальной лентой, падала лестница. Вырванная из креплений, она гнулась под собственным весом и оседала на землю, увлекая за собой тварь, которая рискнула повторить путь Игоря. Секции складывались одна на другую, зажимая ее между перекладинами. Тварь барахталась в искореженном металле, не в силах выбраться.

Игорь отбежал от края и, пока хватало сил, обежал крышу по периметру. Проверил все выходы, предусмотренные создателями этого архитектурного шедевра, закрыл двери и убедился, что снаружи их не открыть.

Только тогда он позволил себе остановиться. Прямо сейчас до него никто не мог добраться. Игорь лег на спину, тяжело дыша. Сердце колотилось так, что отдавалось в горле. Казалось, с того момента, как он бросил машину, прошла целая вечность.

Постепенно он снова начал слышать происходящее вокруг. До этого замечал только тварей и то, куда можно от них убежать. Теперь почувствовал под спиной холодную кровлю, различил запах дыма и наконец посмотрел вверх.

Впервые за все свои кошмары Игорь разглядел небо.

Ни звезд, ни облаков. Луны тоже не было. Свет, который он все это время принимал за лунный, исходил, казалось, от самого неба, затянутого ровной серой пеленой. Эта светящаяся муть походила на земное небо примерно так же, как твари на людей.

Но разбираться с этим сейчас сил не было.

Город кричал. Далеко и совсем рядом люди звали на помощь, вопили от боли и ужаса. Некоторые крики обрывались так резко, что Игорь невольно задерживал дыхание. Визжали тормоза, грохотали столкнувшиеся машины. Сквозь вой пожарных и скорых пробивался треск далеких автоматных очередей. Где-то поблизости гулко били из ружья.

Такого он не слышал ни в одном фильме ужасов.

Подойдя к краю крыши, Игорь окинул взглядом погибавший город. Пожаров было не так уж много. Из центра поднимались два тонких столба дыма, постепенно становясь гуще. В нескольких кварталах уже погас свет. Поток машин, поредевший с наступлением ночи, вновь нарастал. В центр почти никто не ехал, зато к окраинам машины неслись одна за другой. Даже отсюда у многих были видны вмятины на боках, разбитые фары и болтающиеся бамперы.

А внизу метались бледные фигуры, догоняя бегущих людей. С крыши Игорь не всегда мог разглядеть, что происходило, но видел, как настигнутый человек падал, а тварь склонялась над ним. Доносился крик, который вскоре обрывался. На асфальте оставалось неподвижное тело, а бледная фигура уже неслась за следующей жертвой.

И крики, крики, крики…

Игорь отошел от края к середине крыши, лег на бок и зажал уши ладонями. Закрыл глаза и попытался забыться ни о чем не думая.

Игорь проснулся от звонка будильника. Полежал, прислушиваясь к звукам снаружи. Тишина. Блаженная тишина. За ночь на крыше он, пожалуй, наслушался больше криков, чем за все предыдущие кошмары. Теперь можно было просто лежать и слушать, как за окном неспешно проезжают машины.

Он встал, радуясь, что в очередной раз дожил во сне до пробуждения. Пора было меньше рисковать и привести в чувство почти атрофировавшийся инстинкт самосохранения. С Семеном тоже стоило об этом поговорить: тот себя совсем не берег.

Хорошо хоть проверил еще один маршрут, который казался безопасным. Теперь стало ясно: об этих проездах знал не он один. Когда все началось, горожане тоже попытались выехать через них, спасаясь от тварей. А Игорю предстояло двигаться навстречу потоку. На узкой дороге он мог не только застрять, но и перекрыть путь тем, кто пытался спастись.

Надо было заново обдумать дорогу и понять, где удастся проехать, когда весь город рванет к окраинам. Добраться до своих он по-прежнему собирался.

Свои — это друзья, которые порой ближе любого родственника. И семья: его упрямая, может, и бывшая, жена Юля, ее отец Сергеич — мировой мужик, да и теща, которая, если честно, была не такой уж плохой. Как бы ни складывались сейчас их отношения, оставлять их в этом кошмаре Игорь не собирался.

Утром Игорь созвонился с Семеном и Ильей, а вечером собрал обоих на складе и рассказал все, что видел совсем недавно во сне.

— На рынке зажали? — спросил Семен. — Думал, там вообще никого не будет.

— Я так же думал, — сказал Игорь. — Ну, там, если бы от тварей отбился, смог бы уехать. Как задолбался я уже ездить без оружия!

Игорь возмутился и сразу спросил у Семена:

— Ты в прошлый раз говорил, что можешь поспрашивать насчет оружия. Есть что-нибудь?

— Есть, — ответил Семен. — Пока твое дело не закрыли, не хотел тебя дергать.

— Что предлагают?

— Автомат и два ПМ. Патроны тоже есть, но немного.

— Сам видел?

— Видел. Человек, через которого вышел, мне давно знаком. С продавцом встречался дважды.

Игорь кивнул.

— Сколько?

Семен назвал сумму. Игорь задумался. Выходило даже дешевле, чем предлагали опера. В чем подвох?

Илья подался вперед.

— Подожди считать. Ты точно решил? Тебе прошлого раза мало? А если опять подстава?

— Я понимаю, о чем ты, Илья. Но ты, как я понял, все еще до конца не веришь, что это случится. А мы с Семеном каждую ночь там. Видел бы ты, что я сегодня пережил…