С каждым приездом на каникулы Фархан отогревался на солнце, стараясь вобрать в себя весь жар знойного лета его родины. Все было, как в прошедший и такой далекий день, кроме одного – по желтому песку раскаленного пляжа медленно шла девушка, одетая в европейское платье. Она придерживала рукой длинный трепещущий на ветру подол. Незнакомка шла прямиком к нему, и он все никак не мог понять, кого она ему напоминала. С возрастающим удивлением, Фархан понял, что перед ним остановилась Светлана.

– Привет, - выдохнула она, тяжело дыша. – Я с трудом тебя нашла.

– Привет, – он был настолько удивлен, что с трудом выдавил из себя русское приветствие.

Светлана стояла перед ним и ласково смотрела ему в лицо. Ее волосы золотило солнце, и ветерок играл яркими локонами. Девушка была настолько реальной, что он невольно засмотрелся на ее сияющие зеленые глаза. Мужчина растерялся оттого, что Светлана пришла к нему по своей воле. Фархан просто не мог себе позволить поверить своим глазам. Светлана протянула к нему руку, поглаживая дрожащими пальчиками по его заросшей щеке.

– Не надо, – Фархан попытался уклониться, но не смог.

Она была настолько притягательна, что у него не было сил сопротивляться ей. Светлана… Она была под стать своему имени – светлая, нежная и добрая девушка. Поддавшись наваждению, он даже почувствовал, как по коже пробежалась стайка мурашек. Фархан ощущал невероятное блаженство, вызванное внезапной близостью девушки. Сейчас было хорошо, как никогда. Он был ошарашен. То, что происходило, было нереальным. Просто сном.

– Иди ко мне, хабиби, – хрипло прошептала она.

Как же ему хотелось, чтобы сон внезапно стал явью, но это было невозможно. В реальности Светлана никогда не скажет ему подобных слов. Ему стало нестерпимо больно. Ну, и черт с ним. Пусть, он дурак, пусть, он обнимет ее во сне, но он не в силах сопротивляться. Он отмел последние сомнения и шагнул к Светлане. Девушка со смехом сделала шаг назад, ускользая из его рук. Со стоном, Фархан, рванулся к ней и ухватил ладонями воздух. Серебристый смех Светланы все еще звучал в его ушах, но сама девушка уже стояла в двух шагах от мужчины, обольстительно улыбаясь.

– Зачем ты мучишь меня, Светлана? – застонал Фархан, в отчаянии сжимая пальцы в кулаки.

– Не я мучаю тебя, а ты сам себя, – загадочно прошептала девушка.

Внезапно, налетел сильный ветер. Яркое солнце скрылось среди туч. Море потемнело. Спокойная гладь заволновалась. Ветер мел песок прямо ему в лицо. Всего на миг он прикрыл глаза, а когда вновь их открыл, Светлана исчезла, растаяла, словно никогда ее не было радом.

Фархан взвыл, как раненный зверь:

– Нет! Нет! Только не это! Светлана!

Фархан заметался по пляжу. Гул бури странно трансформировался в пронзительный дребезжащий звук. Он нарастал с каждой секундой. Мужчина споткнулся и полетел в бездну, наполненную чернильным мраком…

Фархан проснулся с чувством неясного беспокойства. Сердце бешено колотилось, а прерывистое дыхание срывалось с полуоткрытых губ. Будто что-то вытолкнуло его из сна. Мужчина подскочил и сел в постели, озираясь и прижимая руку к голой груди.

Все было как обычно – стеллаж с книгами, письменный стол, настольная лампа. Обстановка его спальни была минимальной из-за того, что размеры не позволяли развернуться, да и он любил спать на королевской кровати. На нее Фархан потратил приличную сумму и нисколько об этом не жалел. Он с тихим стоном обхватил руками взъерошенную голову и вновь упал на подушки. Странно. Как бы там ни было, но было слишком рано. Об этом свидетельствовала бледно-серая полоска света между шторами.

Опять знакомое пиликанье. Нахмурившись, Фархан перевел глаза на мобильный телефон, привезенный в это лето из дому. Аппарат снова настойчиво звонил, вибрируя на полированной поверхности письменного стола. Фыркнув, мужчина понял, что именно разогнало такой чудесный сон и разбудило его.

Пробурчав что-то невразумительное, Фархан медленно выбрался из теплого плена верблюжьего одеяла и взял мобильник. На дисплее надпись – «папа» по-арабски. Поморщившись и подавив глубокий вдох, он принял звонок. В конце концов, он же сам звонил отцу накануне и хотел переговорить по поводу поведения Али. Вот и дождался.

– Ассаляму алейкум, Фархан, – в трубке послышался бодрый голос его отца.

Мужчина знал, что его родитель всегда вставал рано, выполняя утром все неприятные дела. Значит, разговор с ним тоже был неприятной обязанностью.

– Ва алейкум салям, отец, – Фархан покорно ответил на официальное приветствие.

Он давно усвоил то, что не стоить перечить ему. Фархан считал, что в разговоре с ним достаточно было бы простого «салям», но ведь пожилой господин Саид Рашид Кубара был слишком важной персоной в Дубаи, чтобы запросто откинуть мусульманские традиции своего народа. Фархан в очередной раз почувствовал себя маленьким, когда родитель строго вбивал ему нормы арабского мира.

– Что случилось на этот раз? – голос господина Кубара был сух и в нем сквозили нотки недовольства.

– Отец, Али ведет себя неподобающе правоверному, – Фархан с готовностью поведал о наболевшем.

– Фархан, сын мой. Ты забыл свое поведение, когда ты был молод? Али нуждается в тебе, пойми это и помоги брату вернуться на путь истинного мусульманина, – голос господина Кубара был преисполнен спокойствия, словно речь шла о каком-то постороннем человеке, нежели о младшем сыне.

– Отец, Али пьет, курит, водит девиц домой.

– Ты старше. Используй свой авторитет и поставь мальчишку на место.

– Значит, ты не поможешь, – подытожил Фархан.

Реакция отца на новости нисколько его не обескуражила, хотя где-то в глубине души, мужчина понимал, что не таких слов он ждал от родного отца.

– Чем я могу помочь? Вскоре ты сам станешь главой семьи и мужем. Ты должен сам научиться принимать решения. Помни это, сын мой, – продолжал свои наставления. – Как сказал Пророк, СаляЛлаху алейхи уас-салям… («Да благословит Его Аллах и приветствует»)

– Отец, – Фархан впервые осмелился перебить отца. – Али нужна твоя помощь. Пророк тут не поможет.

– Сын мой, вы оба жалуетесь друг на друга. Али утверждает, что ты завел себе девушку одну из славянских шлюх.

– Папа! Это ложь! – Фархан был крайне возмущен тем, что Али так ловко удалось использовать ситуацию со Светланой в свою пользу.

Внутри все оборвалось. Острая боль скрутила внутренности в узел. Мужчина четко и ясно осознал, что родители никогда в жизни не примут девушку.

– А что не ложь? Кому мне верить? – ядовито процедил господин Кубара.

– Верь мне, отец! – вскричал Фархан.

«Только бы выиграть время», – лихорадочно обдумывал он, кусая губы.

– Моя вера в тебя подорвана, сын мой. Где доказательства разгула Али? –отчеканил холодный металлический голос того, кого он наивно считал самым родным человеком.

– Мне что прислать тебе фото? – теряя остатки самообладания, вспылил Фархан.

– Я тоже сказал и твоему брату. Мне нужны доказательства, – упрямо произнес господин Кубара.

– Отец, ты хоть понимаешь, что делаешь? – Фархан чувствовал себя бесконечно усталым, выжатым, как лимон. – Ты заставляешь нас шпионить друг за другом. Ты нас стравливаешь!

У него больше не было сил спорить с отцом. Если он хочет, то получит доказательства. Воевать с Али у него просто не было желания. Лишь бы отвоевать для себя кусочек свободы перед свадьбой с нелюбимой невестой.

– Помирись с братом и все будет кончено. Брось свою русскую шлюху. Все они хотят красивой жизни. Сын мой, не забывай, что на карту поставлено слишком много.

– Во что ты играешь, отец? – простонал Фархан.

– Это не игры, Фархан. Это жизнь. Думаешь, я просто так даю тебе образование, открыл для тебя педиатрическую клинику?

– Отец, – Фархан устало прислонился к стене и медленно сполз на колени. –Думаешь, я поверю, что пережиток прошлого сможет помочь тебе? Зачем тебе это?

– Гульзара – дочь первого советника шейха, – сухо проговорил голос господина Кубары. – Я забочусь о твоем будущем, сын. Мы породнимся с самой богатой семьей после шейха. Ты должен понимать, какие перспективы открываются перед тобой.