Сдерживать рвущийся наружу смех становилось всё труднее и труднее.

— Вить, я правда плохо себя чувствовал.

— Да как скажешь, — пожал он плечами. — Тебе нужен был выходной, я тебе его обеспечил. Крошечная цена за то, чтобы попасть на сегодняшний приём. За что, кстати, тебе ещё раз отдельное спасибо.

— Да пустяки, — отмахнулся я и даже нисколько не солгал ему.

Получить приглашение для Нечаева оказалось проще, чем я думал изначально. Нужно было только позвонить Игнатьеву и честно объяснить ситуацию. Мол, ваше сиятельство, появился шанс улучшить моё положение в департаменте. А нужно только чуть-чуть подмаслить начальника моей группы и по совместительству дорогого сына барона Нечаева.

Игнатьев подумал пару секунд, после чего сообщил мне — приглашение будет. И правда, спустя час мне позвонил уже сам Нечаев и радостным голосом сообщил о том, как он мне благодарен, ведь только что с ним связались представители Шуваловых и пригласили на приём, вежливо извинившись за то, что не сделали этого раньше из-за ошибки в пригласительном листе.

А ведь молодцы! И приглашение выдали, и уважили.

А вот для меня остаток пятницы прошёл в экспериментах. Сняв маску впервые по собственному желанию, я решил удостовериться в том, а будет ли она после этого вообще работать. Первая же попытка надеть её ни к чему не привела. Из древнего магического предмета маска превратилась в довольно посредственный карнавальный реквизит.

Конечное же, первой моей мыслью было, что теперь она вообще не работает. Что сняв артефакт против его воли я его «сломал». Как оказалось, нет. Повторив попытку десять минут спустя, я вновь принял личину Измайлова.

Разумеется, как только это случилось, я тут же попытался её снять. Времени ушло немного больше, но и в этот раз после непродолжительной психологической борьбы с самим собой маска снова оказалась у меня в руках.

Остаток дня на съёмной квартире я посвятил тому, чтобы поискать другие особенности артефакта. Впрочем, без особых результатов.

Я уже знал, что маска работает строго ограниченное количество времени, в образе Измайлова я могу провести от восемнадцати до двадцати с небольшим часов. После чего маска переходила на то, что я сам про себя называл «подзарядкой». Ещё готовясь к этому делу мы с Димой знали, что товар относится к третьему и самому редкому типу артефактов. К тем, которые могли вырабатывать энергию для собственной работы. Что и подтверждалось моей практикой. За шесть часов маска полностью восстанавливалась и была снова готова к использованию.

Такой длительный период работы давал некоторую уверенность, что я не лишусь личины Измайлова посреди Департамента. А вот реально пугала меня мысль о том, что эта штука каким-то образом влияла на мои мозги. Это действительно было страшно.

Даже Жанна подтвердила мои опасения, когда я рассказал ей о своих ощущениях. Она сначала думала, что во всем виноват стресс, но в последние дни, по её словам, я стал какой-то истеричкой… м-да. А я уже было думал, что у меня крыша едет.

Но всё это было вчера. Сегодня же моя задача была проста и понятна. Я не раз уже через такое проходил. Сегодняшний приём будет разведкой перед работой.

Путь до имения Шуваловых занял у нас с Нечаевым больше сорока минут, которые мы провели в спокойной и расслабленной болтовне. Сидящий за рулём Нечаев рассказывал о работе и разных забавных случаях. Я же больше слушал и задавал уточняющие вопросы.

Поместье уважаемого графа Шувалова располагалось на холме, в двенадцати километрах к северу от Иркутска и представляло собой такой же громадный и роскошный особняк, как и у Игнатьевых. Даже смешно немного. Я у столичных аристократов такие хоромы нечасто видел, а тут уже второй личный дворец посещаю.

Нечаев провёл свою красавицу по подъездной дорожке к центральному входу, где нас тут же встретили слуги. Один из них открыл дверь и коротко поклонился.

— Добро пожаловать, ваше благородие, — улыбнулся он мне.

Точно так же официально по другую сторону машины встречали Нечаева. Я даже услышал, как открывший его дверь слуга принёс официальные извинения за то, что его приглашение затерялось. Как мило.

Задерживаться на улице мы не стали и сразу направились ко входу. Тем более на улице уже было довольно прохладно, а пальто надевать я не стал.

После моего возвращения на квартиру, где теперь жил Измайлов, мне хотелось одновременно сказать Игнатьеву спасибо и придушить графа. Когда я вернулся назад то обнаружил, что пока меня не было в квартиру кто-то приходил. Тайна раскрылась быстро. На постели в спальне лежал запакованный в чехол фрак с карточкой, где красивым почерком сообщалось, что костюм предоставлен на тот случай, если у меня не будет подходящего.

Спасибо, конечно, но вот тот факт, что кто-то посторонний мог так просто зайти туда без каких-либо проблем меня несколько… напрягал. Нужно поскорее легализовать свою основную личность. Жанна работала над этим, но ей потребуется немного времени для того, чтобы состряпать все необходимые документы.

Но это будет позже. Сейчас же следовало сконцентрироваться на том, что я умел лучше всего.

— Что ни говори, но Шуваловы умеют устраивать вечера, — довольным голосом заметил Нечаев, когда мы вошли в особняк и другой слуга проводил нас в зал где шёл приём.

И спорить в этом вопросе я с ним не собирался. Нет, конечно я ожидал роскоши, но всё равно оказался немного не готов к её размаху. Сложно сказать, сколько их тут было, но на первый взгляд человек под сто минимум. Мужчины в дорогих костюмах и сопровождающие их женщины в вечерних платьях заполняли зал. Одни ходили из стороны в сторону, пока другие собирались в небольшие группы о чём-то негромко разговаривая.

Конечно же, наше с Нечаевым появление не вызвало какого-либо фурора. Глупо было на это рассчитывать. Максимум, что я заметил — пару брошенных в нашу сторону заинтересованных взглядов и ничего более.

С учётом моих планов меня это устраивало.

— Я отойду ненадолго, — сказал я Нечаеву.

Тот лишь кивнул, явно задержавшись взглядом на паре красивых девушек, что стояли поодаль. Поняв, что я полностью потерял интерес со стороны своего коллеги, спокойно направился в обход зала. И да, я тоже внимательно смотрел по сторонам, как и Нечаев. Только вот делал я это по другим причинам. На самом деле я занялся этим ещё в тот момент, когда мы подъехали к главным воротам на территорию поместья и уже успел прийти к кое-каким выводам.

И выводы этим были не радостные, мягко говоря.

Достав из кармана футляр, вынул из него один из наушников и вставил себе в ухо. Благо он небольшой и сильно в глаза бросаться не должен. Плюс я уже видел пару мужчин, что говорили по телефону, отойдя к краю зала. Так что выделяться особо не буду.

— Ну и? Как тебе сливки общества? — тут же поинтересовалась Жанна, едва только сняла трубку.

— Слишком жирно на мой вкус, — ответил я, взяв с подноса проходящего мимо официанта бокал с шампанским. Больше для вида и чтобы руки чем-то занять.

— Твой вердикт?

— На первый взгляд полная задница, — тихо произнёс я, прикрывшись краем бокала. — Тут охраны больше, чем в том аукционном доме в столице, куда мы влезли полтора года назад.

— Всё настолько плохо?

— Даже хуже, — проворчал я.

Начать стоило с того, что камер тут полно. Они спрятаны аккуратно, не напоказ. Я заметил уже минимум три в углах карнизов и в нишах между декоративными колоннами по краям зала. Не самые новые модели судя по всему, но от этого нешибко легче. Проблема в том, что ставил их человек, который разбирался в своём деле, с перекрывающимися секторами. Так что слепых зон почти не было.

Сюда же добавлялась и охрана. В глаза она не бросалась. За исключением выставленных на всеобщее обозрение дуболомов на въезде и при входе в поместье. Не так уж и сложно заметить людей из обслуживающего персонала, кто слишком внимательно следил за залом и слишком редко улыбался. Впрочем, может я и ошибаюсь. От хорошей обслуги тоже требовалась внимательность. Но вот те двое у лестницы, что вела наверх, плюс один у бокового выхода из зала выглядели уж больно подозрительно. Была ещё пара у другой части зала, но насчёт них я не был уверен на все сто процентов.