— У тебя там всё нормально?

— Да. Добыл себе кофе.

— Молодец. Так что? В особняк Шувалова полезешь?

— Нет. Слишком много охраны и прочего. Там на безопасность потрачены такие деньги, что без долгой подготовки это дохлый номер. Нужно что-то другое.

И это была абсолютно трезвая оценка ситуации. Возможно, будь у меня неделька на подготовку, плюс нужные инструменты и пара подходящих артефактов, то я бы справился без особых проблем. Но лезть вот так, напролом… может проще в «Песнь» эту кофемашину притащить? Сколько эта покрытая хромом и набитая умной электроникой дура стоить может? Честно говоря без понятия, но явно недешево.

— В общем, буду думать, Жанна.

Остаток вчерашнего приёма прошёл весьма тихо и спокойно. Больше скандалов эта дурная рыжая девка не устраивала. Вероятно, тут помогло то, что, как и обещал Игнатьев, его супруга держала графскую дочку подальше от меня. Сам же граф ходил весь вечер вместе со мной, представляя гостям. Не скажу, что вечер получился хоть сколько-то интересным.

А вот после мы возвращались назад уже с Нечаевым. И возвращение это получилось не самым… спокойным. Этот идиот выпил. Не так много, чтобы его шатало, но достаточно, чтобы это оказалось заметно. Не только в общении, но и в поведении. Я то за весь вечер и одного бокала шампанского так и не осилил. Не нравилось мне, как алкоголь на мозги влияет. К сожалению, мой коллега по Департаменту такой сознательностью явно не обладал. В итоге, когда нас остановил патруль, он начал качать права, прикрываясь удостоверением и собственным титулом. Не самая приятная картина, что, впрочем, не отменяло того факта, что сразу после этого нас отпустили.

Ну хоть до дома добрался и на том спасибо.

Видимо Жанна заметила, что молчу я как-то слишком уж долго.

— Будешь ждать до понедельника?

— Да, — ответил я и отпил горячего кофе. — Свяжусь с заказчиком и если смогу его убедить согласиться на одну маску, пусть хотя бы бесплатно, то выберусь из этого дела и залягу на дно. Так что в ближайшие дни ничего рискованного не делаем и просто ждём.

— Хороший вариант, как по мне. Кстати, ты не забыл, что тебе нужно завтра в банк?

— Нет, Жанн. Я помню.

— Хорошо. Тогда я отключаюсь. Мне нужно поспать. И не забудь про документы…

— Помню, Жанна. Помню. Я уже их просмотрел.

— Надеюсь, что ты сделал не только это, но ещё и оценил сколько сил я в это вложила. Я тебе новую личность состряпала меньше чем за сорок восемь часов, так что цени!

— Обязательно, Жанна, — вздохнул я. — Спасибо тебе…

— Спасибо в кармашек не положишь, — фыркнула она в ответ. — И судя по тому, куда ты влип, даже в руках нести будет нечего…

— Будут тебе деньги, не переживай.

— Твои слова, да богу в уши. Ладно, я ушла. Мне нужно поспать, а то клавиатура скоро на лице отпечатается.

— Давай. И спасибо тебе ещё раз.

Завтра нужно будет забрать новые карты в банке. Разумеется, на имя Измайлова. Оказалось это не так уж и сложно — всего-то стоило позвонить и заявить о пропаже, как мне тут же пообещали выпустить их заново. Нужно только будет приехать, получить карточки лично и расписаться. Заодно привяжу к новому телефонному номеру, который я зарегистрировал на документы Измайлова.

К сожалению, основной моей проблемы это нисколько не решает. Да, соблазн воспользоваться баронскими деньгами был велик, но я понятия не имел, какие именно у Измайловых были отношения с деньгами в семье. И не возникнут ли вопросы, если я вот так неожиданно обналичу сумму таких размеров. Чем меньше я буду привлекать к себе внимание семьи, тем лучше.

Я потратил ещё пару минут на то, чтобы пообщаться с Жанной, допил кофе и повесил трубку. Дальше меня ждал душ, небольшая разминка перед главной целью сегодняшнего дня, потому что остаток воскресенья я собирался посвятить выяснению особенностей работы артефакта.

С этими мыслями я отправился мыться. Порой сложно описать словами, насколько волшебное действие может оказать простая чашка кофе и горячий душ с утра. Такие банальные действия, повторяемые уже столько раз за жизнь, что превращаются в рутинный ритуал. Но я всё равно их ценил. Хотя бы потому, что считал их за своеобразный маркер спокойствия. А потому я не торопился, стоя под струями горячей воды.

Помылся, выключил воду и вышел из душа. Вытерся и, обмотавшись полотенцем, направился на кухню.

Сегодня нужно будет потренироваться снимать маску. Причём делать это достаточно быстро и чётко, чтобы не приходилось тратить на это много времени. Не факт, что мне это пригодится, но кто его знает. В перспективе даже мелочь может спасти жизнь.

Прошлёпал босыми ногами обратно на кухню. Открыл холодильник и достал с полки пакет холодного молока, взял высокий стеклянный стакан. Любовь к молоку привил мне ещё Луи, да и сам я никогда от него не отказывался. Уж точно не после жизни в приюте, где вместо него подавали какую-то разведённую порошковую дрянь. Тем более, что…

— ТЫ КТО ЕЩЁ ТАКОЙ⁈

От неожиданности я едва не подпрыгнул на месте, попутно опрокинув стакан, который упал на пол и разлетелся на осколки.

Прямо в коридоре стояла одетая в бежевое пальто Елизавета Игнатьева в шоке глядя на меня.

Какого чёрта⁈ Я же проверил замки! И ещё вчера вечером оставил указания на стойке администрации внизу, чтобы меня никто не беспокоил. Что она тут делает⁈

— Так, — быстро сказал я. — Спокойно… вы кто ещё такая?

— Кто я? — брови Елизаветы взметнулись вверх. — Кто ты такой⁈ Это квартира моего жениха и…

Она пришла к Измайлову? Это заявление вызвало у меня удивление. Я бы на её месте после вчерашнего даже не подумал бы о том, чтобы сунуться сюда. Может отец прислал? Поговорить там или, что более вероятно, извиниться после вчерашнего? Как вариант.

— Слушайте, я… — я вдруг запнулся, пытаясь вспомнить, как меня зовут по новым документам, сканы которых Жанна прислала мне утром на почту. — Здесь явно какое-то недопонимание…

— Да, определённо, — съязвила Игнатьева.

— Я могу всё объяснить…

— Объяснить, почему когда я утром приехала в квартиру своего жениха, то вместо него обнаружила абсолютно незнакомого голого мужика? — закончила она за меня.

Интонация с которой это было сказано, навела меня, скажем так, на не самые приятные мысли.

— Я могу всё объяснить, — повторил я. — И я не голый…

— Да, — фыркнула она. — Я вижу. Зубную щётку он тебе одолжил вместе с полотенцем?

Она издевается?

— Послушайте, девушка, я не знаю, что вы там себе напридумывали, но точно ошибаетесь. Я работаю на Алексея Романовича…

— М-м-м, теперь это так называется? — тут же скривила она лицо.

— Да правда это! Я приехал этим утром из столицы! — чуть ли не взмолился я. — Ещё не успел снять квартиру и Алексей Романович разрешил зайти к нему утром. Позвоните вашему отцу и спросите его сиятельство! Алексей Романович должен был предупредить его о моём приезде!

Елизавета несколько секунд стояла и смотрела на меня с подозрением, после чего достала телефон. Она что? Реально будет сейчас звонить и спрашивать? Серьёзно?

Да, серьёзно. Игнатьева прямо на моих глазах набрала графа и приложила телефон к уху.

— Пап? Привет, я… да, да! Я приехала к нему…. Что? Нет, нет не сделала… потому… потому что его нет! Да! Вместо него тут какой-то парень… говорит, что из столицы. Приехал утром к Алексею, как помощник.

Она замолчала на несколько секунд, после чего зелёные глаза метнулись ко мне.

— Как вас зовут? — резко потребовала ответа Игнатьева.

— Влад, — вспомнил я имя, которое было указано в присланных Жанной документах. — Владислав Кириллов.

Елизавета сообщила моё имя в телефон и выслушала ответ.

— Если что, то Алексей Романович ещё мог не успеть отдать документы, — добавил я. — Он…

— Где он? — перебив спросила меня Игнатьева, убрав на секунду телефон от уха.

— Ушёл полчаса назад, как меня встретил, — пожал я плечами. — Сказал, что у него дела по работе. Слушайте, это всё какое-то недоразумение. Вот и всё…