– Ну, думаю, что это именно то, на что мне и следует рассчитывать, – ответил я, вставая вслед за ним.

– Истинно так. Если вспомните что‑то важное – сообщите.

– Разумеется, – улыбнулся я.

Он открыл дверь и жестом предложил мне покинуть комнату, чем я и воспользовался, выйдя обратно в зал. Стоило мне это сделать, как в мою сторону тут же обратилось десятка два голов, будто они ждали, что меня оттуда выведут в наручниках и с подписанным признанием.

– Ну как оно? – спросил Нечаев, когда я проходил мимо его стола.

– Никак, – честно ответил я. – Посидели, поговорили.

– Что Кравцов у тебя спрашивал?

Мне сейчас показалось или голос Нечаева дрожал, когда он это спрашивал? Я даже остановился и посмотрел на него. Вроде выглядел нормально, как всегда. Только более нервный, но это как раз таки неудивительно. Сейчас все так выглядели.

– В смысле?

– Ну какие вопросы задавал, – пояснил Нечаев. – Что конкретно спрашивал?

– Да обычные вещи.

Я быстро пересказал ему список вопросов, которые задавал мне Кравцов, от чего на лице моего начальника появилось встревоженное выражение.

– Ясно, спасибо, что сказал, Алексей, – ответил он и уселся на своё место.

– Не за что, – спокойно ответил я, направившись к своему столу.

Садясь за него, в моей голове была всего одна мысль – сколько ещё это продлиться. Сколько ещё нас будут держать здесь, словно подозреваемых взаперти? Ответ на первый взгляд очевиден – столько, сколько потребуется. Вопрос только в том – зачем всё это? С Кравцовым этим разговор какой‑то странный вышел, чуть ли не грани грубости, при этом он сам меня на неё провоцировал.

Но больше всего я сейчас хотел позвонить Игнатьеву и задать ему пару вопросов. В теорию о том, что улику выкрал кто‑то по приказу Макарова, я не верил. Опять же, по той же самой причине – если бы он мог это сделать, то сделал бы раньше. А так, получается, что у меня на примете может быть только один человек, который логически способен был это сделать. Точнее Игнатьев вполне себе мог иметь мотив для этого. Только вот какой?

Это нужно было узнать. И чем быстрее – тем лучше.

От автора.  Ребят, я решил предупредить заранее. Завтра в полночь глава не выйдет. Мне придётся на весь день с утра уехать для помощи родителям и вернусь я домой где‑то в районе восьми или девяти вечера. В такой ситуации подготовить текст банально не сумею, а потому прошу подождать один день.

Всё происходящее уже начинало напрягать меня с каждой секундой всё больше и больше. Прошло почти пять часов с того момента, как нас практически заперли в здании Департамента. И конца и края этому цирку видно не было. Кравцов с отвратительной настойчивостью продолжал вызывать к себе одного сотрудника Управления за другим, проводя с ними допросы. Точнее беседы, как он сам это называл. И если эти беседы напоминали ту, что произошла него со мной, то я не особо понимаю, на что именно он рассчитывал.

Я в очередной раз глянул на часы на стене. Семь часов вечера. Я надел маску днём, так что времени работы артефакта у меня оставалось примерно до ночи. В этом отношении я вроде как в безопасности. К сожалению это только половина проблемы.

Меня беспокоило всё происходящее. К чему был этот дурацкий допрос? Нет, я понимаю, что всё это должно укладываться в какие‑то внутренние процедуры и всё прочее, просто я о них никакого понятия не имею. Но прошедший разговор с Кравцовым оставил у меня стойкое впечатление какой‑то глупости. Он практически не давил на меня, как я того ожидал, спрашивал странные вещи, которые в моём представлении вообще никак не могли помочь ему в раскрытии случившегося. Только лишь пара вопросов заставили меня тревожится, но, похоже, что и они прошли мимо. Понятно, зачем они собрали телефоны – вероятно, хотят просмотреть их, но… разве для этого им не стоило хотя бы попросить нас разблокировать мобильники? Или я чего‑то не понимаю и для этих ребят из ОВР заблокированный мобильник не преграда? Если так, то мне бояться нечего. Этот телефон в любом случае чист.

Устало откинувшись на спинку своего кресла, я повернулся к сидящей рядом со мной Марико.

– Как думаешь, долго они нас тут ещё мариновать будут?

– Без понятия, – лениво протянула она. – Я вообще считаю, что всё это…

Договорить она не успела. Её перебил громкий и уже знакомый мне голос.

– Прошу минуту вашего внимания!

На наших глазах Кравцов вышел в центр зала, явно намереваясь обратиться ко всем присутствующим.

– Все необходимые мероприятия были произведены, – без лишних подробностей сообщил он сухим, чуть хриплым голосом. – На этом всё. Свои телефоны вы можете получить на выходе из зала, мои сотрудники вернут их вам. На данный момент вы можете быть свободны…

– И что? – спросил кто‑то, когда Кравцов уже собрался развернуться и уйти. – Это правда всё? Вы нашли…

– Как я уже сказал, мы получили всю необходимую нам информацию. – перебил говорившего Кравцов. – Более задерживать вас у меня нет причин.

– То есть вы нашли виновного? – неожиданно задала вопрос Романова.

– Мы получили всю необходимую информацию, – в третий раз повторил ранее сказанные слова Кравцов. – Это всё, что вам требуется знать. Иван Сергеевич, проводите меня на пятый этаж?

– Конечно, – глухо ответил Платонов и судя по его лицу он был не особо рад этому предложению.

Мы с Марико переглянулись, на что она лишь пожала плечами.

– Без понятия, что это было, – сказала она. – Но, видимо, Кравцов, как обычно, нашёл то, что искал.

Эти её слова мне совсем не понравились.

– Как обычно? Это как понимать?

– Что? – переспросила Марико.

– Ты сказала «как обычно», – напомнил я ей. – Что ты имела в виду?

– Да то и имела. Кравцов же раньше был начальником специальной следственной группы департамента. У него бешеная раскрываемость была. Лет пять назад его перевели на должность главы отдела внутренних расследований. С тех пор он занимается внутренней безопасностью. Ты совсем слухов не слышал? Про него много ходит…

– Я же тут недавно. Забыла? Не успел ещё ваши слухи пособирать.

– Говорили, будто Кравцов мог по одному разговору с человеком понять, преступник он или нет. Всего пятнадцать минут и…

– Ты имеешь в виду артефакт? – сразу же спросил я, ощутив внутреннюю тревогу. – Или у него есть родовая Реликвия?

– Без понятия, – честно призналась Романова. – Насколько я знаю, он не аристократ, так что тут не скажу. Говорю же, это слухи.

– Ясно.

Нет. Совсем не ясно. Вот вообще ни капли. И судя по недоумевающим взглядам и разговорам окружающих, остальные мои «коллеги» находились примерно в том же самом недоумевающем положении. Более того, если Романова говорила сейчас о том, о чём я думал, то ситуация может стать куда хуже.

Нужно прояснить происходящее. Выждав момент, я осторожно забрал сначала один свой телефон из мусорного ведра под столом, а затем и телефон Измайлова. Первое, что я сделал, как только покинул здание, – позвонил Игнатьеву. Мне нужен был точный ответ – не стали ли именно его поспешные действия причиной происходящих сегодня событий. И для этого требовалась личная встреча.

– Добрый вечер, ваше сиятельство, я вам не помешал? – сразу же спросил я, когда Игнатьев взял трубку.

– О, Алексей, я как раз хотел тебе позвонить. У меня есть для тебя сюрприз и…

– Ваше сиятельство, мы можем встретиться? – перебил я его.

В телефоне повисло молчание.

– Конечно.

Такси остановилось прямо напротив широких кованых ворот. Хорошо знакомых мне ворот, потому что я уже не раз тут проезжал. За ними начиналась территория, где располагалось поместье Игнатьева, куда граф любезно и предложил мне приехать. Отказываться, разумеется, я не стал. Но и сразу же не поехал. Сначала позвонил Жанне с просьбой по её профилю. Правда, пришлось потратить почти два часа, которые ушли на то, чтобы выполнить всё задуманное.