– В последнее время это моё обычное состояние, – не удержался я от смешка. – Так нам с тобой не придётся врать друг другу.

Я успел съесть почти треть порции пасты, прежде чем она заговорила вновь.

– Знаешь, – протянула она, глядя на меня. – А меня это устраивает.

– Ну и замечательно. Наши отцы договорились об этой свадьбе? Вот пусть её и получат. Мы с тобой, Елизавета, всего лишь часть сделки. Так почему бы нам с тобой не отнестись к этому как взрослым людям? Без истерик, скандалов и представлений вроде того, что ты попыталась устроить у Шуваловых. Думаю, что мы с тобой оба понимаем, что не стоит питать иллюзии насчёт нашей с тобой будущей свадьбы.

– Допустим.

– И?

– И я не против, – ответила Лиза. – Если без иллюзий.

Она протянула руку и достала из пакета бутылку белого вина.

– Откроешь?

– Конечно.

Встав из‑за стола, я взял штопор в одном из ящиков и вернулся. Вынул пробку и налил своей собеседнице немного вина.

– Спасибо.

– Не за что. И давай, так сказать, обговорим это сразу на берегу. Любви не будет, – сказал я ей, на что она с удивительным равнодушием и даже какой‑то благодарностью кивнула.

– Прекрасно. Я не особо умею её изображать.

– Славно. Я тоже. А значит, – подвёл я короткий итог, – дом, фамилия, приёмы, совместные фото?

– Раздельные спальни? – предложила она.

– Отдельные жизни, – поправил я, вернувшись к пасте. Оказалось, к слову, довольно вкусно.

– Но на одной стороне, – быстро добавила она. – Раз уж врать будем вместе, а не друг другу.

– Согласен.

– Тогда договорились.

– Забавно.

– Что? Самый честный разговор о браке в твоей жизни? – не удержалась она.

Похоже, что эта атмосфера странной, почти циничной искренности оказала на сидящую передо мной девушку весьма благоприятное влияние. Теперь она выглядела куда увереннее, чем пятнадцать минут назад.

– Я думаю, что это самый честный разговор у меня за последнее время вообще, – признался я ей. – Ты не злишься? Ведь явно ожидала чего‑то другого…

– Нет. На самом деле я даже рада, что ты не делаешь вид, будто у нас с тобой есть какой‑то шанс.

– Мы просто используем ситуацию, – пожал я плечами, и она кивнула.

– Как взрослые люди.

– Значит, свадьба.

– Значит, свадьба.

– И никакой любви.

– К счастью.

В повисшей за столом тишине прозвучал негромкий звон от соприкоснувшихся бокала с вином и моего стакана с молоком.

Поразительно, насколько вчерашний разговор помог мне в моральном смысле. Насколько легче стало, когда хотя бы одна ложь оказалась возложена не только на мои плечи. Теперь есть ещё один человек, помимо Жанны, перед которым мне не нужно притворяться.

Точнее, не так. Мне всё ещё нужно быть для неё Измайловым, но достигнутое вчера вечером соглашение избавляло меня от необходимости быть для неё любящим мужем или кем там в итоге должен был стать для неё Алексей.

Да и сама Елизавета продемонстрировала удивительную зрелость, приняв правила новой игры. Хотя что мне удивляться. Может быть, Измайлов и радовался бы будущей знатной невесте, но ни я, ни сама Елизавета какого‑то чрезмерного энтузиазма по этому поводу не испытывали. В любом случае наше с ней соглашение позволит мне хотя бы выкинуть эту проблему из головы. Игнатьев и отец Измайлова ждут свадьбу? Прекрасно. Они её получат. Возможно.

Наш «ужин» с Елизаветой закончился в половину одиннадцатого. Сохраняя реноме, я проводил её вниз, где, как оказалось, её уже ждала машина с водителем. Вернувшись, снял маску и сделал то, о чём мечтал большую часть дня, – завалился наконец в горячую ванну и позвонил Жанне.

Напарница в течение получаса выслушивала мои долгие душевные страдания, а когда я дошёл до части со своим выдуманным почти на коленке, но таким удачным соглашением с Елизаветой, поддержала меня. Одной проблемой меньше – вот и славно.

Куда хуже было то, что я понятия не имел, что от меня требовал этот Тимур. Точнее, не так. Измайлов, судя по всему, знал, а вот у меня с этим имелись определённые проблемы. Благо вчера мне удалось как‑то отбрехаться.

Теперь вопрос – что такого сделал Измайлов, что ИСБшники смогли втравить его во всё это… стоп! Нет, не так. Часть мотивации мне стала и без того понятна. Этот Тимур говорил что‑то про то, что Алексей сможет занять место барона. То, что он являлся младшим сыном, я знал и без того. Значит – алчность? Жажда получить титул и место своего папаши?

Допустим. А какая выгода для ИСБ? Вот я ни в жизнь не поверю, что, зная о том, в каких объёмах Игнатьев гонит отраву, они бы оставили это просто так. Значит, причина в другом?

А в чём?

Отличный вопрос. Жаль, ответа на него у меня не имелось. У меня вообще в последнее время с ответами туго, но я как‑то кручусь. Жаль только, что самих проблем от этого меньше не становилось.

Первой ласточкой, предупреждающей о грядущей буре, стал утренний звонок Игнатьева.

– Доброе утро, Алексей. Надеюсь, я не разбудил тебя?

– Нисколько, ваше сиятельство, – ответил я, мысленно поздравив себя с тем, что взял за привычку вставать в пять утра и сразу же надевать маску.

– Мне сказали, что Елизавета навещала тебя вчера вечером.

– Да, ваше сиятельство, – не стал я скрывать, мысленно отметив, что ему об этом доложили. – Она приходила для того, чтобы извиниться за свой поступок на приёме.

– И?

Как‑то требовательно это прозвучало.

Ну ничего. Мы ещё вчера с этой рыжей обсудили этот момент, так что тут наши варианты ответов совпадут полностью.

– Возможно, вы были правы, ваше сиятельство. Она списала случившееся на стресс, усталость и нервное напряжение, после чего принесла мне свои извинения. Я их принял. Думаю, что теперь про этот случай можно забыть.

– Славно, Алексей! Очень славно, – обрадовался Игнатьев. – Но вот о том, что об этом можно забыть, я на твоём месте не торопился бы.

– Что вы имеете в виду?

– Я рад, что ты с моей дочерью пришёл к пониманию, но присутствующие на приёме вряд ли об этом забудут. Мне бы хотелось, чтобы вы поскорее показали, что между вами нет дрязг, Алексей. Надеюсь, ты понимаешь меня?

– Конечно, но…

– Возможно, благотворительный вечер или нечто подобное, – абсолютно не обратив никакого внимания на мои слова, продолжил он. – Я посмотрю, какие мероприятия будут в ближайшее время. Выведем вас в свет парой, как и полагается будущим супругам.

– Прекрасно, ваше сиятельство, – не стал я спорить. – Буду только рад…

– Вот и замечательно. Но позвонил я не по этой причине. Не планируй ничего на ближайшие несколько дней, Алексей.

Так, а вот это ещё к чему? Хотя… а чего бы и не спросить? Считай, что уже без пяти минут родственники. Так я и поступил, задав разумный вопрос.

И, как это ни удивительно, мне на него ответили.

– Сейчас я стараюсь договориться по поводу встречи с одним моим… назовём его моим конкурентом.

– Часом не тот самый конкурент, о котором вы говорили мне вечером?

– Он самый, Алексей. Он самый. Думаю, что мы сможем прийти к взаимопониманию, чтобы избежать в дальнейшем разного рода конфликтов.

Значит, тот самый Макаров. Только вот зачем там я?

– Ваше сиятельство, вы уверены, что вам необходимо моё присутствие? Это может быть…

– Уверен, Алексей. Во‑первых, как мой будущий зять, ты должен быть вхож в дела. А во‑вторых, твоё участие было одним из условий твоего отца. В данном случае я лишь выполняю его волю, вот и всё.

– Понял, ваше сиятельство, – с энтузиазмом, которого совсем не испытывал, ответил я.

М‑да…

После этого разговора уже по пути на работу мне в голову неожиданно пришла мысль. А почему бы не сообщить об этом ИСБшникам? Пусть возьмут, свалятся им как снег на голову да повяжут всех разом!

Надо будет обдумать эту мысль.

Но в первую очередь придумать, где раздобыть денег. Моя попытка экспромта с приёмом у Шувалова оказалась провальной. Слишком много охраны, чтобы выкинуть нечто подобное без подготовки. Значит, придётся искать, где взять деньги, в другом месте. И в этот раз я не собирался полагаться на удачу. Выберу место сам, подготовлюсь и сделаю всё так, как положено. Чисто, быстро и без следов…