— Или же записать в «книгу заклинаний»? — догадался я.

— Или так, — согласилась Небесная.

— Но какой в этом смысл?

— Если запишет в свою «книгу», то никакого, — кивнула правительница. — Но этим знанием можно поделиться. Далеко на западе есть орден заклинателей. Сами они техники воплощать не умеют — слишком для этого слабы. Зато способны обмениваться заклинаниями и запечатывать их в камне и бумаге.

— Значит, если я встречу такого заклинателя и уговорю поделиться техникой…

— Сможешь запечатать её и использовать, — подтвердила Лун-Инь. — Но что важнее, в «книгу» можно перенести духовные навыки, хранящиеся в твоей технике. А значит, и создать печать, способную их высвободить.

Сказав это, она исчезла, не дав возможности задать новый вопрос. Зажгла любопытство и сбежала! Как же всё это интересно. Особенно её слова про духовные навыки. Что значит перенести? Как это будет работать? Значит ли, что я смогу повелевать живущим во мне ветром? Или…

Выдохнув, я постарался привести мысли в порядок. Всё это, конечно, хорошо, однако не ко времени. Мне бы только выбраться из этого подземелья…

Ладно, пора возвращаться к работе — печати сами себя не начертают.

Прошло десять дней. Пять печатей из пятнадцати были готовы. С каждым днём у меня получалось всё лучше. Если так пойдёт дальше, ещё через десять я закончу… Если до этого не сойду с ума.

Каждый день одно и то же: проснулся, умылся в ледяном пруду, приготовил рыбу, вернулся в тронный зал — и за печати, пока с ног не падал. Вечером снова рыба и сон. Несколько раз ловил себя на том, что разговариваю сам с собой. Иногда, потеряв самообладание, кричал во тьму, чтобы почувствовать себя живым.

Лун-Инь появлялась нечасто — берегла силы. Но когда являлась, хвалила или подсказывала. Иногда помогала…

Вот и сейчас появилась, стоило мне упасть, корчась от боли. Вихри, которые мне удавалось сдерживать всё это время, неожиданно ударили с новой силой. «Заводи» больше не спасали. Лёжа на мраморном полу, я пытался зачерпнуть из воздуха больше Ци. Безуспешно…

— Что с тобой стало, мальчик? — спросила Небесная, озадаченно глядя на меня.

— Техника… Она меня убивает… — прохрипел в ответ.

Склонившись, она коснулась моей груди. Морозная Ци хлынула в меня, даровав облегчение. Боль ушла, но ненадолго. Лун-Инь, внимательно осмотрев меня, убрала руку, возвращая всё как было. Я снова сжался, застонав, а Небесная госпожа возмущённо проворчала:

— Перестань заниматься глупостями. Просто не давай ей себя ранить!

— Но как? — голос мой дрогнул.

— Так же, как сделал это со скверной. Лиши её пищи, — сказала она и исчезла, оставив меня гадать.

Барьер, защитивший меня от проклятья. Как он мог мне помочь? Скверна атаковала снаружи, а техника поселилась внутри… Но было у них нечто общее — и то и другое жаждало моей Ци. Выкинуть технику из себя ожидаемо не вышло. А вот лишить её энергии — очень даже!

Следуя подсказке госпожи, я принялся создавать вокруг неё барьер. Пара попыток, и начало получаться. Тонкая пелена окутала технику, лишив притока Ци, а вместе с этим иссякло её давление. Вихри больше не рвали меня на части, едва подавая признаки жизни.

Хорошо! Как же хорошо! Всё, как сказала Небесная. Оставалось только поддерживать это непрерывно. Полностью перекрыть доступ Ци к технике не удалось — та продолжила расти, но уже не так стремительно. А значит, это даст мне время закалить моё тело… Осталось надеяться, что этого хватит.

Наверное, только сейчас я осознал, что безнадёжно проигрывал эту битву. Нельзя мне стоять на месте! Чтобы не сдохнуть в ближайшее время, надо скорее прорываться на первую ступень Основы.

Время шло. Я давно сбился со счёта — скорее всего, прошло уже больше месяца. Все печати были готовы, осталось лишь начертать формацию. Тут проще — точность не так важна, а ошибки можно исправить. Но всё равно работа кропотливая.

С помощью кисти мудреца Шу Хао надо было очертить двойной круг. Далее между кольцами — восемь малых узлов по сторонам света. После — четыре крупных узла за внешним кругом и три внутри, нацеленные на тело Лун-Инь. Каждый из пятнадцати узлов — гнездо для заготовленных печатей.

И всё бы хорошо, только на пути попался клинок бога скверны. Стоило подойти ближе, и тот снова «потянулся» ко мне. Настойчиво, мощно. Сделав пару шагов назад, я застыл, раздумывая, чем бы его откинуть в сторону.

— Чего ты испугался, мальчик? — спросила Лун-Инь, появляясь.

— Он как будто живой… — неуверенно пробормотал я.

Призрачный силуэт Небесной подплыл к мечу. Её изучающий взгляд скользнул по клинку и вернулся ко мне.

— Тебе нечего бояться, смертный. Проклятие, наложенное Фу-Юанем, ушло, — она повернулась ко мне. — Теперь это обыкновенный духовный клинок. Но ты прав, что почуял в нём жизнь: в его основе лежит душа древнего мастера.

— Он будто тянется ко мне… Странное чувство…

И тут госпожа посмотрела на него по-новому. Рука её зависла над оружием, а морозная Ци коснулась лезвия…

— Надо же, — удивилась она. — Он так благодарен тебе за спасение, что готов служить.

— Спасение? — не понял я.

— Душа этого клинка сотни лет страдала, порабощённая скверным проклятием, а ты его снял, рискнув жизнью. Тебе необычайно повезло. Возьми его, не бойся, — она замерла, наблюдая.

Я недоверчиво хмыкнул. Опасения никуда не делись, но раз уж сама Небесная говорит, что бояться нечего… Осторожно приблизился к мечу, ощущая, как растёт между нами напряжение. Чёрное лезвие больше не светилось, но неприятные воспоминания заставляли меня медлить.

Присев, протянул руку и замер, решаясь. Коснулся… И в тот же миг ощутил, как меч начал в меня «прорастать». Испугавшись, хотел отдёрнуть руку, но не смог! Тело перестало мне принадлежать.

— Успокойся, мальчик, не сопротивляйся. Он не причинит тебе вреда, — сказала госпожа, и я взял себя в руки, сосредоточившись на странных ощущениях.

Клинок входил в моё Духовное Тело, будто в ножны. Его форма менялась под стать мне: делаясь тоньше и короче. Рукоять подстраивалась под мою ладонь.

— Прими его. Стань с ним одним целым… — подбадривала Небесная.

И я стал. Теперь это было не просто оружие, а частичка меня самого. Я чувствовал его продолжением своей руки и воли. Он вселял в меня уверенность и разделял мою радость. Схватив меч, я счастливо рассмеялся и сделал взмах! Это было прекрасное чувство. Чувство единения с…

«Хейфэнг» — Черное Острие. Имя всплыло в голове само собой. А дальше случилось и вовсе невероятное: вспыхнув чёрным пламенем, меч начал растворяться. Дымный силуэт рассыпался, впитываясь в моё тело. В сердце поселилось тепло, а в душе ещё один слой.

Я посмотрел на свою пустую ладонь. Оружие пропало, но я знал, что оно явится по первому зову. Взмах, мысленный приказ — и чёрное лезвие рассекло тьму тронного зала. Мне пришлось потратить часть своей Ци, чтобы освободить его.

— Пока что это просто клинок, — сказала Лун-Инь. — Но стоит тебе стать сильнее, и он обретёт новые свойства.

Очень не хотелось отпускать его. Я медлил, глядя на него как на сокровище, но всё же смог перебороть это чувство. Отдал мысленный приказ, и тот послушно растворился в воздухе.

Надо заканчивать с узором. Воодушевлённый, с новыми силами принялся за работу.

Наконец формация была завершена. Печати и соединявшие их линии мерно светились, разгоняя тьму — оставалось только активировать. Моей Ци для этого было недостаточно. Да и самой Лун-Инь пришлось копить силы. Трижды перепроверил всё, прежде чем позвать Небесную.

— Всё готово, госпожа, — сказал я, и та немедля появилась.

Не касаясь ногами земли, прошлась вдоль вырезанной в камне схемы, внимательно всё осмотрела и кивнула.

— Неужто у тебя и впрямь получилось, ученик? — в её голосе слышались гордость и удивление.

— Госпожа говорит так, будто не верила в это, — я позволил себе лёгкую улыбку.