– Напарника?

Теперь в голосе следователя зазвучало любопытство. Похоже, что это его чем‑то зацепило.

– Именно. Он уже некоторое время не выходит на связь. Он работал по другой части этого дела, распутывая клубок со стороны Макарова…

– Который, по вашим словам, помощник иркутского мэра, – припомнил он мне мои же слова, и я кивнул.

– Не по нашим словам, а так оно и есть. Они с Игнатьевым должны подписать соглашение, по которому будут управлять Иркутском вместе. Игнатьев проворачивает свои дела, а Сурганов, он же Макаров, не мешает ему и получает свою долю с наркоденег.

Громов нахмурился и замолчал.

– И? Что дальше? – наконец спросил он.

А вот это был довольно сложный вопрос. Потому что я по глазам его видел – он мне не верит. Вполне возможно, что причина, по которой он ещё не попытался надеть на меня наручники, крылась только лишь в том, что я спас ему жизнь, а сам он ещё не до конца разобрался в происходящем.

Но он мне нужен. Как бы смешно это ни прозвучало, но Громов действительно может мне помочь. И дело даже не в том, чтобы убедить его сделать это. В то, что я смогу этого добиться, я не верил. Нет. Я хотел сыграть на его любопытстве. На желании распутать этот клубок. Жанна по моей просьбе нашла его личное дело. Мужик он был тёртый и упорный. И, что более важно, имел огромный список закрытых дел, что говорило о его серьёзном отношении к своей профессии. При этом он не был замечен в чём‑то предосудительном, за исключением странного случая два года назад, после которого он и перевёлся сюда из столицы.

– Мне нужно, чтобы вы помогли мне найти моего напарника или узнать, что именно с ним случилось, – сказал я, чуть ли не впервые будучи с ним абсолютно честным. – Моя напарница отследила телефон, владелец которого может быть связан с его исчезновением. И сейчас я… секундочку.

Прервавшись, я полез рукой во внутренний карман куртки. Увидев это движение, Громов моментально напрягся и выпрямился на стуле.

– Это всего лишь телефон, – быстро сказал я. – Я отвечу?

– Только резко не дёргайся, – бросил он, чем подтвердил мои догадки об отсутствии доверия.

Достав мобильник, я глянул на экран, хотя мог бы этого и не делать. И так понятно, что звонила Жанна. Ни у кого другого этого номера быть не могло.

– Да? – спросил я.

– Я настроила переадресацию вызовов с номера Измайлова на свой, – быстро сообщила мне Жанна, но по её голосу я понял, что дело не только в этом.

– Это, конечно, хорошо, но что‑то мне подсказывает, что ты не позвонила бы, если бы хотела сообщить только это, ведь так?

– В точку, – тут же ответила она. – Чтобы ты знал, похоже, что Игнатьев ищет Измайлова.

– И насколько сильно он его ищет?

– Пока что семь пропущенных.

– Ну, звучит так, будто он ему действительно нужен…

– Кто? – тут же спросил Громов.

– Игнатьев ищет Измайлова, – сказал я ему и вернулся к разговору с Жанной. – Сообщений не было?

– Пока нет, но если ты хотел попробовать трюк с подменой голоса, то это выглядит как подходящий момент. Я как‑то раз одиннадцать звонков от матери пропустила, так она меня потом чуть не убила.

Чуть. Вряд ли Игнатьев допустит такой промах.

– Ладно. Пока ничего не предпринимай. Нам нужно сначала найти Диму. Тот телефон…

– Пока находится по тем же координатам, – быстро сообщила Жанна. – Если что‑то изменится, то я тебе сообщу.

Закончив звонок, я убрал телефон в карман и посмотрел на Громова.

– Мне нужно идти, – сказал я ему, вставая со стула.

Такое простое и хладнокровное движение. Просто встать со стула. Но не так уж и просто это оказалось сделать с невозмутимым видом, когда знаешь, что сидящий напротив тебя человек не просто тебе не доверяет, но ещё и вооружён. Но каким‑то чудом мне это удалось.

– Вы поможете?

Несколько секунд Громов смотрел мне в глаза, после чего кивнул и достал из‑под стола правую руку. Она действительно сжимала пистолет.

– Помогу, – сказал он, убирая оружие.

Похоже, что после ночного дождя погода вообще не собиралась становиться хоть сколько‑то лучше. Иркутск итак нельзя было назвать особо жизнерадостным городом, так с нынешней погодой он вообще постепенно превращался в сплошное и сырое серое месиво.

Район, куда привела нас Жанна, не вызывал вообще никаких впечатлений. Старый промышленный квартал на юго‑востоке. Как оказалось, нам было нужно ничем не примечательное двухэтажное здание какой‑то бывшей заводской конторы. Окна на первом этаже заколочены фанерой. На втором стёкла целые, но вот за ними ничего видно не было. Единственный и абсолютно не подходящий местному пейзажу признак обитания тут людей заключался в трёх припаркованных у входа дорогих внедорожниках.

– Ага, – весело фыркнул Громов, тоже обратив на них внимание. – Смотрятся, как смокинг на бомже.

– Говоришь так, будто знаешь, куда именно мы приехали, – проворчал я, наблюдая за входом.

– Ты уверен, что это здесь? – вместо ответа спросил Громов, глуша двигатель старой машины, которую, по его словам, он одолжил у своего друга. Машина жалобно вздохнула и заглохла. Похоже, что автомобиль недалеко ушёл от своего хозяина.

– Моя напарница не ошибается, – ответил я, рассматривая здание. – Она отследила сигнал. Последние несколько дней нужный нам телефон находился именно здесь.

Пока мы ехали, я рассказал Громову всю историю исчезновения Дмитрия. Разумеется, перед этим немного изменив её и подав под соусом «тайной работы ИСБ», хотя и не уверен на все сто процентов в том, что он мне поверил.

А вот в то, что Громов, похоже, знал, куда именно мы приехали, я уже не сомневался. Примерно с того момента, как рассказал ему о посреднике и адресе, куда нам нужно.

– «Принц», – сказал следователь. – Довольно известный в некоторых кругах человек в Иркутске. В городе он главный по сделкам. Сводит заказчиков с исполнителями.

– Какая‑то дурацкая кличка, – хмыкнул я.

Громов покрутил головой, разминая шею, и достал свой пистолет, чтобы проверить оружие.

– Дурацкая, не дурацкая, но я бы всё‑таки надеялся на то, что твоя напарница ошиблась. В столице был один тип, Князем звали. Занимался тем, что торговал информацией, сводил нужных людей. Вот этот местный под него и косит. Думает, если назваться громким и пафосным именем, то и уважения будет больше.

– И много у него здесь уважения? – поинтересовался я, оценивая взглядом подъездные пути. Надо было заранее продумать пути отхода. Ну так, чисто на всякий случай.

– Достаточно, чтобы держать такое заведение, – Громов кивнул на здание. – Здесь у него небольшое казино. Тут и бабы, и дурь, и тёмные делишки. Местные полицейские по району его, конечно, пасут, но глубоко не лезут. Платит он им исправно.

Последние слова Громова так и сквозили презрением. Мне в этот момент почему‑то захотелось спросить его, а не оказывался ли он в ситуации, когда проще взять деньги и посмотреть в другую сторону, но… что‑то расхотелось. Да и в любом случае, похоже, что коррупция – штука универсальная.

– Ладно, – вздохнул я. – Если и дальше будем тут сидеть, то большого толку всё равно не будет. Пошли.

Громов посмотрел на меня с таким видом, будто боролся с сильным желанием сплюнуть, но в итоге говорить ничего не стал и просто кивнул.

Мы вышли из машины. Дождь прекращаться так и не собирался, так что пришлось закрыть голову капюшоном, чтобы не промокнуть окончательно. А если верить прогнозам погоды, то лить так будет до самого вечера.

– Чего надо? – спросил стоящий у входа в здание охранник, едва только мы подошли ближе.

– К Принцу, – коротко бросил Громов, опередив меня.

Стоящий на входе амбал окинул нас взглядом, и одного этого взгляда было достаточно, чтобы понять – мы ему совсем не нравимся.

– Зачем?

– По делу, – ответил я, но ответ этот его не впечатлил.

– Он не принимает.

– Примет, – спокойно сказал Громов и чуть приподнял удостоверение, чтобы тот рассмотрел его получше, но не успел разглядеть детали. – Говорю же, мы по делу.