Хару и Тэюн удивленно переглянулись. Видимо, что-то серьезное решается.

— Ты ведь не обедал, не так ли? — уточнил Тэюн.

Хару задумался на пару секунд и рассеянно кивнул:

— Да, забыл.

— Так и подумал. Давай закажем что-нибудь, я тоже не ел. Сейчас Шэня наберу.

По телефону выяснили, что Шэнь тоже не ел, а вот Юнбин приехал со съемок, где его покормили. Решили не заказывать, а вместе сходить в кафе. Просто вышли из агентства через черный ход, прихватив с собой охранника, разумеется, а потом зашли в первое попавшееся кафе на дороге.

— Знаете, по чему я больше всего скучаю в этом районе? — спросил Шэнь, когда им уже принесли мясо для барбекю.

Хару и Тэюн одинаково непонимающе помотали головами.

— По тому малатан-кафе, где мы раньше часто бывали.

— Точно! — вспомнил Тэюн. — Раньше мы старались туда выбираться хотя бы раз в полгода. Сто лет не были. Давайте им позвоним и на выходных сходим специально?

— Я за, — кивнул Хару. — У них вкусно. И… столько воспоминаний.

Остальные согласно закивали.

— А ты вообще в состоянии будешь, к концу-то недели? — уточнил Шэнь.

— А что не так с моим состоянием? — немного удивился Хару.

— Работаешь много, — задумчиво сказал Шэнь.

Хару пожал плечами:

— Честно говоря, у меня такое ощущение, что я только и делаю, что с кем-то разговариваю. Возможно, к концу недели я возненавижу людей… но не помню, чтобы я действительно не хотел разговаривать с близкими людьми.

— Ну смотри, — недоверчиво сощурился Шэнь, — Малатан-кафе так-то и подождать может.

Хару с улыбкой отмахнулся. Он устает, конечно, но это какой-то другой тип усталости. Просто слишком много новой информации и ему обычно хочется просто побыть в знакомой обстановке с близкими ему людьми. Тэюн и Шэнь однозначно входят в этот список.

Участники только что созданной группы Tiger Lily оказались очень инициативными ребятами. Когда Хару пришел в танцевальный зал, куда они недавно «заселились», они показали полностью отрепетированный номер с песней. И с хореографией, которую, вообще-то, им никто не ставил. Они сами придумали себе забавные сценические образы, которые представили Хару в виде четырех эссе с картинками.

Хару не был готов к подобному. Они ведь только вчера утром узнали, что вчетвером сформируют смешанную группу. Танцевальный зал им открыли тоже вчера, ближе к вечеру. То есть, они за ночь придумали хореографию, отрепетировали и успели добиться хорошей синхронности.

— Вы, вообще, спали? — немного ошарашенно спросил Хару после того, как опомнился от просмотра всего вороха подготовленного материала.

— Ну… чуть-чуть, — ответила за всех Коко.

— Менеджеры сказали нам, как будет называться группа, — добавила Мина, — И они же уточнили, что пока есть только сама песня, название группы и общее направление — юмористический концепт, чтобы всем было весело за нами наблюдать. Больше ничего еще не подготовили. Мы решили, что можем предложить что-то сами.

— Вообще-то мы все, как оказалось, получали высокие оценки во время тренировок для варьете, — сказал Ичан. — Так что юмор нам прекрасно подойдет.

Мухён молчал. Но все четверо смотрели на Хару так, будто он вот-вот скажет что-то очень важное, что изменит их судьбу. Но… концепт ведь действительно еще не был продуман. Конечно, креативщики и аналитики могут признать их идеи неудачными… но это не значит, что они не могут пробовать.

— Мальчишеская группа дебютирует в декабре-январе, — сказал Хару. — Вы, что предсказуемо, в первых числах марта.

— Мы догадались, — хихикнула Мина, — С такой-то песней.

— Кто, кстати, ставил хореографию? — спросил Хару.

— Коко и Мухён, — ответил за всех Ичан.

— Я не большой спец, но мне понравилось, — кивнул Хару, — особенно то, как вы обыграли разницу в росте. Давайте я сделаю запись и покажу остальным.

Четверка радостно согласилась, тут же выстроившись для номера, включили музыку. Хару записал все на телефон, хотя у него с собой была камера. Но камеру он оставил молодым «тигрятам».

— Это для документальных кадров, — пояснил он. — Когда начнем полноценно вас готовить — будут профессиональные операторы, а пока снимайте то, что вам покажется нужным. Главное правило, думаю, вы и так знаете.

— Если в памяти камеры есть запись песни или выступления — ее нельзя выносить из агентства, — ответил Мухён.

Хару кивнул. Еще раз похвалил своих подопечных и отправился дальше, к мальчишкам.

Эти вовсю репетировали. Они еще ничего не знают о будущей группе, но им уже дали задание отрепетировать два кавера, которые до этого они танцевали в составе двенадцати человек. И, кажется, Golden Clover тоже не спали ночью. К приходу Хару они уже перестроили рисунок танца под девятерых и добились хорошей синхронности. Хару похвалил и их.

Новые, только что образованные группы переехали на отдельный этаж, который был предусмотрен в плане здания с самого начала. Никто ведь не думал, что мужская группа будет так долго ждать дебюта. Вообще-то каждый этаж рассчитан на две группы, девчонки с самого начала вместе делят помещения, это Black Thorn шикуют. Новые группы тоже будут делить один этаж. Удачно совпало, к слову. Всего в New Wave четыре отдельных этажа, на каждом по два танцевальных зала: большой, для масштабных репетиций, и маленький, где группе из семи человек тесно. У Black Thorn маленький зал стоит закрытым, а девчонки репетируют по очереди, постоянно меняясь помещениями. Новички же сразу получили собственные залы, для Tiger Lily хватит места даже в том, который считается маленьким.

Поднимаясь на лифте к своим, Хару снова задумался о том, что реально не до конца понимает этот плещущий через край энтузиазм трейни. Их никто не заставлял работать, они могли просто пойти домой. Да, Хару обещал зайти к ним и посмотреть на процесс подготовки… на процесс, а не на готовый результат. Но эти дети предпочли не спать, чтобы довести выступление до идеала. Тигрята вообще хореографию с нуля поставили… сумасшедшие.

Это они настолько сильно хотят дебютировать!

Несмотря на то, что официально перерыв из-за съемок Тэюна и Хару еще не начался, остальные участники Black Thorn нашли, чем себя занять. Сегодня им нужно было бы отрепетировать собственную песню, на следующей неделе — записывать альбом, но все разбежались. Сай обзванивал знакомых, прощупывая обстановку — кто готов сняться в его шоу. Юнбин уехал в Каннам-гу, записывать свою песню — Минсо дала добро на сольный дебют. Ноа и Сухён вообще были неизвестно где, но точно вместе. Шэню предложили поставить хореографию Golden Clover, он уже выпросил у Роуна демо.

Хару немного поболтал с Шэнем — в танцевальном зале он был один. Обсудили песню, концепцию, какие движения нужны. Хару еще поворчал, что Шэнь слишком нетерпелив — еще даже партии не распределили, а он уже пытается хореографию ставить.

— Так распределите партии поскорее, — посмеиваясь, сказал Шэнь. — Я в предвкушении возможности поставить танец для группы из девяти человек.

Хару с улыбкой кивнул. Шэнь несколько раз разрабатывал хореографию для Black Thorn. Дело это не быстрое, на подготовку танца с постоянными перестроениями может уйти несколько недель напряженной работы. Именно поэтому к каждому камбэку Шэнь готовит только один танец, на большее у него просто нет времени. Сейчас все иначе, Шэнь может себе позволить поставить хореографию и для Golden Clover, и для Black Thorn. И даже, если ему это будет интересно, для женских групп.

Хару клятвенно пообещал ускорить подготовку титульного трека, чтобы Шэнь смог сосредоточиться на работе. Но ему и сейчас есть чем заняться. Разные хореографы ставят танцы по-разному. Шэнь сначала придумывает отдельные кусочки хореографии для разных отрывков, а потом уже соединяет их воедино. Расположение танцоров он отслеживает с помощью магнитной доски, на которой расставляет цветные магнитики: они формируют нужные ему построения, так что Шэнь может прописывать движения для каждой линии танцоров. Потом приглашается нужное количество профессиональных танцоров-статистов, с ними создаются и отрабатываются все переходы и шлифуются отдельные движения и построения.