В какой‑то момент я даже подумал о том, что бы они сказали, если бы узнали, кто сидит с ними за соседним столом. Впрочем, проверять это я не очень хочу.

Итак, что мы имеем? Я пытался сам выяснить, что случилось с Димой. Безрезультатно. Жанна влезла в компьютерную сеть полиции, но тоже ничего стоящего не нашла. Два выстрела – и два промаха. Что делать? Стрелять дальше?

А может быть, лучше сменить ружьё?

Если не справился я сам, то, может быть, справится Алексей Измайлов? Раз уж не сработал один подход, так зайду с другой стороны.

Я встал со стула. Быстро собрался, надел пальто и направился на выход. Правда, выйти из зала без проблем так и не смог. Уже в дверях столкнулся нос к носу с Вадимом.

– О, ваше благородие, а я как раз отчёты подготовил.

– Какие отчёты? – не сразу понял я его.

– Те, которые вы из следственных отделов забирали. Я копии уже сдал в архив, а эти нужно будет отвезти по местам и сдать…

Услышав это, я заулыбался.

– Отлично! Давай их сюда, Вадим. Вот прямо сейчас и отвезу. Если кто спросит, куда я пропал, скажешь, что этим и занимаюсь, хорошо?

– Конечно…

Забрав у него толстую папку, я быстро покинул зал. Вот и повод уехать «по делам». Надо будет только и правда не забыть сделать работу, чтобы потом претензий не было.

Суть моего придуманного на коленке плана заключалась в следующем. Если Жанна ничего не смогла вытащить из сети местной полиции, за исключением сведений о том, что на квартиру поступила анонимная наводка, то почему бы не обратиться к людям, которые эту наводку получили напрямую? Да, вряд ли кто‑то стал бы говорить об этом вору, но вот прокурору, пусть и младшему, вполне могли рассказать.

А потому я написал короткое сообщение подруге с просьбой уточнить, в какую именно дежурную часть поступила наводка, и уже через пять минут получил адрес.

Нужное мне отделение находилось в хорошо знакомом районе, где мы с Димой снимали квартиру. Приехав на место, я зашёл внутрь и, представившись дежурному офицеру полиции, попросил вызвать мне начальника.

Этим самым начальником оказался мужчина лет сорока, на голову ниже меня и с уже начавшей лысеть макушкой. С другой стороны, редко когда увидишь столь жизнерадостного человека. Когда он вышел ко мне с широкой улыбкой на лице, у меня создалось впечатление, будто мой приход стал для него самым интересным и значимым событием за день, если не за неделю.

– Добрый день, господин прокурор, – поздоровался он, протягивая мне руку. – Капитан Щукин.

– Добрый, капитан, – приветливо улыбнулся я, пожав его ладонь. – Надеюсь, не помешал?

– Да бросьте, – махнул он рукой. – Какое там, помешали. День спокойный. Даже скучный. Чем могу быть вам полезен?

– Ну, надеюсь, что он таковым для вас и останется, – пожелал я. – Не поможете мне? Я к вам по делу из управления приехал.

Капитан тут же закивал.

– Конечно, всем чем сможем. Что вас интересует?

Я вкратце описал ему ситуацию, сославшись на то, что этим занимается управление. Следом быстро выдумал ещё одну историю: что хозяин интересующей меня квартиры проходит по одному нашему делу, а раз недавно по этому адресу проходила ориентировка, то вот мы и заинтересовались. Потому и приехал, дабы разузнать всё поподробнее.

– Честно говоря, не знаю, что вам сказать, господин прокурор, – пожал плечами капитан. – Обычная анонимная наводка. Мы таких получаем по несколько в неделю, если не ежедневно…

– А могу я узнать, кто именно её принял и кто отработал по этому месту? – деловито поинтересовался я.

Капитан сообщил, что да, могу. Даже попросил для меня вызвать одного из полицейских, которые были в тот день у нас в квартире. Двое других сейчас находились в городе, но мне пока будет достаточно и этого.

Нужным мне полицейским оказался молодой сержант. В результате короткого разговора я выяснил, что… что, в общем‑то, зря сюда приехал.

– То есть там ничего и никого не было? – уточнил я у стоящего передо мной сержанта.

– Не, нет. Вообще ничего.

Странно. Что‑то не сходится.

– И никаких следов того, что там кто‑то был? – продолжил я свои вопросы.

– Нет. Ничего подозрительного мы не нашли…

– А зачем тогда обыск проводили?

– Какой обыск? – удивился тот.

– В смысле? Разве вы не проводили обыск в квартире?

Сержант ненадолго замолчал, после чего закивал.

– А, да! Конечно, мы осмотрели квартиру. Потому и говорю, что ничего подозрительного не нашли. Просто сначала не понял, о чём вы.

– И что? Совсем никаких следов? – продолжил я. – Да и вообще странно, что вы проводили обыск, учитывая, что наводка была анонимной и…

Похоже, мои расспросы его несколько утомили, потому что сержант довольно грубо меня перебил.

– Слушайте, господин прокурор, мы действовали по инструкции. Если у вас какие‑то вопросы или вы виноватого ищете, то можете написать заявление начальнику дежурной части…

– Спокойней, сержант. Я просто пытаюсь разобраться в происходящем, вот и всё, – поспешил я его успокоить. – Говорю же, хозяин квартиры проходит по одному нашему делу. А тут такое событие! Вы же тоже нас поймите. Мы наблюдали за этим местом. Вполне возможно, что вы нам расследование спутали. Вот я и хочу понять, что произошло, а не ищу виноватого.

– Я вам всё рассказал, – хмыкнул он. – Это всё, что я знаю. Нам сообщили о криках и странном шуме. Мы приехали. Дверь была открыта, а замок вскрыт и сломан. Но внутри было пусто. Сделали, как полагается. Осмотрели место, а квартиру опечатали. Всё. Я не знаю, что ещё вам сказать. Если кто‑то вам расследование ваше и поломал, то это не мы.

– Верю, сержант, – с пониманием закивал я, всеми силами показывая полное понимание. – Спасибо вам за то, что прояснили ситуацию. Только один вопрос. Вам же наводка по телефону поступила, так?

– Да, а причём…

– Могу я получить номер, с которого вам звонили?

Сержант замялся.

– Это вам лучше к капитану обратиться, господин прокурор.

Так я и поступил, снова переговорив со Щукиным. В ответ получил вежливый отказ. Оказывается, такая информация выдаётся только при наличии служебного решения или судебной санкции.

Второй вариант в моём положении был затруднителен. А вот первый – вполне себе. Можно, конечно, было начать что‑нибудь выдумывать на ровном месте, но зачем? Я просто позвонил Нечаеву.

– Так, Алексей, ещё раз. Тебе нужен номер, по которому была сделана анонимка?

– Да.

– Зачем? Мне сказали, что ты поехал отчёты по отделениям отвезти и…

– Виктор, – перебил я его. – Давай начнём с того, что ты сдал меня Платонову. Не отпирайся. Я знаю, что это сделал ты. Так что давай ты не будешь строить из себя идиота и поможешь мне, хорошо? А я в ответ забуду об этой твоей попытке прикрыть собственную задницу. Идёт?

В телефоне повисло молчание. Может, перегнул палку? Вроде не должен был. Несложно понять, что именно Нечаев за человек. Сын не самого богатого баронского рода. Будущий наследник. Всеми силами старается обжиться связями на будущее. Так зачем ему портить со мной отношения? Да, накосячил, но тут я предлагаю ему выход из ситуации. Способ решить проблему миром.

– Это как‑то связано с твоим будущим тестем? – неожиданно спросил он.

О, как. Любопытный вопрос. То есть он пытается сейчас узнать, а не работаю ли я тут по поручению Игнатьева? Так, что ли?

– Виктор, это нужно мне, – произнёс я, но решил перестраховаться и добавить кое‑что ещё. – А вот тебе нужно понимать, что, помогая мне, ты, по сути, помогаешь его сиятельству. А граф Игнатьев чужой помощи не забывает. Понимаешь, о чём я?

В телефоне снова повисло молчание.

– Понял тебя, – наконец сказал он с куда большим энтузиазмом, как мне показалось. – Сделаю. Дай адрес и номер отделения, куда нужно прислать постановление.

Нужное распоряжение прислали через двадцать минут. Ещё через десять мне выдали распечатку с безликим номером телефона. Его я отправил Жанне с просьбой найти всё, что она сможет по этому номеру.