— Звучит невероятно великодушно! — Улыбнулся я.

— Только без лицензии я уже такое сделать не смогу, поверив наслово. — Покачала девушка головой.

— Я ее заполучу, об этом не волнуйся. — Кивнул я благодарно.

Позади день, полный нетипичных тяжестей и вызовов, тупой боли в плечах и полнейшего непонимания своего места. Обед в таверне меня взбодрил, порадовал, но напомнил — где бы я не оказался, за все придется платить. И, со слов Аннушки, чтобы стать полноправным членом этого общества мне придется зарегистрироваться и получить документы.

С порога мне ясно дали понять: каждый искатель должен иметь «лицензию», что бы она ни значила. Но не ей одной я должен сейчас озаботиться. Ввиду того, что явился я в этот мир, что называется, гол как сокол, у меня нет ни снаряжения, ни оружия, ничего, что могло бы быть полезным.

Я поразмышлял об этом. Предметы, которые были на мне — одежда, коммуникатор, пистолет, из которого Илья совершил выстрел по Кацураги, ключ-карта из бункера, все пропало. Даже доспех, надетый на меня, вынесенный ранее из Арка и призванный защитить мое тело, тоже исчез. И если попытаться отыскать общее между всеми этими предметами и тем, что осталось при мне, вывод был прост. Все, что со мной было, так или иначе когда-то бывало в моем инвентаре. Кроме одежды, в которой я сюда и попал.

Погода стояла теплая, по ощущениям, градусов двадцать, может чуть больше. Куртка, которую с меня сорвал поток ветра при падении, канула в пучине океана, но с местной температурой она мне и не сильно-то была нужна, разве что могла пойти на материалы — кожу, веревки. Но чего нет, того нет. Кстати, раздумывая об этом — может, к лицензии прилагается и какой-нибудь базовый набор искателя? Вроде кирки, лопаты, веревки? Стоит спросить об этом непосредственно местное начальство.

Кстати о нем.

Здание канцелярии, в которую меня направили, оказалось именно таким. каким его можно было ожидать: приземистое, каменное, с массивной дверью, обитой железом. У входа толпился люд — часть, похоже, бывалые проходчики, сплошь увешанные инструментами, подсумками, с матерыми взглядами. Часть — желторотые юнцы, видимо, получающие свою первую лицензию. И часть бедняков, которым, кажется, было плевать, где околачиваться.

Очередь шевелилась медленно.

— В конец! — Гаркнул на меня тип, которого я идентифицировал как охранника, стоило мне приблизиться.

Я покачал головой, мол, и не планировал нарушать порядок, и вздохнул. Занял место и принялся изучать окружающих. По лицам искателей сложно делать выводы, но многие из них выглядели уставшими. Вот парень моего возраста, держит под мышкой перевязанную руку, вот девушка, стройная, как лань, удерживает за плечами неестественно раздутый рюкзак. Все разные, и оттого не легче. Похоже, это просто обычная, рядовая ситуация для этого города.

По прошествии времени, очередь дошла и до меня, а за мной выстроилась новая. Внутри тянулся зал с низким потолком. За стойками, отгораживающими зону клиентов от рабочей, сидели клерки — люди с одинаковыми кривыми улыбками. Перед каждым лежали кипы бумаг, чернильницы, перья. Очень напоминает убранство кабинета регистратора гильдий в Иридиане, но как-то беднее, что ли.

Шуршание пергамента и визгливые, нервные голоса перемежались с гулом толпы. Мое настроение падало с каждой минутой, и даже сытный обед не спасал ситуацию.

Наконец, подошла моя очередь. За столом передо мной сидел мужчина средних лет, с зализанными волосами, мутными глазками, которые бегали туда-сюда, не задерживаясь на собеседнике.

— Имя. — Пробормотал он, не взглянув на меня.

— Майкл. — Просто ответил я.

— Происхождение?

Я запнулся. Что ему ответить? Рассказать свою, без сомнений, душещипательную слезовыжимательную историю, или криво уклониться от ответа? Выбор без выбора, полагаю.

— Я с севера. — Сказал я, вспомнив собачий холод Нью-Шеота. — Долго сюда добирался. — И не соврал.

Клерк нерасторопно поднял взгляд, смерил меня снизу вверх оценивающим прищуром.

— Документы есть?

— Нет.

— Тогда так просто не выйдет. Лицензию я тебе не выдам. Гуляй. Следующий! — Отрезал клерк, а я запротестовал.

— Но подождите! Неужели я совсем бесправный, если нет у меня документов? Что-то же можно придумать!

— Можно. — Не раздумывая ответил сотрудник. — Новичков вроде тебя мы обязаны проверять. Но, раз уж ты без документов, сгодишься на работе на поверхности. Запишем тебя на сортировку артефактов, три дня отработаешь, а там и видно будет, выдать тебе бумаги или нет.

Сраная бюрократия! Даже сюда добралась, проклятье! Три дня. У меня же их всего три, чтобы успеть вернуться домой, а я застрял здесь! Внутри все сжималось от кипучего гнева. Но я сдержался.

— Может, есть способ… побыстрее? — Сказал я, стараясь, чтобы голос прозвучал уверенно и непременно заговорщически. С намеком на альтернативные решения бюрократических проволочек.

— Нет. — Совершенно безапелляционно отрезал работник.

— Даже для члена команды экспедиции Гаррета? — Решил я козырнуть знакомствами. Авось выгорит.

Он ухмыльнулся.

— А дер Гаррет в курсе, что ты его именем тут разбрасываешься?

— Не задерживай очередь! — Рявкнул кто-то позади.

— В курсе. — Сказал возникший из толпы, к моему великому удивлению, Гаррет. — Моби, не ломай комедию, выдай человеку бумагу. Я за него в совете поручусь. — Улыбнулся мой спаситель, снимая свою панамку.

— Хорошо… — Раздраженно пожевал губами сотрудник и принялся что-то черкать. — Сейчас поднимешься на второй этаж, в кабинет сто два, принесешь заполненную форму с бланка «А — двадцать два», потом придешь ко мне.

Я поблагодарил Гаррета, который явился чертовски вовремя, и мы перекинулись с ним парой фраз, покинув столпотворение. Он упомянул, что направляется в некий совет, что-то там ему было нужно, деталей он не раскрыл. Я в очередной раз услышал от него приглашение в его группу, но я все еще не дал четкого ответа. Тогда, пожелав мне удачи разобраться с местной системой документооборота, он отправился выше, и там наши пути разошлись. Договорились еще раз пересечься в таверне.

В очередях я потерял часа два! Злой, как собака, я вышел из канцелярии и вдохнул спертый воздух улицы. Полный негодования, я сжимал дрянную бумажку с печатью. Они как будто специально сделали из этого, в сущности, простейшего действия сраный фарс и цирк с конями. Но, что было, то прошло. Для города теперь я — официально, искатель.

Я шагал по каменным улочкам обратно от канцелярии, прижимая к груди выданную бумагу. Бумага — смешное слово для человека, всю жизнь прожившего в век всеобщей цифровизации.

Кое-какие справки навести мне удалось. Лицензия искателя накладывает обязательства, но дает и права. Каждую вылазку я вношу в маленькую табличку на обороте, собственноручно, по возвращении из провала иду в администрацию и сдаю артефакты, добытые внизу, на реализацию, за что получаю гонорар в зависимости от собранного. Не понятно пока, что за артефакты, какой цели они служат, но уверен, что разберусь по ходу дела. Тем паче, что пользоваться этой привилегией я и не собирался вовсе, ведь как сказал Гаррет, в моем случае спуск будет всего один, и сразу до дна.

Правом же послужил денежный аванс. Монетами с изображением какого-то крылатого существа, похожего на вымершего птеродактиля, но с грядой острых шипов на позвонках. Мило. А это значило, что раз в моем кошельке теперь водятся деньжата, первый мой спуск будет не совсем уж отчаянным.

Я шел обратно в сторону таверны, с простым желанием смыть с себя грязь, кровь и песок, наесться и выспаться. В идеале еще раз переговорить с Гарретом, и раз уж он оказался добряком, который по неведомой мне причине помогает, задать ему вопросы и обрисовать собственную ситуацию. В конечном итоге, от этого разговора я либо не потеряю ничего, либо приобрету знания, которых мне тут катастрофически не хватает, а тыкаться как слепому котенку накладно. Могу и не сдюжить.