— И актрисы, которых он целовал в клипах, все еще живы, — громким театральным шепотом добавил Тэюн.

Это разрядило обстановку. Режиссер предложил всем занять места за столом и сразу перешел к делу. То есть, к обсуждению персонажей. Сначала он предложил Тэюну описать его героя общими словами, потом о том же попросил Хару.

— Очень упрямый, — задумчиво сказал Хару, — Часто даже во вред самому себе. С людьми держит дистанцию, боится подпускать близко, ведь больше всего опасается именно душевной боли. Образ умершей девушки он идеализировал. Она не просто его единственная возлюбленная, но еще и некий образец добродетели, с которым никто сравниться не может. Целеустремленный, обладает холодным типом харизмы. Он в принципе идеалист, свои собственные достижения принижает, ведь он поступает плохо, его возлюбленная этого не хотела бы. Считает себя кем-то вроде чистильщика — если не он, то кто?

— Хорошо, мне нравится сказанное, — кивнул режиссер. — Я немного опасался, что ты сосредоточишься только на внешней силе и харизме персонажа, а ты больше акцентируешься на внутреннем мире. Это похвально.

Хару благодарно кивнул. Вообще-то их учили прорабатывать именно то, что скрыто. Даже если ты играешь в легкой романтической дораме, у персонажей всегда есть какая-то дополнительная история, и, если актер не смог рассказать эту историю через актерскую игру — персонаж выглядит пустым и неинтересным. Но это — база, которую Хару даже никогда не отрабатывал, он просто прослушал лекции об этом сто лет назад. Сейчас ему предстоит многому учиться. Тэюну проще — он отрабатывал отдельные задачи в университете, да и роль для него уже не первая.

Поведение влюбленного персонажа Хару репетировал перед зеркалом всю неделю. Он подражал Сухёну. Тэюн посмеивался, но признал, что выглядит хорошо, он бы поверил. Но одно дело изображать влюбленность перед зеркалом, другое — смотреть так на девушку, с которой ты знаком чуть более двадцати минут.

Первую сцену перед камерой Хару «запорол» — не выдержал, засмеялся.

— Простите, давайте еще раз.

— Нет-нет, продолжайте! Играть романтические сцены и не смеяться сложно, а вы еще и едва знаете друг друга. Просто продолжайте.

Хару кивнул, но про себя немного раздраженно подумал, что проще было бы начать сначала. Но… не ему здесь командовать. Глубоко вздохнул, успокаиваясь, и продолжил. Через пару минут сцена была прервана уже хихиканьем Шион. Опять пришлось останавливаться, приходить в себя и продолжать.

Но, судя по всему, режиссер и продюсер остались довольны.

Дружеские сцены с Тэюном отработали быстро и без смеха — они их отрепетировали несколько раз.

Когда предварительные кадры были отсняты, продюсер проекта выложил на стол три папки. Розовую протянул Шион, темно-синюю — Хару, черную — Тэюну. Видимо, специально выбрали обложки разного цвета, чтобы не проверять, кому какую отдавать.

— Контракты, — пояснил продюсер. — Мы все уже обсудили, это окончательный вариант, осталось только подписать. Время подписания решите через агентство. Спасибо, что пришли сегодня, хорошо поработали.

Хару, Тэюн и Шион поклонились, забирая контракты, а потом кланялись и после того, как встали, и перед выходом из кабинета. Как только дверь кабинета закрылась, отсекая актеров от продюсера и режиссера, Шион холодно улыбнулась им, попрощалась и поспешила прочь, громко стуча по кафельному полу тонкими каблуками-шпильками.

Хару и Тэюн шли за ней, но быстро начали отставать, они никуда не спешили. Шли молча. Уже в машине агентства немного обсудили выбор актрисы, удивившись внешнему сходству Тэюна и Шион, поговорили о будущих съемках. У Хару было странное ощущение — как будто он готовится выпрыгнуть из самолета с парашютом. Тот момент, когда страх смешивается с восторгом от предстоящего поступка, а где-то на грани сознания истерически бьется мысль, что еще не поздно все отменить и вернуться в привычную зону комфорта. Но Хару не впервые в такой ситуации.

И он всегда прыгает.

Когда машина еще только подъезжала к общежитию, Хару пришло сообщение от Минсо, она просила его зайти. Понедельник, время ближе к вечеру, так что Хару был уверен, что работа на сегодня почти закончена. Поэтому внезапный вызов удивил. Из машины все равно вышел вместе с Тэюном, до здания агентства в итоге пошел пешком.

Минсо словно только его и ждала.

— Директора пришли в восторг от идеи запуска смешанной группы, — начала она сразу после приветствия. — Это сейчас, в некотором роде, модно. Все агентства запускают смешанные группы и нашему начальству, разумеется, тоже такая нужна.

Хару не смог сдержать легкого смешка. Есть немало плюсов в том, что директоров до сих пор влияние интересует больше прибыли. Вопрос денег, конечно, никогда не исчезает из повестки, но на первом месте всегда остается популярность, а не финансовый успех. Группы New Wave обязаны покрывать расходы на собственное содержание, а прибыль трех групп New Wave — счета всего агентства целиком. Всё остальное — приятный бонус. Благодаря успеху Black Thorn даже после всех расходов остается внушительная прибыль, которая делает агентство весьма богатым.

Контракт с господином Со на частную финансовую поддержку, к слову, закончился после выпуска альбома Mystery Lover. Тогда стало понятно, что агентству больше не нужны внешние инвестиции. Правда, скоро эта свобода может исчезнуть, ведь планируется выход New Wave на IPO.

Но сейчас директора, получается, едва услышав словосочетание «смешанная группа», тут же решили, что можно рискнуть и попробовать оседлать волну популярности этого направления. За последнее время дебютировало несколько смешанных групп, но популярной стала только одна. Удастся ли группе New Wave добиться успеха — тот еще вопрос.

— Идея с юмористической подачей им тоже нравится, — добавила Минсо. — Шанс не упустить Мухёна и Мину воодушевил их окончательно. Но ты ведь понимаешь, что Бэкан и Дэхви без тебя стилистику «Мартовского кота» не выдержат?

Хару от удивления открыл — и тут же закрыл рот. Об этом он не подумал.

— Фактически, это тоже твоя группа, — со смешком добавила Минсо. — С визуалом вызвалась помочь госпожа Ли, ты ее знаешь.

— Работает над YouTube-контентом, — сразу вспомнил Хару.

Госпожу Ли сложно забыть, она маленькая, пухленькая, подвижная и веселая. Всегда очень «вкусно» рассказывает о том, чем они будут заниматься во время съемок роликов на You Tube, умеет заражать своими идеями. В агентстве она относительно недавно, чуть больше года, до этого продюсировала корейских блогеров. Нигде этому не училась специально, начинала с помощницы блогера, потом начала писать сценарии, придумывать темы роликов. В итоге ее заметила Минсо и переманила к себе на более стабильную работу.

— Но часть работы для смешанной группы придется отдавать на аутсорс. Возможно, со временем мы увеличим количество персонала, но… пока это кажется финансово невыгодным, — сказала Минсо.

Хару понимающе кивнул и добавил:

— Это, может быть, и к лучшему. Все группы New Wave… ну, достаточно пафосные. Да, «ромашки» и будущая мужская группа это как будто молодые люди по соседству, веселые и жизнерадостные, но… все равно всё очень красиво, немного вычурно, даже… как бы так сказать? Прилизано?

Минсо улыбнулась:

— Поняла тебя. Да, думаю, ты прав. Люди на аутсорсе сделают все немного не так, как у вас.

— А самим потенциальным участникам смешанной группы уже сообщили? — спросил Хару. — Все же… им может не понравится идея.

— Так, чтобы напрямую — нет, не сообщали. Но с девочками на прошлой неделе беседовала госпожа Хван, аккуратно прощупывала обстановку. Они хотели бы дебютировать вместе и единственное, что их пугает в потенциальном дебюте — излишняя сексуализация образов. В том, что Мухён согласится, я уверена.

— Я тоже, — кивнул Хару, — Он, как мне кажется, понимает, что не вписывается в коллектив трейни, но очень хочет продолжить выступать.