— Да, это было бы кстати… — призналась Кирсана, кое-как слезая со стола с помощью Пиявки. — Вы это… Скажите, если будет что-то интересное. Разбудите, ладно?

В голосе её послышались просящие нотки, и Кайто, не выдержав, первым кивнул и даже показал оттопыренный большой палец.

А когда Пиявка и Кирсана покинули мостик, он же первым нарушил молчание:

— Наконец-то! Вики уже минут семь мне мозг проедает!

— На тему? — капитан живо повернулся к нему.

— В смысле? — не понял Кайто. — На тему нашего непонятного прыжка туда-не туда, конечно!

— И что говорит? Как нам сделать так, чтобы это больше повторялось?

— Не повторялось? — Кайто глупо моргнул. — А нам надо сделать так, чтобы это не повторялось?

— А-а-а… — настал черед капитана непонятливо тянуть букву. — А разве нет?

— Ну вообще-то нет… — подала голос Кори, таинственно улыбаясь и глядя на Кайто. — Если я правильно понимаю, наша настоящая цель как раз наоборот — в том, чтобы понять, как повторить этот прыжок «не туда»… И научиться повторять его из раза в раз… Не так ли?

Кайто улыбнулся и заговорщицки подмигнул:

— Так вы слушаете или как?

— Не так быстро! — капитан нахмурился. — Для начала поясните, что вы вообще нахрен имеете в виду? Зачем нам уметь попадать «не туда»? Чтобы что?

— Ты серьёзно? — Кори посмотрела на него с лёгким подозрением. — У нас какая главная цель, ты помнишь?

— Главная цель? — капитан явно слегка растерялся. — Эм… Ну, раз с «Потерянными братьями» не выгорело, то… починить корабль? Чтобы не развалиться где-то по пути?

Настал черед Кори растерянно глядеть по сторонам в поисках непонятно какой поддержки.

Я поймал её взгляд и слегка пожал плечами — в общем-то, всё закономерно. Кори, конечно же, под главной целью имела в виду «найти хардспейс и проникнуть в него»… Но это ЕЁ главная цель, это она бредит затерянными звёздами и стремится разгадать все их тайны.

У капитана же желания и цели лежат совсем в другой плоскости. Он, конечно, поддерживает стремления и желания дочери, но явно не разделяет их, по крайней мере, не всецело. Его цели скорее имеют отношение к таким аспектам, как безопасность и предсказуемость всего этого мероприятия, или, проще говоря — как сделать так, чтобы путь в хардспейс не оказался смертельным тупиком. Поэтому сейчас он и думает в первую очередь о том, как превратить нашу многострадальную консервную банку обратно в космический корабль, который не будет пытаться развалиться на куски от того, что внутри кто-то слишком громко чихнёт.

Естественно, при таком раскладе ему даже в голову не пришло что нужно рискнуть кораблём.

— Она про хардспейс… — тихим свистящим шёпотом подсказал Кайто.

— А… — капитан на мгновение потупился. — Ну да, хардспейс. И что с ним?

— Как что? — Кори развела руками. — Тут же всё очевидно, разве нет?

— Не особо, — поддержала капитана Пиявка. — Я тоже не очень понимаю, к чему ты ведёшь.

— Да чтоб вас… — вздохнула Кори. — Ну смотрите, вибрация заставила наш корабль прыгнуть не туда, куда надо!..

— Вероятно… — вставил Кайто, на что Кори лишь поморщилась, махнула рукой и продолжила:

— Так вот, вибрация заставила нас прыгнуть не туда, куда надо… А разве хардспейс это не квинтэссенция понятия «не туда, куда не надо»? Разве это не самое «куда не надо» во всем космосе?

— А, вот ты о чём… — протянула Пиявка и задумалась. — С такой стороны я об этом не думала.

— Так никто не думал! — Кори тряхнула головой. — Бьюсь об заклад, никто не думал о том, что разгадка хардспейса может быть так проста и одновременно — невероятна! Корабли, они же… ну, они не должны вибрировать по идее! Вибрации это то, с чем боролись на протяжении всего развития космоплавания. Да половина узлов держится на всяких демпферах и виброразвязках, чтобы исключить воздействие вибрации! Корабль — это же куча чувствительной электроники, гироскопы всякие, вычислительные модули! Миллион резьбовых соединений, которые тоже так и норовят раскрутиться от вибрации!

Кори раскраснелась, пытаясь донести до всех свою точку зрения. Она была в этот момент настолько милой, что я решил поддержать её.

— Я тебе больше скажу, — усмехнулся я. — Даже алгоритмы работы двигателей и подачи плазмы в пушки учитывают возникающие вибрации и отрабатывают их, делая потоки энергии равномерными… Ну, насколько это вообще возможно с сегодняшними технологиями.

— Вот! — Кори указала на меня пальцем. — А я о чём! Вибрирующий корабль — это плохо, это, прямо скажем, хреново, и уважающий себя пилот никогда не покинет структуру, если почувствует, что его птичку трясёт, как в приступе «звёздочки»! А если так получилось, что корабль начал трястись уже в пути — обязательно постарается куда-нибудь пристать как можно скорее, чтобы выявить и устранить источник паразитной вибрации! Иначе вполне может случиться так, что прямо в пути отвалится какой-нибудь стабилизатор магнитного поля в двигателе, и всё то, что должно толкать корабль вперёд, рванёт во все стороны разом!

— Ну, для протокола… Вибрации всё же допустимы, — вмешался Кайто, поднимая глаза от своего поста. — Когда корабль входит в атмосферу, без них никак.

— Ага, а теперь вспомни, как давно перестали выпускать корабли, способные одновременно и к спейс-прыжкам, и к атмосферным полётам, — усмехнулся я.

— Туше! — согласился Кайто, и обратно вернул взгляд к дисплею.

— Ладно, вибраций быть не должно, это мы уже поняли, — капитан кивнул. — Но почему ты думаешь, что именно они виноваты в том, что произошло с нами? Я всё ещё склоняюсь к варианту, что всё случившееся — это результат сбоя систем корабля.

— Позвольте мне ответить на этот вопрос, — через динамики корабля вмешалась Вики. — И для начала, хочу сказать, что с очень высокой долей вероятности Кори права. Именно вибрация заставила наш корабль выйти из спейса раньше, и слегка не там, где это должно было произойти. И я даже больше вам скажу — с ещё более высокой долей вероятности именно вибрация сделала так, что все пропавшие корабли… Собственно, пропали.

— Так-так-так… — капитан подался вперёд, явно заинтересовавшись новой информацией. — С этого места поподробнее!

— Да, конечно! — легко согласилась Вики, и на лобовике тут же появилось то, что я уже видел — список всех пропавших, предположительно в хардспейсе, кораблей и карта с их маршрутами передвижений.

— Это мы всё уже видели! — Пиявка нетерпеливо качнула ножкой. — Что-нибудь посвежее есть?

— Смотря насколько свежее нужно! — хихикнула Вики. — Бортовые журналы двадцати семи из этих кораблей устроят?

— Что⁈ — Пиявка аж скинула ноги с подлокотника и села как полагается — прямо. — Откуда⁈

— Из всех пропавших кораблей двадцать семь принадлежали к различным объединениям, — пояснила Вики. — В основном, конечно, корпорациям, но была и парочка администратских. Разумеется, такие корабли постоянно находились на связи со своим руководствам и передавали всё, что касалось их, в режиме реального времени. Можно сказать, что их бортовые журналы автоматически дублировались на серверах организации, к которым они принадлежали… Ну, оттуда я их, собственно, и взяла.

— Взломала, — констатировал Магнус таким тоном, что непонятно было — этот тон удовлетворённый или укоризненный.

— Взломала, — легко подтвердила Вики. — Можно подумать, кто-то стал бы такую информацию выкладывать в свободный доступ!

— Ну что узнала-то, не томи! — жарко выдохнула Пиявка, одновременно махая руками на Магнуса, чтобы тот заткнулся и не мешал.

— Давайте по порядку, — довольным голосом ответила Вики, и в выведенном на лобовик списке одна строчка окрасилась красным. — Начнём с этого. «Гиперион», сухогруз корпорации «Мальвар». На половине пути до спейсера отправления сообщил о перегреве одного из драйверов излучателей магнитного поля в реакторе. Перегрев был незначительным, и капитан решил не возвращаться обратно на структуру, с которой они только что улетели, а сначала прыгнуть через спейсер, и только по прибытии в точку назначения заняться ремонтом.