Мордрет усмехнулся.

— Жаль. Но ладно… по правде говоря, мы бы все равно не стали настоящими друзьями.

Санни сделал еще один шаг назад, затем напряженно спросил:

— Да? Почему же?

Принц Ничего перестал улыбаться. Когда он заговорил, голос Велт звучал холодно и коварно, полный бесконечной тьмы:

— Ты принимаешь меня за идиота? Неужели ты думал, что я не почувствую на тебе зловоние Отродья Снов? А? Лучше скажи мне, Санлес… зачем Астерион послал тебя на Скованные Острова? Зачем охотиться на моего Зверя? Что эта тварь замышляет сейчас?

Санни нахмурился.

«…Что?»

Он был искренне озадачен. Если бы его глаза не были закрыты, он бы сейчас моргал от удивления. Неужели Мордрет действительно сошел с ума?

— Я понятия не имею, о чем, черт возьми, ты говоришь. Что за вонь? Почему меня послал Астерион? Я никогда не встречал никого с таким именем и уж тем более ничего не знаю об их замыслах! Ты сам себя слышишь, безумец⁈

«Минуточку… принц… Отродье Снов… может ли это быть?»

Мордрет замер, затем слегка наклонил голову.

— Хм… как любопытно. Ты не можешь лгать, так что это должно быть правдой. Но если ты никогда не встречался с Астерионом, почему от тебя воняет Отродьем Снов?

Санни помрачнел, не желая отвечать. Однако выбора у него не было. Поддавшись своему Недостатку, он произнес сквозь стиснутые зубы:

— Я… возможно, встретил еще одно Отродье Снов.

Принц Ничего удивленно поднял брови.

— Правда? Кого?

«Черт побери!»

Санни сжал кулаки, затем мрачно произнес:

— … Нефис.

Мордрет нахмурился.

— Нефис… Нефис из клана Бессмертного Пламени? Погоди, она еще жива?

Санни кивнул, и изгнанный принц откинул голову назад, смеясь.

— О! О, Боже! Значит, по Царству Снов гуляет еще одно Отродье Снов, и она — дочь Улыбки Небес и Сломанного Меча! Должно быть, это судьба… Интересно, знает ли старый ублюдок…

Пока Мордрет смеялся, Санни почувствовал холод во всем теле. Не из-за этой внезапной вспышки, а из-за того, что Принц Ничего сказал прямо перед этим.

«Ты не можешь лгать… значит, это должно быть правдой. О-откуда он знает, что я не могу лгать?»

С каких пор Мордрет знает о его Недостатке?

Неужели он просто догадался об этом, наблюдая за Санни в течение нескольких месяцев? Нет, это было невозможно… Санни не так уж много времени провел в Царстве Снов после побега из Низшего Неба, и уж тем более не общался с большим количеством людей, кроме как продавал им предметы реального мира. Он не сделал ничего, что могло бы скомпрометировать его самого…

Что… что происходит?

На мгновение сердце Санни стало тяжелым, его разум поглотила убийственная тьма. Он подумал, что его снова предали…

В двух мирах было очень мало людей, знавших секрет его Недостатка. Одной из них была Нефис, но она сейчас далеко. Кай и Эффи, вероятно, догадывались. Однако они предпочли промолчать из уважения к его нежеланию говорить на эту тему.

Оставалась только Касси.

Касси, которая находилась прямо здесь, в Храме Ночи, и уже однажды отвернулась от него…

Но, немного подумав, Санни понял, что было еще одно существо, обладавшее знанием его Аспектов. Проблема была в том, что оно было мертво уже очень, очень давно.

Зеркальный Зверь.

Вознесенное Отражение отражало его Аспект, поэтому он должен был каким-то образом его увидеть. И оно было связано с Мордретом куда более тесно, чем Касси.

Принц Ничего не знал всего об Аспекте Теневого Раба ранее, в этом Санни был уверен. Там, в бездне Низшего Неба, Мордрет проявил неподдельное любопытство и удивление по поводу того, что иначе он бы и так уже знал.

Это означало… это означало, что он, скорее всего, получил эту информацию только после того, как зеркальный осколок был принесен в Храм Ночи. Это также означало, что ему сообщили только о том, что узнал Зеркальный Зверь, и что было правдой на тот момент. Если эта догадка верна, возможно, Санни сможет использовать пробел в знаниях Мордрета в своих интересах.

…Или он ошибался, и Касси действительно снова предала его.

Многое зависело от того, готов ли он снова довериться ей. Поставить на кон свою жизнь.

Санни нахмурился, затем сказал ровным голосом:

— Кажется, тебе весело. Так… теперь, когда ты знаешь, что я не имею ничего общего с Астерионом, кем бы он ни был, ты собираешься пересмотреть свои прежние планы и оставить меня в покое?

Мордрет усмехнулся.

— … А ты как думаешь?

Санни вздохнул.

— Честно говоря, я уже не знаю, что думать. По крайней мере, когда дело касается тебя… ты действительно коварный ублюдок, ты ведь знаешь это? Кстати, не воспринимай это как оскорбление. Это комплимент от меня.

Принц Ничего покачал головой, затем сделал еще один шаг вперед.

— Что ж. Зеркало может отражать только то, что находится перед ним, Санлес. Разве я виноват, что передо мной жестокие, мерзкие и лживые существа? Думаю, нет… но, может быть, и да. В любом случае, мне все равно. Если хочешь, вини свою невезучесть в том, что ты мне пригодился.

Его глаза загорелись гипнотическим алым светом, и, хотя собственные глаза Санни были закрыты, он вдруг почувствовал себя медленным и вялым, сила уходила из его мышц. Он покачнулся и использовал Жестокий Взгляд, чтобы поддержать себя.

— Аргх! Погоди… прежде чем мы начнем, ответь мне на последний вопрос…

Мордрет улыбнулся.

— … Конечно. Почему бы и нет. Что ты хочешь знать?

Санни напрягся, как бы пытаясь заговорить. Его рот открылся…

Но вместо того, чтобы что-то сказать, он просто напал.

Принц Ничего рассмеялся, забавляясь этим маленьким трюком. Его сабля метнулась вперед, чтобы встретить клинок Жестокого Взгляда.

Но через мгновение его смех резко оборвался.

Санни не питал иллюзий относительно своих шансов в борьбе с Мордретом… не тогда, когда этот ублюдок занимал тело могущественного Мастера, чьи Аспекты позволяли ему ослаблять своих врагов и усиливать себя.

Но, с другой стороны, когда вообще Санни сражался честно?

С самого начала он тонко манипулировал изгнанным принцем. Каждый его шаг назад был направлен на то, чтобы привести их в правильное положение. Угол, под которым он держал Жестокий Взгляд, был рассчитан так, чтобы зеркальное лезвие отражало только то, что Санни желал показать Мордрету…

Вернее, чтобы оно не отражало того, что Мордрет не должен был видеть.

И в момент атаки его усилия, наконец, окупились.

…Потому что, в конце концов, он все-таки решил довериться Касси.

Слепая девушка бесшумно появилась у входа в зал, позади изгнанного принца. Ее глаза были скрыты серебряной полумаской, но стальные доспехи и темно-синий плащ исчезли. Вместо них на ней была знакомая светлая туника и плащ цвета морской волны.

Это была Память, подаренная ей Нефис, которую Меняющаяся Звезда получила после убийства Пробужденного Ужаса в своем Первом Кошмаре. Доспехи обладали чарами, которые заставляли врагов обращать меньше внимания на их владельца.

Никем не замеченная, Касси опустилась на колени и поставила что-то на пол перед собой.

Это была большая деревянная коробочка, на поверхности которой было выгравировано сложное переплетение красивого, но дезориентирующего узора. Крышка была слегка приоткрыта, на несколько миллиметров возвышаясь над краем.

Санни подавил ухмылку.

«Хорошая идея…»

Она не входила в план, но Касси, похоже, внесла поправку, когда представилась выгодная возможность.

В тот момент, когда клинок Жестокого Взгляда встретился с саблей Велт, слепая девушка схватила крышку, открыла ее… а затем влила в коробочку свою сущность души.

Внутри зеркальная ловушка была выложена пластинами полированного серебра, каждая из которых отражала противоположную ей, создавая бесконечный лабиринт отражений. Узор на его поверхности сиял бледным светом.