А пока ему нужно было спешить в реальный мир.

Хотя он чувствовал зов сокровищ всеми фибрами[19] своего существа, отчаянно желая сократить разрыв между собой и Нефис, дела, которые он должен был сделать в реальности, были… крайне важными.

«Успокойся. Ничего серьезного, правда.»

Подойдя к белому алтарю, он с подозрением посмотрел на обсидиановый кинжал, затем положил руку на холодный мрамор.

«Нет причин для беспокойства, так что…»

Крышка стального саркофага бесшумно открылась, выпустив лучи света и облака прохладного тумана. Санни зевнул и вылез из спальной капсулы, затем потянулся с довольной улыбкой на губах.

Его тело чувствовало себя свежим и полным сил, как будто он только что выспался — совсем не похоже на то, что ему пришлось пережить за последние два месяца, пока он пользовался дешевыми капсулами Академии.

«Вот это… я называю хорошо потраченными деньгами.»

Действительно, роскошное устройство могло стать лучшей покупкой в его жизни. Не считая Мантии Подземного Мира, конечно…

Покинув компактную подземную крепость своего подвала, Санни прошел на кухню, с досадой взглянул на разбитые останки холодильника и извлек из обломков несколько ингредиентов, чтобы приготовить себе завтрак.

Здесь, в реальном мире, сейчас было раннее утро. Он отправил счастливую тень наружу, чтобы она осмотрела окрестности, а затем включил плиту.

Настоящие яйца, настоящий салат и помидоры, настоящий хлеб, настоящий бекон, настоящий кофе, настоящий сок… Ему понадобилось всего несколько минут, чтобы приготовить себе завтрак, который любой житель окраины счел бы воплощением роскошного образа жизни.

Подойдя к обеденному столу, который был слишком велик для одного человека, он положил свой завтрак на поверхность из синтетического дерева и активировал коммуникатор.

Новых сообщений не было, и он не знал, что еще делать с этой штукой. Обычно люди его возраста активно работают в сети и выкладывают всевозможные новости, события и видео, но у Санни не было почти никакого цифрового присутствия. Да он и не хотел его иметь.

Конечно, он знал, как получить доступ к различным ресурсам и услугам, и многое из того, что было в сети, когда-то было предметом его мечтаний: неограниченное количество игр, книг, шоу и всевозможных развлечений было на кончике его пальца.

Но, по иронии судьбы, теперь, когда у Санни был свободный доступ ко всем этим заманчивым вещам, у него не было времени погрузиться ни в одну из них. Сейчас у него было слишком много дел, а его мечты были наполнены лишь лязгом стали и кошмарными мерзостями.

«Может быть, когда-нибудь…»

Медленно поглощая пищу, Санни использовал коммуникатор, чтобы быстро набросать и описать найденную монету… разумеется, держа ее истинные секреты при себе.

Снаружи его соседи готовились встретить новый день. Солнце поднималось над огромным городом, и толпы людей направлялись на работу.

Тень устроилась на крыльце своего нового дома и наблюдала за тихой улицей из своего укрытия. Он увидел, как мимо проехало несколько PTV, медленно гудящих, когда они катились или левитировали к выходу из района террас. Несколько хорошо одетых взрослых прошли мимо, направляясь к терминалу общественного транспорта.

Через некоторое время за ними последовали ученики в школьной форме.

Санни потягивал кофе и наблюдал за этими детьми сквозь тень, пытаясь представить, что у него самого такая жизнь.

Просыпаться в безопасном доме. Есть вкусную еду, приготовленную родителями, и не думать о том, откуда возьмется следующая порция. Идти в место, где неограниченное количество знаний и наставничества было доступно тебе совершенно бесплатно. Не иметь ни реальных забот, ни реальных страхов.

Просто… жить.

Какое странное это было бы существование…

Он уставился на учеников со сложным выражением лица. Они были такими… мягкими. Их одежда была мягкой, их глаза были мягкими, и их жизни тоже были мягкими.

Как эти дети собирались выжить в реальном мире? Реальный мир был жестким, жестоким и неумолимым. Таким же, каким был и сам Санни. У такого человека, как он, было гораздо больше шансов выжить в таком мире.

Не говоря уже об адских просторах Царства Снов.

Наконец, поток учеников поредел.

Одной из последних мимо дома Санни прошла молодая девушка лет четырнадцати. Она была примерно такого же роста, как и он, с бледной кожей и черными волосами. Девушка, казалось, была немного неловкой, как и все подростки, и школьная форма не подходила ее худенькому телосложению.

Ее темные глаза, однако, были очень острыми и ясными.

…К счастью, в отличие от своего брата, Рейн, похоже, взяла пример с их матери, которая, насколько помнил Санни, была довольно привлекательной молодой женщиной. Несмотря на то, что она была еще ребенком, он уже видел, что однажды девочка-подросток, проходящий мимо его дома, станет настоящей красавицей.

Допив кофе, Санни поставил пустую чашку на стол и вздохнул.

«…Нашел тебя.»

Действительно, неловкая четырнадцатилетняя девочка была его младшей сестрой, Рейн.

И действительно, это не было совпадением, что Санни купил именно этот дом именно в этом районе города. Хотя район с террасами был милым и очаровательным, настоящая причина, по которой он выбрал именно этот дом, заключалась в том, что он стоял рядом с домом, где жила Рейн.

Именно на этой улице, год и несколько месяцев назад, он наблюдал из тени, как она ужинала со своей приемной семьей, их теплая и счастливая жизнь была видна ему через широкое окно их ярко освещенной гостиной.

…Теперь у Санни была своя гостиная и свое широкое окно, хотя за ним обычно была только темнота.

Тогда он с болью осознал, что его фантазия о спасении младшей сестры была пустой и ошибочной. Рейн не нуждалась в спасении, и уж тем более не нуждалась в таком беспокойном бродяге с окраины, как он… призраке прошлого, которого она, скорее всего, даже не помнила. Если бы он постучал в ее дверь в ту ночь, ничего в ее жизни не изменилось бы к лучшему.

Санни уже не был тем мальчишкой без гроша в кармане. Он был Пробужденным, отмеченным правительством как особый стратегический актив. Он был очень богат, имел связи… даже обладал могуществом.

Но в глубине души он все еще верил, что это утверждение верно. Его одежда и обстоятельства могли измениться, но сам Санни оставался прежним. Искаженный и поврежденный, как и любой, кто видел правду этого мира.

Хуже того, теперь, когда он поднялся над своей прежней жалкой сущностью, у него появился целый рой новых, куда более серьезных проблем. Нефис, Суверены, наследие таинственного Ткача… все это сулило будущее, полное потрясений и опасностей. Он был не из тех людей, которые могут предложить кому-то что-то хорошее.

Так что, нет. Санни не изменил своего решения не вмешиваться в жизнь Рейн. Он не собирался подходить к ней и не имел ни малейшего желания встречаться с ней лицом к лицу.

…Однако была одна проблема.

Теперь, когда Санни стал Пробужденным, статистически шансы Рейн самой заразиться Кошмарным Заклинанием возросли. Но даже если забыть об этой статистической взаимосвязи, все равно оставалась вероятность того, что она попадет в Первый Кошмар, какой бы маленькой она ни была.

К этому времени Санни было восемнадцать, а Рейн — четырнадцать. Почти каждый человек, зараженный Заклинанием, становился его жертвой в возрасте старше шестнадцати и младше девятнадцати лет, а это означало, что оставалось около двух лет до того, как Рейн окажется в реальной опасности, и около четырех — до того, как она выйдет из нее.

Даже если они были более или менее чужими людьми и ничем друг другу не обязаны, Санни чувствовал… ответственность за нее. Возможно, Рейн не помнила его из-за того, насколько маленькой она была в момент их разлуки, но он помнил все. Для него она была последним воспоминанием об их давно потерянном доме.