Вариант был лишь один – он звонил своей русской шармуте. Гуль вздохнула. Уже в который раз она пожалела, что так и не выучила никакого языка, даже английского. Хотя, даже знаний русского не требовалось, чтобы понять, о чем говорит Фархан. Сам факт звонка настолько потряс ее, что подкосились ноги, а перед глазами моментально потемнело. Она выиграла. Пусть не войну, но битву.

Гульзар отлично помнила, как вчера пошатываясь, добрела до своей половины. Ее компаньонка, а точнее, надзирательница, была очень недовольна, но Гуль было все равно. Она уже давно перешла тут точку невозврата, когда становится все равно. Всю ночь она металась без сна на раскаленных простынях, как в преисподней. В голове прокручивались сцены с участием ее счастливого мужа и неизвестной светловолосой молодой женщины. Ее снимок Гуль случайно увидела на заставке телефона мужа.

А утром, она встала спокойной и умиротворенной. Она все решила для себя. Гульзар будет бороться за семью. Она так просто не отдаст мужа русской незнакомке. И вот она стоит посреди города, потерянная, как заблудившийся щенок. Оставаться в доме у Гульзар не было желания. Стены дорогого дома давили на нее. Никто не запрещал ей выходить, а мнение Айши она не учитывала.

Жар от нагретого асфальта обжигал ступни ее маленьких ножек, обутых в легкие сандалии. У нее кружилась голова от жары, слегка тошнило и хотелось пить. Солнце уже давно стояло в зените, а Гульзар все прогуливалась по раскаленным улицам роскошного города.

Белоснежные дома, аллеи, обрамленные изумрудным кружевом стройных пальм – все это великолепие было построено за нефть. Она с удивлением увидела, что ее родной город безумно прекрасен. Как только она этого не замечала? Хотя чему удивляться? Ее никогда не интересовало что-то более глобальное, чем собственная жизнь, состоящая из жестких правил и обязанностей как дочери, жены, матери.

Гуль неосознанно положила руку на живот, обтянутый черной плотной тканью абайи. Вот бы хорошо было бы, если бы они зачали в ту ночь дитя. Несмотря на то, что муж упорно называл ее чужим именем, шептал нежные слова на чужом ей языке, в тот миг Гуль была безумно счастлива. Она до сих пор надеялась на чудо. Возможно, этот ребенок вернет Фара в семью. Гульзар ДОЛЖНА его родить. Это превратилось в навязчивую идею. Всю неделю она твердила мужу о том, что беременна.

Сжав сумочку в руках, Гуль замерла на перекрестке, ощутив непривычную дрожь во всем теле. Неделя полная нервного напряжения, сводила ее с ума. Еще никогда, ее муж не был так далек, чем за все прожитые годы. Она ЗНАЛА, что уже все КОНЧЕНО. Чувствовала, но до конца не верила. Возможно, сам муж давал ей призрачную надежду: Фархан до сих порее не выгнал из дому, особенно после той выходки с волшебным лекарством.

А ведь она так хотела ребенка! Простого женского счастья! А вместо этого – холодный муж. Она знала, что он ее не любил. Да, и сама теперь была не уверена в своих чувствах. Гуль так хотела разлюбить Фара и ей это удалось. Его равнодушие, отстраненность, нелюбовь убили в ней все светлые чувства к мужу.

– О, Аллах! Госпожа! – над ухом раздался голос надоедливой компаньонки. – Вы пропустили два зеленых сигнала светофора. Вы впорядке?

Гуль скосила глаза на черную, замотанную, как и она сама, фигуру, и отрицательно покачала головой. Облизав пересохшие губы, она жадно втянула через плотную ткань раскаленный воздух. В этой черной тряпке было нестерпимо жарко.

– Все нормально, Айша. Не причитай, ради Аллаха! Просто голова закружилась, – неохотно проговорила Гуль.

– Может, вернемся домой? Ваш муж будет сердиться. Ради Аллаха, идемте! Не испытывайте судьбу. Господин Фархан справедливый муж, но его терпение не безгранично!

Черные, густо подведенные глаза сопровождающей ее женщины смотрели с некоторой долей сочувствия и любопытства. Гульзар знала, что Айша была приставлена Фарханом неспроста. Но как обвести вокруг пальца старуху? Она отлично знала, на что идет и что ей будет за это.

Гуль горько усмехнулась. Она-то отлично знала свое шаткое положение.

– Идем, Айша, – властно проговорила Гульзар. – Мне нечего бояться.

Старуха неодобрительно щелкнула языком и благоразумно промолчала. Загорелся зеленый и Гульзар шагнула на дорогу. Айша что-то заворчала, но покорно пошла за госпожой. Несмотря на то, что они прошатались по городу почти полдня, верная служанка Фархана так ничего и не узнала о цели прогулки своей госпожи.

Старуха мрачно взглянула на тоненькую фигурку Гульзар. Красивая, стройная с дивной кожей, большими оленьими глазами, но такая холодная. Уж старая Айша отлично разбиралась в людях. Не такой жены желала она Фархану. Тот мальчик, которого она нянчила в молодости, давно вырос в красивого мужчину. Айша по-матерински желала счастья воспитаннику, а с Гульзар он не был счастлив. При появлении Гульзар не загораются глаза у ее хозяина, как при одном взгляде на фотографию на экране его новомодного телефона.

Гульзар отлично слышала едкую реплику Айши о том, что в ее годы уже нет столько сил, но проигнорировала замечание компаньонки. Да уж, если она хорошенько устанет, то попросит где-нибудь присесть, а далее дело ее хитрости. Гуль никогда не думала, что может на такое решиться, но обстоятельства требовали решительных действий, иначе русская шлюха заберет ее мужа, а возвращаться к родителям хуже смерти.

Айша уже давно разгадала свою госпожу. Тот мечущийся взгляд больших карих глаз невозможно было спутать. Старуха отлично знала подопечную, поэтому терпеливо ожидала дальнейших действий. Все бы ничего, но годы берут свое и за молодой женщиной ей не поспеть. Айша тяжело вздохнула. Она уже давно изнемогала от жары. Слава Аллаху, впереди показался огромный торговый комплекс. Вот место, оазис, где можно отдохнуть от городской жары.

К огромному облегчению Айши, Гульзар направилась прямиком к огромному магазину. Сердце буквально выпрыгивало из груди, когда она шла к заветной цели. Это была блестящая идея! Затеряться в толпе – проще простого!

Иногда, она завидовала той далекой женщине в холодной стране –ее свободе, воле. Русская девушка могла пойти куда угодно и никакая компаньонка не указ ей. Она училась, работала, жила своей жизнью. Гуль в последнее время ловила себя на мысли, что безумно завидует сопернице. Вероятно, этим русская привлекла ее мужа.

Гуль нахмурилась. Слишком часто за эту неделю она изводит себя подобными мыслями. Но ничего, скоро все станет на свои места. Гульзар стояла перед шикарным магазином и смотрела на огромную зеркальную витрину с роскошными дизайнерскими нарядами. Она могла позволить себе самое дорогое платье — то самое, нежно-голубое с чёрным жемчугом, что красовалось в центре витрины. Но что-то за стеклом заинтересовало её куда больше, чем этот роскошный наряд.

Айша не увидела счастливую улыбку Гульзар, но ее госпожа слишком наигранно вела себя. И это настораживало старуху.

– О, Аллах, так жарко, думаю, что надо бы нам зайти в кафетерий, – лениво проговорила Гуль, судорожно сжимая сумочку из крокодиловой кожи.

Айша увидела, как побелели костяшки ее пальцев. Ее госпожа определённо нервничает. Старуха проницательно заметила искорки оживления в глазах Гульзар. Да, она определенно что-то задумала.

– Можно и зайти, – безропотно согласилась Айша.

Огромный сверкающий зал был полон прохладного кондиционированного воздуха. Обе женщины вздохнули с облегчением. После знойного воздуха, торговый зал показался отдушиной.

– Нам туда, – Айша настойчиво потащила Гульзар в сторону кафетерия.

Она дала себя вести среди толпы, не забывая внимательно просматривать всех посетителей. Где-то тут бродит ее шанс на счастливую жизнь. То, что она хотела сделать, Гульзар не считала чем-то постыдным. По ее мнению, Фархан сам виноват в создавшейся ситуации. Хватит колебаний и сомнений! Сегодня решится все. Да или нет. И этот ад закончится.

Гульзар едва слышно всхлипнула.

«О, Аллах!! Неужели я многого прошу? Всего лишь счастья материнства! Всего лишь!» – с горечью взмолилась Гуль.