В паре кварталов от дома Дениса располагался Промышленный отдел полиции. В той стороне постепенно разгорался настоящий бой. Трещали автоматы, причем очереди были длинными, иногда, казалось, на весь магазин. Похоже, стрелявшие паниковали.

Прислушиваясь к стрельбе, Игорь чуть не пропустил звук быстрых шагов, приближавшихся к открытым воротам.

Игорь отступил от гаража. В проеме ворот показалась вторая тварь. Она остановилась возле лежавшего тела, опустила голову, затем посмотрела на него. Между ними оставались дорожка и край крыльца.

Он поднял обрез. Тварь сместилась к створке, наполовину закрывшись ею, и Игорь не выстрелил. Из ворот ему теперь не выйти. Но возле бани стояла старая углярка. Игорь вспомнил, что в ней была небольшая калитка на улицу. До того как сюда провели газ, Денис через нее загружал уголь на зиму. Обшитая профлистом, калитка снаружи была почти незаметна, ручки не имела и запиралась изнутри.

Игорь отступил к углярке и зашел внутрь, не поворачиваясь к твари спиной. Она двинулась следом, огибая крыльцо. Он захлопнул за собой дверь, пробежал через пустое помещение, открыл калитку и выскочил на улицу.

«Паджеро» стоял в нескольких шагах. Игорь добрался до него и захлопнул дверь прежде, чем тварь показалась из калитки. Она бросилась к машине. Однако он уже тронулся и намеренно направил «Паджеро» прямо на нее, но тварь снова удивила его, отпрыгнув в сторону.

«Да ладно», — подумал Игорь. Раньше они так себя не вели. Перли на рожон, невзирая на ранения. Только однажды, в подъезде, когда он стрелял из ружья Олега, одна из них после попадания в тело спряталась от следующих выстрелов. И вот второй случай. Эта не только не полезла под выстрел, но и от машины увернулась.

Игорь выехал на середину улицы и прибавил скорость.

Часы на панели показывали без четверти пять.

До Дениса он добрался. Самого Дениса не нашел. Соваться к Марселю, Димону или родителям Юли, бросив незаконченный маршрут, он не стал, решив закончить проверку и доехать до склада. Игорь повернул к промзоне. Предстояло проверить вторую часть дороги.

За несколько улиц до выезда из частного сектора он увидел поперек проезда людей и заграждение.

Слева тянулась кирпичная ограда, справа за узкой обочиной уходила вниз водосточная канава. Дорогу перегораживали два мусорных контейнера, поддоны и снятая откуда-то створка ворот. Дальше стояли машины. Игорь затормозил, оставив перед капотом несколько метров, и сразу посмотрел назад.

Позади пока было пусто. Он уже взялся за рычаг, когда между контейнерами появился мужчина и поднял обе руки.

— Погоди! Ребенка забери!

Следом показалась женщина с мальчиком. На нем была расстегнутая куртка поверх пижамы, на босых ногах болтались большие резиновые сапоги. Женщина придерживала его за плечи. На лбу у нее темнела повязка.

Игорь оставил двигатель работать. Окно опустил совсем немного.

— Что у вас?

— Вывезти надо. Видишь, она раненая, пацан с ней в шоке. Видишь, что творится?

Мужчина подошел ближе. На нем была клетчатая рубашка, наспех заправленная в штаны. Рукав висел клочьями, предплечье обмотано полотенцем. Он говорил быстро, то и дело поглядывая в сторону города.

Из-за ограды вышел второй, с двустволкой. Еще одного человека с ружьем Игорь заметил возле дальней машины. Оружие держали в руках, стволы смотрели вниз, но Игорь понимал, что вскинуть ружье и произвести выстрел — дело одной секунды, поэтому продолжил разговор.

— Куда вывезти?

— Из города. Куда угодно, лишь бы отсюда.

— Я в город еду.

— Так сверни. Тебе трудно, что ли? У тебя машина нормальная, вон бампер и колеса какие.

Игорь посмотрел на заграждение. Здесь уже успели собрать людей, выкатить контейнеры, перекрыть улицу. Значит, стояли не первую минуту. Но стрельбы поблизости не было. Все это еще можно было принять за попытку не пустить тварей в свой квартал.

— Послушай, место освободите, я проеду, мне за семьей надо ехать.

— Ты глухой? У нас ребенок!

Мужчина с ружьем подошел к переднему крылу. За машиной Игоря загудел двигатель. Из ворот, которые он только что миновал, выехал старый фургон и остановился поперек улицы.

Игорь выругался про себя. Пока разговаривал, ему закрыли дорогу назад.

Теперь возле «Паджеро» было уже пятеро. Еще несколько человек стояли за баррикадой. Игорь насчитал девятерых взрослых, не считая женщины с мальчиком. Кто-то нес сумку, кто-то прижимал к груди стопку одежды. Возле дальней ограды старуха ругалась с молодым парнем, требуя вернуться за кем-то в дом. Тот повторял, что не пойдет.

Это не была компания Борисыча. Обычные люди, выскочившие из своих домов кто в чем был. Звали друг друга по именам, спорили, перебивали — в общем, были на взводе. От этого и ему спокойнее не становилось. Фургон поставили за ним вполне сознательно.

— Ладно, — сказал Игорь. — Женщину с ребенком возьму. Поедем до промзоны, там пока тихо. Уберите контейнер.

Мужчина в клетчатой рубашке оглянулся и махнул кому-то рукой.

— Валера! Сюда иди.

От дальних машин отделился коренастый человек в спортивной куртке. Подошел к водительской двери.

— Вылезай, — сказал он Игорю.

— Зачем?

— Я поведу. Я здесь все дороги знаю.

— А я с закрытыми глазами, что ли, приехал? Сажайте своих и убирайте это барахло с дороги.

Валера посмотрел на клетчатого.

— Серег, ну че он начинает?

— Выйди, поговорим нормально, — сказал тот, обращаясь к Игорю.

— Мы уже разговариваем, мне и так нормально тебя слышно.

Игорь поднял стекло почти до конца. Валера дернул ручку двери. Не открылась. Он дернул еще раз, сильнее.

За контейнерами стояли два внедорожника. У одного было выбито водительское стекло. Другой оказался целым, и возле него мужчина в светлой куртке сжимал в кулаке связку ключей. Женщина пыталась взять его за руку, а парень с ружьем говорил ему что-то, указывая стволом на асфальт. Игорь не слышал слов. Возможно, машины принадлежали этим людям и, возможно, их чуть раньше остановили так же, как и его.

— Слушай, нас много, — продолжил Серега. — Надо всех увезти. Ты один, тебе проще. Вон с ними сядешь.

— Тогда пусть трое ко мне садятся. Женщина, ребенок и еще трое. Потеснимся.

— Ты что, считать не умеешь? — Валера ткнул ладонью в стекло. — Остальные где поедут?

— У вас вон две машины и фургон.

— Фургон не наш, — зачем-то ответил Валера.

— А моя машина теперь ваша?

Серега недовольно повернулся к нему, потом снова заглянул в щель окна.

— Мужик, не усложняй. По-хорошему просим. Дети здесь, женщины. Там в городе такое творится, ты же сам видел.

Женщина с повязкой шагнула ближе.

— Сереж, пусть он нас просто отвезет. Мне плохо уже.

— Нина, я разберусь. Отойди.

Он даже не посмотрел на нее. Мальчик начал плакать, и она унесла его к забору.

Вот теперь все стало понятно. Им требовалась машина. Не свободные места и даже не помощь с раненой. Им нужен был «Паджеро», целиком, с полным баком, двумя запасками и хозяином, который добровольно выйдет и отдаст ключи.

Игорь покосился на ружье возле крыла. Его пока не направляли ему в лицо. Еще не решили стрелять или просто не хотели, чтобы он остался лежать на водительском сиденье, пачкая его своей кровью. После боя в клубе Игорь уже не собирался выяснять, насколько далеко готов зайти человек с оружием.

— Я не выйду, — сказал он. — Уберите фургон. Забирайте своих, езжайте. Меня оставьте в покое.

Серега положил ладонь на край окна.

— Ключи сюда.

— Руку убрал.

Валера ударил кулаком по стеклу. Сзади задергали ручки дверей. Игорь поднял окно до конца, заставив Серегу отдернуть пальцы.

— Вылезай, сука! — крикнул Валера. — Пока дверь не оторвали!

Мужик, который стоял возле крыла, повернул ружье и направил его на Игоря. Стволы немного дрожали, но худой седой мужик, который держал ружье, похоже, был настроен решительно.

— Коля, погоди, — сказал Серега. — Не надо пока.