Илья говорил уверенно, будто уже согласился участвовать, хотя вслух этого еще не произнес. Игорь решил не торопить его.

Они поднялись на крышу. Отсюда были видны дорога, старые корпуса завода и железнодорожные пути. Ветер тянул дымом от частного сектора. Илья несколько минут смотрел по сторонам, словно запоминал местность.

— Если ты уверен в дате, — сказал он, — сюда надо приехать заранее. Не после первого выстрела и не тогда, когда улицы перекроют. За несколько часов до начала закрыть ворота, отключить свет и сидеть тихо. Тогда оружие вообще может не понадобиться.

— Я все равно его куплю.

— Ружье?

— Два.

Илья повернулся к нему.

— Зачем два?

— Одно, мало, но больше пока не потяну. Если нас здесь будет не двое, надо вооружить как можно больше людей.

— Нас пока и двое нет. Есть ты, который что-то недоговаривает, и я, который зачем-то стоит с тобой на крыше заброшенного склада.

— Ты сам сказал, что место хорошее.

— Место хорошее. А ружье при массовых беспорядках может не помочь, а добавить проблем. Выстрел слышно далеко. Вооруженного человека замечают первым. Если против тебя толпа или несколько стрелков с нормальным оружием, двустволка тебе не поможет, да и полиция, с армейскимис такими не церемонится, попадешься с оружием в руках, поди докажи, что для самозащиты взял, обвинят в мародерстве, или в участии в беспорядка, присядешь надолго.

— Откуда такая уверенность?

Илья посмотрел на него так, будто вопрос был лишним.

— Я служил. Давно. Потом ушел на пенсию. Этого тебе пока достаточно.

— Военный пенсионер, значит. Во дворе говорили, но никто точно не знал.

— Во дворе много чего говорят. Так вот, бывший военный пенсионер советует не надеяться на оружие. Если можно избежать боя, его надо избегать. Если можно спрятаться до того, как начнется паника, надо спрятаться.

Игорь вспомнил бледную руку, разбившую водительское стекло, и тело, проломившее лобовое. Илья рассуждал правильно, но исходил из того, что нападавшие будут людьми. Объяснить, почему даже одного укрытия может оказаться недостаточно, Игорь пока не мог.

— Купить все равно придется, — сказал он.

— Тогда хотя бы не рассказывай о нем соседям и не таскай на виду. А с припасами помогу. Начнем со списка людей, потом пересчитаем все остальное.

Перед уходом Илья еще раз проверил заднюю дверь и сфотографировал на телефон не только дорогу к складу, не само здание.

— Адрес жене скажешь? — спросил Игорь.

— Пока нет. Мы договорились сначала разобраться. Когда пойму, что ей говорить, тогда скажу.

Через три дня Илья принес две переносные радиостанции и старый широкополосный приемник со стертой маркировкой на корпусе.

— Рации обычные, гражданские, дальность в городе будет меньше, чем написано на коробке, — предупредил он. — А это только слушает. Передавать не умеет.

— Что слушает?

— Все, что сумеет поймать. Охрану, дорожные службы, железную дорогу. Может, какие-нибудь открытые служебные каналы. На полицию особо не рассчитывай: часть связи закрытая, часть давно цифровая. Но если все посыплется, люди начнут использовать то, что работает.

Они проверили рации во дворе склада. Илья ушел за старые цеха, а Игорь остался у ворот. Голос сначала звучал ясно, потом начал пропадать в треске. За железобетонной стеной связь становилась хуже, зато с крыши Игорь слышал Илью почти без помех.

Приемник поймал переговоры охраны соседнего предприятия, обрывки разговора железнодорожников и чью-то музыку. Ничего полезного в эфире не происходило.

— Так и должно быть, — сказал Илья. — Это все конечно в основном бесполезный мусор. Но однажды и в нем может оказатся что-то важное.

Одну рацию он забрал, вторую Игорь оставил в бытовке. Приемник поставил рядом с мониторами и подключил к резервному питанию. Игорь решил, что несколько, даже самых простых раций надо будет еще докупить.

Участковый пришел проверять сейф через неделю. Осмотрел крепление к стене, попросил открыть и закрыть замок, записал модель и задержал взгляд на лоджии, где кроме металлического шкафа стояли только старый стул и коробка с инструментом.

— Ключи отдельно храните, посторонним не передавайте, — сказал он. — Когда оружие приобретете, условия хранения должны оставаться такими же.

Игорь расписался в акте. Еще через несколько дней ему сообщили, что документы готовы.

К этому времени деньги почти закончились. Аренда склада, ремонт машины, бытовки, скважина, генератор и запасы съели накопления быстрее, чем Игорь успевал их считать. На два ружья, патроны и оставшееся оборудование средств не хватало.

Он несколько вечеров сравнивал банковские предложения, потом подал заявку на кредит под залог квартиры. Квартира досталась ему по наследству и не считалась общим имуществом. Сотрудница банка проверила документы и сказала, что отдельного согласия супруги для залога не потребуется.

Игорь испытал не облегчение, а стыд. Формально он мог подписать договор один. По-человечески должен был сначала поговорить с Юлей. Однако разговор означал бы рассказать и про склад, и про потраченные накопления, и про то, что ради своих снов он собирается заложить единственное жилье.

Он подписал.

Получив деньги, Игорь первым делом вернул в металлическую шкатулку часть взятой наличности. Сумма все равно оставалась меньше прежней, но теперь пропажа не бросалась в глаза. Остальные средства он разложил по новым строкам в файле расходов. Оружие, связь, лекарства, ремонт, резерв. Строку «кредит под квартиру» спрятать было некуда, поэтому он просто закрыл таблицу.

В оружейный магазин Игорь приехал с двумя лицензиями и заранее составленным списком. Павел помог выбрать модели еще в клубе. Первой стала турецкая вертикалка ATA Arms SP Ejector, похожая на ружье, из которого Игорь стрелял по тарелочкам. Второй — МР-27ЕМ с более короткими стволами длиной шестьсот шестьдесят миллиметров. Простое, тяжелое и не такое удобное, зато знакомое любому мастеру.

Продавец оформлял бумаги дольше, чем Игорь выбирал. Проверил документы, несколько раз сверил номера, выдал чехлы и напомнил о сроке регистрации. Игорь купил принадлежности для ухода и патроны для тренировок. От желания набрать сразу все, что стояло на полках, пришлось отказаться. Даже кредит не превращал деньги в бесконечные.

Дома он убрал оба ружья в сейф. Юля заметила новые чехлы вечером, когда собиралась на работу.

— Ты все-таки купил оружие?

— В клубе взял в аренду, — соврал Игорь. — Чтобы каждый раз не ждать свободное. Одно мое, недорогое, второе клубное.

— Сколько стоит твое «недорогое»?

Игорь назвал сумму в несколько раз меньше настоящей.

— А второе зачем дома, если оно клубное?

— По договору хранится у меня. Документы есть, сейф проверили.

Юля посмотрела сначала на него, затем на металлическую дверцу.

— Раньше ты на рыбалку тратил меньше.

— Раньше я рыбу ловил, теперь по тарелкам стреляю. Тарелки денег стоят.

Шутка не получилась. Юля молча застегнула куртку и ушла. Игорь закрыл сейф, проверил замок и сразу почувствовал себя еще большим лжецом, чем минуту назад.

Илье о кредите он тоже не сказал. Тот и без того считал покупку двух ружей плохой идеей.

В стрелковом клубе Семен теперь появлялся почти каждый раз, когда приезжал Игорь. Он по-прежнему переводил кучу патронов, стреляя из самого ходового клубного оружия, повторял одни и те же действия до тех пор, пока инструктор не просил освободить место следующему стрелку. Стрелял Семен заметно лучше, чем при их первой встрече.

Однажды после занятия Игорь дождался его у выхода.

— Кофе выпьешь?

Семен посмотрел на часы.

— Если недолго.

Кафе находилось возле автозаправки, в пяти минутах езды от клуба. Внутри пахло жареным тестом и крепким кофе. Они сели у окна. Несколько минут говорили об оружии и ценах на патроны. Семен отвечал и сам вопросов почти не задавал.