Я постучал пальцем по столешнице.

– Женская любовь превращается в ненависть, – сказал я. – Поэтому-то обманутые женщины нас так и воспитывают. Чтобы мы не походили на ненавистных им «придурков». Вот только из-за их воспитания мы не становимся и «настоящими» мужчинами. Потому что наши воспитательницы так и не разобрались, в чём отличие «настоящих» от «придурков». В итоге, они находят себе мужей среди таких, как мы: малоперспективных, но «надёжных». Довольствуются синицей в руке. Хотя в молодости бы на такую «синицу» не позарились.

– Хочешь сказать, что такие, как мы, женщинам не интересны? – спросил Василий.

– На таких «хороших и правильных» они в молодости не обращают внимание. Они гонятся за мечтой, за идеалом. За «настоящим» мужчиной. Обжигаются в отношениях с «придурками». Либо мучаются всю жизнь с мужем разгильдяем и фантазёром. Либо остаются брошенными и цепляются за нас, как за спасательный крюк. Есть вариант, что они самостоятельно уходят от «придурков». Такие часто остаются одинокими. Или же выходят за нас замуж и выплёскивают на нас свои обиды.

– Хочешь сказать… женщины нас никогда не полюбят?

– Таких, какими они нас воспитали, – сказал я, – никогда. Они нас могут уважать. Испытывать к нам чувство благодарности. Презирать. Или вообще не испытывать к нам чувств – пользоваться нами, как вещью. Но точно нас не полюбят. Потому что мы в их понятии «плохие» мужчины. Таких же «плохих» мужчин они делают из своих сыновей. Растят из нас тех самых «синиц». Потому что обожглись, как они считают, на «журавлях». Вот такие вот дела, Вася. Медведи тут, как видишь, не причём.

Мичурин озадаченно почесал затылок.

– И… что теперь делать? – поинтересовался он. – Ждать… когда они все обожгутся?

Я улыбнулся и спросил:

– Зачем нам ждать, Василий? Так можно и до пенсии девственником остаться. Ты же этого не хочешь? Видение проблемы – это уже половина её решения. Поэтому наша с тобой, Вася, задача: самостоятельно стать «настоящими» мужчинами. Или же хотя бы такими, какими хотят их увидеть женщины.

– Придурками?

Я покачал головой.

– «Настоящие» мужчины тоже бывают разными, – сказал я. – Любой долгий путь начинается с первого шага. Мы с тобой только в начале пути. Важно, чтобы мы этот путь выбрали и чётко по нему следовали. Этот путь обязательно ведёт к конкретной цели. Вот какая у тебя цель в жизни, Вася? Хотя бы, ближайшая?

– Сдать зимнюю сессию, – ответил Мичурин.

– Прекрасная цель. Только… давай-ка мы её усложним.

– Как?

– Очень просто…

Я не договорил – посмотрел поверх Васиной головы, изобразил задумчивость.

Мичурин поёрзал на стуле.

Замолчала уже четверть часа оравшая за окном птица. Она словно тоже заинтересовалась «усложнением» Васиной цели.

Я посмотрел Мичурину в глаза и спросил:

– Вася, хочешь поучаствовать в эксперименте?

– В каком ещё эксперименте? – сказал Мичурин.

Он уже не отгораживался от меня скрещенными руками. На его лице застыла растерянная и немного глуповатая улыбка. Я заметил, что в Васиных серо-зелёных глазах отражался солнечный свет.

– Давай его назовём… «Первый секс Василия Мичурина», – предложил я.

– Эээ… в каком смысле?

– В нормальном, Вася. Целью эксперимента будет лишить тебя девственности. Чтобы ты переспал с женщиной.

– Почему, я?

– Тебе не нравятся женщины?

– Я не в этом смысле… спросил.

– Потому что я девственности уже лишился. Ещё до армии.

– Повезло тебе.

– В каком-то смысле… да, повезло.

– У тебя сколько раз уже было… ну… это.

– Секс?

– Да.

– Много, Вася. Точное число раз я не скажу.

– Больше десяти?

– Больше.

Василий вздохнул и тряхнул волосами.

– Что это будет за эксперимент? – спросил он. – Что я буду в нём делать?

– Соблазнять женщину, разумеется.

– Как?

– Так, как того велит наука об отношениях между мужчинами и женщинами, – пояснил я. – Правильно. Проверим правдивость всех этих книжных идей и рассуждений. Я, разумеется, тоже их проверю… в своё время. Но сейчас хочу проверить свои выводы на тебе. Потому что со стороны виднее, как ты сам знаешь. Я, как сторонний наблюдатель, чётко увижу: выполняешь ли ты все книжные указания правильно, или снова пошёл на поводу у своего воспитания. Это нужно для чистоты эксперимента. Наметим, к примеру, срок…

Я изобразил задумчивость, посмотрел на Васино серьёзное лицо.

– Три месяца, я думаю, будет нормально, – заявил я.

– Срок для чего?

– Для того чтобы ты, Вася, расстался с девственностью. Сегодня у нас какая дата?

Я взглянул на стену, где ещё недавно висел календарь – сейчас, после битвы с тараканами, там остались лишь ошмётки от календаря.

– Тридцатое августа, – сказал Василий.

– Прекрасно. Тогда отсчитаем девяносто дней.

Я сощурился и заявил:

– Двадцать восьмого ноября наш эксперимент завершится. Победой или поражением.

Мичурин нахмурился.

– Что если…

– Поражение, Вася, это если ты так и не переспишь с женщиной, – сказал я. – Это если всё останется, как сейчас. В худшем случае, для тебя ничего не изменится. А в случае успеха эксперимента ты уже на зачётной неделе будешь тискать и целовать симпатичную девицу. Как тебе такой исход эксперимента?

Василий неуверенно усмехнулся.

– Было бы неплохо, – сказал он.

– Это станет ещё и твоим первым шагом на пути к становлению «настоящим» мужчиной, – заявил я. – Потому что ты выполнишь именно то, что отличает «настоящего» мужчину от прочих: добьёшься поставленной цели. Первый, но очень важный шаг. Который должен у нас с тобой войти в привычку. Понимаешь?

Василий тряхнул волосами.

– Понимаю. Что я должен сделать? С кем я… эээ…

– Прежде всего, Вася, скажи, ты согласен на эксперимент?

– Конечно.

– Прекрасно, – заявил я. – Теперь нам нужно подобрать тебе цель. Точнее, тебе нужно это сделать. Я тебе в этом случае никого не навязываю. Только подскажу: важно, чтобы выбранная девчонка тебе понравилась. Чтобы это задание не было тебе в тягость, а цель выглядела действительно привлекательной. Только учти…

– Что?

– Мы с тобой наметили срок в три месяца. Это не так много времени. Поэтому выбери кандидатуру с умом. Та же Зайцева, как я уже говорил, пока недоступна. У неё в голове сейчас образ прекрасного питерского принца. Бороться с таким сложно. Хотя возможно, конечно. Вот только на это понадобится больше времени.

Я посмотрел Васе в глаза и спросил:

– Или ты уже влюбился в Зайцеву?

Мичурин пожал плечами.

– Ну… не то, чтобы…

– Люся тоже для нашего эксперимента не подойдёт, – сказал я.

– Почему?

– У неё уже сложилось о тебе негативное мнение. Разрушить его будет сложно и долго. Для нашей цели лучше всего подошла бы первокурсница. Та, которая сейчас не состоит в отношениях с парнем. Такая девчонка ещё не составила о тебе мнение. Ещё не отнесла тебя к разряду хороших парней, с которыми лучше просто дружить. Вася, я предлагаю, чтобы ты взял сейчас паузу и хорошо осмотрелся. Люся и Зайцева не единственные девчонки. Приглядись к кандидатурам. Лучше здесь, в общежитии. Так нам будет проще.

– Ладно, – ответил Мичурин. – Посмотрю. А… что потом?

– Потом мы составим план действий, – сказал я. – Разработаем план осады в соответствии с книжными советами. И с советами одного моего хорошего друга, который в этом году уже получил университетский диплом. Он мне тоже много чего рассказал. Интересного и полезного. Того, что нам пригодится для достижения цели. И ещё. Важно, Вася, чтобы ты пошёл по правильному пути. Чтобы ты взял курс на становление «настоящим» мужчиной. А не превратился в очередного «придурка».

Василий усмехнулся и заявил:

– Не превращусь, Макс. Не переживай.

– Тогда уговор?

– Конечно, уговор.

Василий кивнул.

– Тогда неси бумагу и ручку.