И тем не менее, король сжимал в руках именно их. Целых два ножа, созданных только лишь для того, чтобы резать и кромсать плоть противника, чтобы пронзать их внутренние органы, и выпускать кровь до последней капли. И тут не может быть двух мнений — клинками такой формы, сплющенный ромб в сечении, да ещё и обоюдоострыми, да ещё и с ярко выраженной гардой, просто невозможно орудовать на кухне — они будут разламывать продукты вместо того, чтобы резать. И через джунгли ими пробиваться то ещё удовольствие — слишком лёгкие, будут вязнуть в лианах толще руки, а, может, и тоньше тоже. И даже канализационные люки отжимать ими не получится — тонко сведённый кончик сломается в первую же секунду, как только запихнёшь его в щель и чуть надавишь.

Что ж… Видимо, это и есть та самая «казнь», о которой я слышал полчаса назад. Там тоже говорилось про ножи, и про то, что король любит делать всё своими руками. Там правда ничего не говорилось про то, что король при этом объявляет какой-то честный бой, но «там» это вообще сомнительный источник информации, который сам не уверен, прав он или нет.

— Вот оно… — с придыханием произнёс король, разводя руки в стороны. — То, ради чего мы живём. То, ради чего я живу. То, что наполняет мою жизнь смыслом. То, что наполняет моё тело силой.

Пальцы его затянутых в облегающие черные перчатки рук неторопливо развернули ножи в прямой хват.

— Правила вы знаете. Либо я выживаю, либо вы, — слегка улыбнулся король. — Никакой пощады проигравшим.

— Давай уже! — проскрипел один из предателей, сжимая кулаки и с ненавистью глядя на короля.

— Как пожелаете. Я заранее благодарю вас за эту битву, — король слегка склонил голову перед парочкой предателей. — И желаю удачи.

Ну да, удача им точно понадобится. Они-то безоружны, а у него целых два ножа. А это в два раза больше того количества, что ему понадобится, чтобы зарезать их, как свиней на мясокомбинате. Ведь давно известно, и с выходом человечества в космос это не изменилось, — если человек с ножом хочет тебя убить, он тебя убьёт. Возможно, умрёт и сам, особенно если у тебя тоже есть нож, но тебе это уже ничем не поможет. Никакого останавливающего действия и запредельная летальность — вот что такое холодное оружие. Даже нескольких, казалось бы, поверхностных порезов вполне достаточно, чтобы за минуту истечь кровью до такого состояния, что просто не останется никаких сил двигаться. А ещё через минуту — сохранять сознание, а ещё через одну — и жизнь тоже. А при совсем неудачном стечении обстоятельств (или удачном, зависит от того, в чьих руках нож), это время сокращается до десяти-двадцати секунд. Плюс к тому, нельзя забывать о том, что даже лёгкая царапина, нанесённая в правильное место, моментально выключает конечность и лишает человека возможности ею управлять. А от этого недалеко и до предыдущего пункта.

Так что не знаю о каком там честном бое говорил король, на мой взгляд это максимально нечестный бой. Ещё более нечестным он мог бы быть разве что, если бы у короля в руках был бластер, а у этих двоих всё так же — ничего. И то ещё большой вопрос, было бы это честнее, или нет — от бластера они хотя бы могут кинуться в разные стороны, и, пока король решает, в кого из них стрелять, попытаться сократить дистанцию… Не факт, что получится, но я бы на их месте попробовал.

Против бластера. Не против ножа, конечно. Против ножа желания сокращать дистанцию у меня точно бы не возникло.

— Вас двое, а у меня, к сожалению, тоже только два ножа, — король вытянул правую руку с ножом перед собой, указывая острием на предателей. — Посему и этот выбор тоже я предоставляю вам.

И, слегка качнув рукой вниз, король кинул нож вперёд! Не метнул хлёстким движением, намереваясь поразить оппонента, а просто подкинул по пологой дуге, конец которой чётко просматривался в полуметре от предателей!

Нож неторопливо пролетел разделяющие противников десять метров, медленно вращаясь, пока не развернулся рукоятью вперёд…

А потом его подхватил один из предателей, и они вдвоём рванули на короля!

Стратос не стал ждать, когда предатели до него добегут, и сам шагнул вперёд, одновременно коротко прикладывая нож к груди и вытягивая его вперёд, словно отдавал диковинный салют. Предатели же подобным себя утруждать не стали, и накинулись на короля с двух сторон!

Довольно грамотное действие — попытаться воспользоваться численным преимуществом, и напасть с разных сторон, распыляя внимание противника…

Вот только король и не собирался распылять своё внимание. Он резко подобрался, сгруппировался, и максимально приблизил к себе уязвимые конечности. Куда делся король-актёр, который минуту назад исполнял свой единоличный перфоманс⁈ Исчез в тот самый момент, когда один из ножей вылетел из его руки — король-актёр будто вылетел вместе с ним! Теперь его место занял хладнокровный профессионал, отлично владеющий собственным телом, и, надо думать, собственным оружием тоже!

Заняв максимально компактную стойку, Стратос потратил ещё четверть секунды на быстрый, одними лишь глазными яблоками, без поворота головы, взгляд на обоих противников, а потом длинным стелющимся шагом резко сократил дистанцию до безоружного.

Сократил — и моментально атаковал, но не ножом, а сперва ногой, целя в выставленное вперёд в шаге колено.

Пират едва успел среагировать на движение короля — дёрнулся назад, пытаясь остановить собственное движение, но куда там! Слишком велика инерция, слишком быстро он хотел сократить дистанцию до противника!

Поэтому всё, что успел пират — это не закончить шаг, а продолжить его, превратить в полуповорот, и принять удар короля не в колено левой ноги, а на голень правой, в мягкий, вынужденный, но всё же какой-то блок.

Вот только королю именно это и было нужно. Ну, или он натренирован настолько, что реагирует на изменения в обстановке быстрее любой мухи. Или он имплантами напичкан на зависть любому жителю Мандарина… Не знаю. Но факт остаётся фактом — Стратос успел отреагировать на блок пирата и резко подцепил носком его ногу и дёрнул на себя, одновременно поднимая её на уровень пояса.

А потом протянул руку и небрежно чиркнул ножом по подколенному сухожилию пирата. Даже не чиркнул — так, скользнул клинком, одновременно перекладывая его из руки в руку, но пирату хватило. Он запоздало отдёрнул ногу назад, ещё не понимая, что произошло, попытался перенести на неё вес тела, но она тут же подломилась, и он, удивлённо охнув, упал!

В эту же секунду сзади к королю подлетел второй пират, и, не останавливаясь ни на мгновение, ткнул ножом в спину своего бывшего господина.

Однако у Стратоса, судя по всему, глаза были и на затылке тоже. Как-то иначе объяснить то, что он сделал, просто невозможно!

Пират ещё только-только начинал движение, результатом которого должен был стать клинок в печени Стратоса, а король уже спиной вперёд шагнул ему навстречу, одновременно разворачиваясь через «мёртвую» сторону, вслепую. Его свободная рука отвела удар противника, а нож устремился в подмышечную впадину предателя.

Однако этот пират оказался не простым противником, как предыдущий, что всё ещё пытался подняться с пола. Пользуясь тем, что король перекрестил руки, он резко сбил левой рукой его удар, а потом подшагнул за ноги Стратоса, и резким разгибом всего тела швырнул его через выставленную ногу, одновременно подсекая ею под колени!

Король полетел на пол, но, — вот это поворот! — умудрился извернуться в падении, принимая плиты пола в ладони, и выгнутую дугой спину! Быстрый перекат — и Стратос снова на ногах, и, не теряя ни секунды, опять бросается в бой!

Вот оно. Вот почему этот дурной психопат встал во главе целой пиратской шайки, несмотря на все свои заморочки и склонности. Потому что под личиной психопата, как я и думал, скрывается хладнокровный убийца. Умелый, расчётливый и быстрый. Он быстро принимает решения и ещё быстрее их исполняет. А если кто-то с этими решениями не согласен — король всегда готов решить эту проблему честным боем, ради которого он всегда таскает с собой не один, а целых два ножа. Не удивлюсь, если окажется, что любой желающий может вызвать короля на бой просто так, просто чтобы оспорить его право на костяной трон… Только вряд ли желающие находятся. Если только вот такие, как эти двое, или, вернее, один из них — тот, что держит нож, тот, что был согласен на бой, в то время как второй желал его избежать. Он, этот первый, явно имел представление о том, как обращаться с ножом, и у меня есть только догадка, почему. Именно потому, что он планировал когда-то бросить Стратосу вызов и оспорить его право быть королём пиратов.