Нужно продолжать притворяться.
Я Алексей Измайлов.
Эта мысль горела в голове спасительным маяком, будто указывая путь потерявшемуся в бескрайнем океане моряку. Прямо сейчас надо просто продолжать притворяться. Выждать до конца рабочего дня, добраться до своей квартиры и составить план действий.
Мне очень нужно связаться с Жанной. Первое, что я сделал, вернувшись обратно в здание департамента — поставил телефон на зарядку. Мне было всё равно на косые взгляды «коллег» и тихие перешёптывания, причиной для коих послужила моя неожиданная поездка. Уверен, что слухи уже начали ходить, но меня они не волновали. Сейчас всё это не имело никакого значения по сравнению с нехваткой информации о происходящем.
Зарядив телефон, я не стал вываливать на напарницу сразу же всю историю моих похождений. Только лишь попросил найти всё на Игнатьева, его связи в Иркутске, с криминалом, Измайловыми и всем остальным, что только смог придумать. Про свадьбу с дочкой Игнатьева я тактично умолчал. Знаю, насколько она бывает эмоциональна. Если скажу Жанне сейчас, то ещё чего доброго запаникует. А в данный момент мне больше всего требовались её мозги и способность искать нужную информацию.
Только лишь в тот момент, когда я добрался до своей квартиры, смог наконец перевести дух. Быстро сходил в душ, а после позвонил ей.
— Ну, наконец-то, — воскликнула Жанна с облегчением. — Я уже собиралась сама тебе звонить. Где ты сейчас?
— Только вернулся на квартиру, — последовал мой хриплый ответ. — Что ты нашла?
В телефоне повисла тишина.
— Жанна? Ты тут?
— Слушай, может тебе отдохнуть? У тебя голос…
— Нормальный у меня голос! — резко перебил я её, подходя к холодильнику. — Мне не нужен отдых! Мне нужна информация!
— Но…
— Да без «но», Жанна! Что ты нашла по Игнатьеву⁈
— Ладно, ладно. Успокойся. Короче…
Налив себе холодного молока в стакан, я включил громкую связь на телефоне. Оставил его на столе, рядом с лежащей на нём маской, которая в этот раз перестала работать ровно через восемнадцать часов и четыре минуты, и принялся слушать.
Итак, вот что накопала для меня Жанна.
Граф Давид Валентинович Игнатьев. Пятьдесят шесть лет. Потомственный аристократ, чей род уже давно живёт в Иркутске. Женат второй раз, на дочери барона из Москвы. Первая супруга погибла пятнадцать лет назад. На первый взгляд там ничего криминального было. Да и на второй тоже. И на третий. Банальное невезение и несчастный случай. Долгое расследование, которое и подтвердило это. От первого брака у графа осталась дочь — Елизавета. Двадцать три года. Именно за неё и сосватали Измайлова. Сейчас же граф женат во второй раз и имел от этого брака двух детей — мальчики Лаврентий и Евгений. Одному было двенадцать, второму девять лет.
Всё это конечно было очень интересно, но куда больше меня беспокоила связь между Игнатьевыми и Измайловыми, в которую я влез, нацепив на себя личину Алексея.
К сожалению, это была не та область, в которой моя подручная цифровая ведьма смогла много нарыть. По тем обрывкам информации, что выискала Жанна, выходило следующее: Измайловы и Игнатьевы знакомы, но это я и так уже понял. Также они являлись деловыми партнёрами.
Вот это уже было куда интереснее.
— То есть они занимались логистикой, — сделал я короткий вывод.
— Да. Измайловы построили свою небольшую бизнес-империю во Владивостоке, переправляя грузы морем из Японии и мелких стран Океании через принадлежащие им порты. А Игнатьевы уже отвечали за перевозки по Империи. Это один из источников дохода этого графа. Но пару лет назад всё очень сильно поменялось.
— В каком смысле?
— Да в прямом. Насколько я поняла, их начали выдавливать из бизнеса. Во Владивосток пришли Лазаревы…
— Кто?
— Очень жирный графский род из столицы. Судя по всему они каким-то образом получили от баронского рода Немировых, которые работали вместе с Измайловыми, принадлежащую Немировым долю порта. И постепенно начали расширять её, занимая всё больший процент. При этом, что любопытно, я не смогла толком найти официальных подтверждений, что этим занимаются именно Лазаревы. Там куча фирм прокладок, через которые я с трудом пробилась…
— Ладно, опустим это, — сказал я. — Плевать мне на этих Лазаревых. Но за каким чёртом Измайловым посылать Алексея в Иркутск, да ещё и женить на…
— Стоп, что⁈ Женить⁈ — воскликнула Жанна. — В каком ещё смысле женить⁈
Зажмурился и мысленно выругался. Оно как-то само собой вырвалось. Я ведь не хотел прямо сейчас говорить. Больше вслух размышлял.
— Эй, ты там живой? Что ты имел в виду, когда сказал «женить»⁈
— Да то и имел, — проворчал я. — Дочь Игнатьева ходит в невестах у Алексея.
Сложно сказать, каких сил мне стоило не начать орать матом, когда я услышал хохот из телефона. Жанна натурально ржала в трубку. Не из-за меня. Скорее из-за абсурда всего происходящего.
— Жанна! Хватит ржать!
— Да я пытаюсь…
— Хреново получается! Я…
— Прости, не сдержалась. Поверить не могу. Свадьба! Тебя! Тебя собираются женить на графской дочке! Господи, какой сюр…
— Да хорош уже! — я натурально начинал злиться. — Мне вообще не смешно! Повезло ещё, что этой девицы нет в городе, иначе нас с ней уже бы свели и…
— Стой! — неожиданно перебила она меня. — Я поняла! Поняла!
— Что ты…
— Я знаю, о каких «особых обстоятельствах» говорил твой Платонов! Свадьба!
Её голос прямо-таки горел энтузиазмом. Вдох. Посчитал про себя десять секунд. Выдох.
— А она тут причём?
— Прости, это моя ошибка. Я ведь видела это ещё тогда, когда ты ехал в Иркутск. Пыталась разобраться, зачем Измайлова направили в Иркутск если он сам из Владивостока…
В общем, если сократить всё, что она мне рассказала, то картинка начинала сходиться. Будущие государственные служащие действительно не могли сами определять место своей службы. Нет, конечно же при достаточно успешной карьере они в конце концов обрастали связями, влиянием и знакомствами, чтобы потом получить должность именно там, где хотели. Но до этого прекрасного периода своей жизни им приходилось служить Империи там, где это требовалось государству.
Но! Как всегда имелось важное «но». Имели место небольшие, скажем так, послабления, ввиду определённых обстоятельств. Как раз одним из них и являлась будущая свадьба. Учитывая, что здесь собирались бракосочетаться дети аристократов, то в вопросе назначения обычно шли навстречу, дабы не разделять будущую семью.
— Это же логично!
— Да я и сам уже вижу, что логично. Они свели вместе Измайлова и… эту, как её…
— Елизавету.
— Да, её самую, чтобы Алексея направили в Иркутск.
— Именно! А поскольку брак пока заключён только в виде договорённости между Измайловым и Игнатьевым, о нём нет официальных документов. Потому я ничего не нашла, когда искала первый раз.
Это да. Но тут же появлялся другой вопрос. Очень простой, только вот ответ на него найти у меня не получалось. И звучал он следующим образом.
— Зачем.
— Что? — переспросила Жанна.
— Я говорю, зачем? Зачем им всё это, Жанн. Получается, что Игнатьев выдаёт свою дочь по договорному браку только ради того, чтобы Измайлова направили в Иркутск. Нахрена?
Я прокрутил в голове свой разговор с графом, но нормального ответа найти так и не смог. Сам граф тогда ничего конкретного не сказал, будучи уверенным в том, что перед ним сидит настоящий Измайлов, который и так всё знает. А сам я настолько не понимал происходящего, что ограничился максимально простыми и односложными ответами, лишь бы не подставиться в собственном неведении.
И всё-таки, что такого важного может тут быть, что Игнатьев, по сути, готов был пожертвовать будущим для своей дочурки, лишь бы посадить Измайлова в нужное кресло?
Немного обдумав эту мысль, я себя одёрнул. А с чего я вообще решил, что он чем-то жертвовал. Измайловы имели вес во Владивостоке. Обеспечены. Плюс, как сказала Жанна, у них существовали дружеские и хорошие связи с этим графским родом. То есть с точки зрения Игнатьева это вполне хорошая партия. Так мало того, ещё и поможет каким-то их личным планам.
