Случайно угадал? Мельком увидел и не заметил? Он опять прокрутил в голове магазин, кассу, возвращение домой. Дома он взял утку за клюв, оторвал торчавшую бумажку и сразу поставил игрушку перед собой, то есть увидеть надпись никак не мог. Игорь опустился в кресло. От этого опыта он ждал облегчения, а теперь не знал, куда деть руки. До сих пор можно было утешать себя усталостью, рекламой, да чем угодно. Теперь на столе лежала вещь с надписью, которую он сначала прочел во сне, а потом наяву. И рядом была запись, сделанная до проверки.

В файл Игорь внес запись: «Теория доказана, во сне я вижу то, что произойдет через год».

Он перечитал написанное и сохранил файл. Теперь сомнений не осталось: сны сбудутся. Можно было и дальше искать другие объяснения, но надпись, которую он сначала увидел во сне, а затем нашел наяву, убедила его окончательно, словно сама судьба дала ему подсказку: «Не тупи». У него оставался год, и тратить его на сомнения Игорь больше не собирался.

Закончив, Игорь поднял глаза и увидел, как над дверью подъезда загорелась лампа. Вышел Илья, застегивая куртку, остановился на привычном месте и полез в карман за сигаретами. День начинался как обычно.

Через некоторое время, когда Игорь успокоился, он снова обдумал увиденное. Если будущее можно изменить, значит, страшный исход не был неизбежным. За оставшийся год он успеет подготовиться, а если поймет, что оставаться в городе слишком опасно, заранее уедет. Бегством он это не считал: уехать и не оказаться в квартире в тот день — самое разумное решение, которое пришло ему в голову. Теперь у него был выбор, и тратить время на сомнения Игорь больше не собирался.

Но прежде требовалось понять, от чего именно он собирается уезжать. Во сне Игорь видел только дом и двор. Он не знал, что происходило в соседнем квартале, в центре города, на окраинах, в других городах. Может быть, твари приходили только к нему, а может, весь город был забит ими и бежать от них было просто некуда.

Да и вообще кто они такие, откуда появятся, в чем их цель?

Ответов не было. Зато на телефоне появилось рабочее сообщение: «С кромкой опять херня, набери». Игорь посмотрел на экран и впервые обрадовался обычной производственной проблеме. Кромка была понятной проблемой: ее можно измерить, сфотографировать, в конце концов вернуть. Она не будет повторять твоим голосом слова, сказанные тобой же перед смертью.

По телефону мастер объяснил, что часть рулонов пришла не того цвета, хотя в накладной стоял правильный артикул. Поставщик уже успел заявить, что на производстве сами перепутали коробки.

— Конечно, сами, — сказал Игорь. — Нам же больше заняться нечем.

— Приедешь?

Обычно такие вопросы он решал из дома. Сейчас же перспектива провести весь день в квартире, где он столько раз умирал, совсем не радовала.

— Приеду. Только ничего не вскрывайте.

До производства он не доехал даже половины пути, когда поток встал. Впереди столкнулись две легковушки, повреждения были несерьезными: разбитая фара, помятое крыло. Водители ходили вокруг машин с телефонами, инспектор пытался освободить одну полосу, автобус справа безуспешно пытался перестроиться и влезть в соседний ряд.

Игорь посмотрел в зеркало: сзади уже собиралась пробка. Сдать назад нельзя, развернуться тоже. Из-за двух помятых машин перекресток оказался почти полностью перекрыт. Он представил, что будет, если этим людям действительно понадобится срочно уехать. Кто-нибудь обязательно выскочит на встречную полосу, другой бросит машину посреди дороги, третий полезет объезжать по тротуару. Одной аварии хватит, чтобы запереть несколько улиц.

Мысль была неприятной, но пока оставалась только мыслью. Во сне он не видел ни дорог, ни машин, ни бегущих людей, даже улицу за воротами не успевал рассмотреть. Поток дернулся и снова замер. Игорь взял телефон и записал: «Перекресток у моста может создать проблему, встает из-за мелкой аварии».

Раньше такая заметка показалась бы ему глупой, теперь он точно знал, зачем ее делает. На производство приехал почти через час. Мастер встретил его у палеты и молча показал коробки, на этикетках которых действительно стоял другой артикул. Игорь сверил номера партий, сфотографировал маркировку и позвонил поставщику. Менеджер начал с уверенного заявления, что ошибки быть не могло, однако через несколько минут выяснилось, что все-таки могло.

— Замену привезем завтра, — сказал он.

— Сегодня нужно.

— Машины нет.

— На складе нужная кромка есть?

— Есть.

— Тогда я сам заберу. Подготовьте документы, чтобы опять не искать крайнего.

Мастер помог погрузить коробки на обмен в багажник «Паджеро».

— Пусть бы сами везли, — проворчал он.

— А вечером ты кому позвонишь, когда нужный цвет закончится?

— Тебе.

— Вот то-то и оно.

Склад поставщика стоял возле железнодорожных путей: большой арочный ангар, металлическая обшивка, высокие ворота. Пока искали кладовщика, Игорь разглядывал его совсем не так, как раньше. Окон не было, в конце ангара находилась небольшая пристройка для сотрудников, на стене висел план эвакуации, где был отмечен запасной выход. Если закрыть ворота, внутрь попадешь не сразу.

Однако это был спорный вопрос. Его собственная дверь тоже казалась надежной: он сам выбирал ее, осматривал замки, слушал продавца. Во сне эту же дверь твари взламывали голыми руками вместе с коробкой. С чего он решил, что тонкий металл ангара будет лучше?

Игорь подошел к плану эвакуации. Основной выход вел к воротам, запасной — на другую сторону, к железнодорожным путям. Вокруг ангара проходила узкая служебная дорога, сам ангар был отгорожен забором с двумя воротами: одними для автотранспорта, а другими, со стороны путей, — для подачи вагонов.

— Вы к кому? — спросила девушка за столом.

Игорь обернулся. Голос был знаком, и он даже вроде вспомнил, как зовут девушку, с которой не раз разговаривал по телефону. Но в лицо они друг друга никогда не видели — один из минусов работы на удаленке, — поэтому Игорь, не представляясь, просто ответил:

— За кромкой.

— Тогда пройдите вон туда, у погрузчика подождите.

Он отошел от схемы. Захотелось спросить, есть ли здесь подача воды и хорошо ли запирается запасная дверь изнутри, но он пересилил себя. Пока погрузчик снимал рулоны с верхнего яруса, Игорь вышел наружу и осмотрел соседнюю территорию.

На обратном пути остановился на заправке и залил полный бак. Потом отвез рулоны на производство, отдал документы и только тогда вспомнил, что ничего не ел. В придорожном кафе, ожидая заказанный суп, он открыл на телефоне карту города.

На карте Игорь посмотрел, где жили его близкие друзья — те, на кого он мог положиться и кого собирался спасти или попросить о помощи. Марсель жил далеко от него, на другом конце города. Денис — не ближе, почти на окраине, Димон — ближе к центру. Родители жены вообще жили в другой части города. О них Игорь тоже сразу подумал, так как они были для него как родные, а собственных родителей у него не было. Раньше расстояния и то, кто где живет, имели значение только тогда, когда друзья решали, кто кого заберет на рыбалку. Теперь Игорь невольно прикладывал к каждому маршруту возможные проблемы, например утреннюю пробку, и оценивал реальную возможность добраться друг до друга.

Сначала заехать к родителям, потом за одним, за другим, за третьим… Он провел пальцем по экрану и убрал руку. Если дороги встанут, никакой поездки по знакомым адресам не получится. Договариваться придется заранее. О чем договариваться, Игорь пока не представлял. Не представлял он и то, как объяснить друзьям, что в следующем августе им нужно бросить все дела, свои квартиры и дома и куда-то уехать, потому что ему снятся кошмары. Марсель выслушает, Деня тоже, потом оба начнут искать хорошего врача, а Димон просто поржет. На их месте Игорь сделал бы то же самое.

Принесли суп. Игорь отложил телефон и поел, стараясь думать только о еде. Получалось плохо. На экране над кассой шли новости: обычные аварии, ремонты, открытие какого-то магазина — и ничего про голубую кровь и голых бледных тварей.