Единственное, что заставляло меня переживать, – отсутствие у Жанны доступа к их системе. Да и после её действий я вообще не имел представления о том, что от неё осталось. Ну и ладно. Просто буду работать по старинке.

Допив чашку горячего чая, я посмотрел на лежащий рядом рюкзак. Помимо артефакта, внутри лежала и моя экипировка. Да, не так много, как хотелось бы, но она пригодится. Нужно просто подумать и составить подходящий план действий.

Доев первый блин, я достал мобильный телефон, предварительно засунув в ухо наушник, и набрал Жанну.

– Как ты? – первым делом спросила она.

– Хорошо. Кажется, смог уйти без проблем, – хмыкнул я, подтаскивая к себе одноразовую тарелку со вторым.

Я уже рассказал ей о случившемся на вокзале. Сказать, что она напугалась, означало бы сильно преуменьшить её тревогу.

– Ты уверен? На вокзале…

– Жанна, я уверен, – повторил я, разрезая блин. – Сейчас безопасно.

Вроде. Но вслух я этого говорить не стал. Уже и по её голосу слышал, что она устала, но продолжает держаться.

– Ладно. Я так понимаю, что убедить тебя в том, чтобы ты бросал всё и валил из города, бесполезно, так?

– Ты сама знаешь ответ.

– Ясно. Когда ты полезешь в департамент?

Мне не понравилось то, как она задала этот вопрос. Уж больно фаталистично он прозвучал. Как будто она уже знала, каким будет исход у всей этой эпопеи, и сейчас наблюдала за тем, как всё катилось с горы прямо в пропасть.

Но делала это молча, за что я был ей благодарен.

– Пока не знаю, – честно ответил я. – Нужно хорошенько подумать и прикинуть возможные варианты. Ты уверена, что у тебя не осталось…

– Нет. Их система лежит мертвее мёртвого, – быстро сказала она, словно заранее знала, что я это спрошу. – Конечно, они должны были поднять какой‑то временный вариант, с костылями и всем прочим, но к нему у меня доступа нет.

Как я и думал. Ладно, значит, просто не буду учитывать это в будущем плане.

– Ладно. Можешь найти мне какой‑нибудь отель? – спросил я. – Подойдёт даже комната на съём, лишь бы быстро и без документов.

– Так и знала, что ты это спросишь, – усмехнулся её голос в наушнике. – Я уже подобрала пару вариантов и… подожди.

Заметив, как резко изменился тон её голоса, я замер, так и не донеся вилку с куском блина до рта.

– Что такое?

– Я не уверена, но… ох, твою же…

– Жанна, что там такое⁈

Я уже всерьёз начал волноваться.

– Я тебе ссылку отправила. Открой.

Обтерев пальцы об салфетку, взял телефон и быстро нашёл сообщение. Ссылка вела на новостной портал.

И первое, что я увидел, был кричащий заголовок: «Покушение на его сиятельство, графа Игнатьева».

«Сегодня днём в центре Иркутска совершено дерзкое нападение на его сиятельство, графа Давида Игнатьева. Неизвестные устроили засаду и открыли огонь по кортежу его сиятельства. По предварительным данным, граф выжил, однако несколько сотрудников его личной охраны погибли на месте…»

– Так, похоже, что я немало пропустил за сегодня, – пробормотал я.

– Эти сообщения по всей сети расходятся. Уже куча каналов постит.

– Когда это случилось?

– Судя по всему, полтора часа назад, но… – Жанна замолчала. – Странно, что они начали сообщать об этом только сейчас…

– Может быть, по этой причине он мне звонил? – предположил я.

– Не тебе, а Измайлову…

– Да‑да, не нуди. Измайлову. Ты говорила, что программа с его голосом готова, так?

– Да, можешь использовать её в любой момент, – тут же подтвердила Жанна.

– Тогда, думаю, что момент подходящий.

Напарница быстро объяснила последовательность действий. Я сбросил звонок, после чего выждал несколько минут, дождавшись, когда от неё придёт сообщение о том, что всё готово. Тогда я набрал номер Игнатьева.

Она обещала, что всё будет работать идеально. Что никаких проблем не будет. Но когда на том конце линии сняли трубку, я всё равно напрягся.

– Измайлов! – практически рявкнул в трубку хорошо знакомый мне голос графа. – Наконец‑то! Где тебя черти носят⁈ Я пытался дозвониться до тебя весь день…

– Простите, ваше сиятельство, – осторожно проговорил я, всё ещё внутренне боясь, что сейчас он неожиданно спросит что‑то вроде: «Кто это и с кем он говорит?»

Но Жанна не подвела. Игнатьев ничего не заподозрил.

– Немедленно приезжай в поместье!

Спасибо, но нет. Я сегодня нужное лицо не в тех штанах оставил.

– Ваше сиятельство, я сейчас в городе и только что услышал о том, что с вами произошло…

– Да плевать мне на покушение! – практически рявкнул он в трубку. – ЭТОТ ВЫРОДОК ПОХИТИЛ МОИХ ДЕТЕЙ!

Что? Я даже замер, не сразу поняв, о чём именно он говорит.

– Ваше сиятельство, я не понимаю…

– Сурганов! – прорычал он. – Эта мразь объявила мне войну. И сейчас Лиза и мальчики у него в руках!

Произнесённые Игнатьевым слова прозвучали настолько невероятно, что я не сразу осознал их смысл. Только спустя секунду я понял, что он не ошибся, что это не какая‑то глупая шутка или розыгрыш. Он не оговорился.

– Что? Как⁈

– Это выродок схватил их почти одновременно с нападением на меня, – практически прорычал в трубку Игнатьев. – Лиза с мальчиками была в городе, когда на них напали. Их охрана мертва! Потому я и пытался дозвониться до тебя, Алексей! Боялся, что его люди могли добраться и до тебя тоже.

В каком‑то смысле это звучало логично. На секунду я и правда уверился в том, что он действительно преисполнился беспокойства за мою жизнь. Но после всего того, что я узнал об этом человеке, верить в его добросердечность у меня особого желания не было.

И в то же самое время он действительно тяжело переживал за своих детей. Даже одних лишь прошлых наших с ним разговоров было достаточно для того, чтобы понять, насколько сильно граф дорожил ими.

– Ваше сиятельство…

– Алексей, я хочу, чтобы ты немедленно приехал в поместье, – повторил свой приказ Игнатьев. – Прямо сейчас.

М‑да. Он‑то ждёт, что я скажу ему «да». Более того, в такой ситуации у Алексея Измайлова нет ни одной причины для того, чтобы сказать ему «нет». Будь на моём месте настоящий Измайлов, то ему и правда лучше всего было бы как можно скорее отправиться к графу. Именно там он будет в наибольшей безопасности.

Только вот имелась одна загвоздка. Маленькая такая. Совсем незаметная… настоящий Измайлов лежит в морге, а маска с его обликом хранится сейчас где‑то на складе улик в Департаменте. Это в самом лучшем случае, если её оттуда никуда не убрали. Так что любая попытка сейчас для меня заявиться к Игнатьеву закончится далеко не самым лучшим для меня образом.

А потому ответ на это предложение мог быть только один.

– Нет, ваше сиятельство, – сказал я наконец. – Простите, но я не приеду.

– Что?

Всего одно слово, но сколько в нём прозвучало возмущения. Почему? Потому что я воспротивился его приказу?

– Алексей, ты, видимо меня, не понял, – тяжело проговорил Игнатьев. – Это не было предложение. Я сказал, чтобы ты…

– Ваше сиятельство, я понимаю, что вы беспокоитесь о моей безопасности, но своего решения я менять не стану, – перебил я его.

Храбро. Стойко. Теперь оставалось придумать действительно хорошую причину, чтобы он в неё поверил без лишних подозрений.

– Для меня сейчас куда выгоднее будет оставаться в Департаменте, – выдал я ему. – Полиция же в курсе происходящего…

– Конечно, она в курсе, – едва ли не выплюнул он. – Да только толку от них нет никакого…

– Тогда мне точно лучше всего остаться тут, – уверенно заявил я. – Если здесь появится какая‑то информация, то я сообщу её вам.

В телефоне повисло молчание. Игнатьев явно раздумывал над моим предложением. А я гадал, знает ли он о том, что на Измайлова уже точит зуб отдел внутренних расследований или нет. Если бы Игнатьев это знал, то скорее всего уже сказал бы об этом. Так что факт его молчания я принимал за хороший знак.