Увы, поднявшееся было настроение, очень быстро упало ниже плинтуса, и причиной тому был один мерзкий тип, по совместительству являющийся внуком Мастера.
– … вы все-таки умудрились просрать гильдию, какой позор, впрочем, что ещё ожидать от кучи мусора?
– Лаксус, тебя с нами не было, так что не тебе судить, – возмутилась из-за стойки Мира.
– Только мнение балласта спросить забыл, – ухмыльнувшись, выдал будущий инвалид, я почувствовал, как начинаю звереть, Тьма послушно отозвалась даже без «маски», но, меня опередили. Ускоренная «реактивным выбросом» нога Нацу впечаталась в грудную клетку Лаксуса.
– Сейчас я тебя урою, – кажется, Нацу тоже огорчили слова искусственного драгонслеера, краем сознания я даже порадовался его успехам – раньше бы он сначала завопил, потом ударил, но сейчас – он начал думать.
– А ты стал сильнее, – ухмыльнулся электромаг, потирая ушибленную грудь, – … но… – переход в форму атронаха и мощный удар в Драгнила, заставляющий того «проскользить» по земле пару метров и оставляющий ожог на руках драгонслеера, – … недостаточно, чтобы представлять угрозу. Когда я возглавлю гильдию, первым делом я избавлюсь от всякого мусора и идиотов, что попытаются сказать что-то поперек.
Я уже начал формировать круг, помнится, Копье Тьмы Жозе было весьма эффективным оружием, когда мою руку сжали, мешая завершить заклинание. Мастер покачал головой и направился к внуку.
– ПРЕКРАТИТЬ! – а старик действительно зол, – Лаксус, КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ОСКОРБЛЯЕШЬ СВОИХ ТОВАРИЩЕЙ И ПРОВОЦИРУЕШЬ ИХ НА ДРАКУ?!
– А, старикан вылез, как не надумал уйти на покой? Если бы во главе стоял кто-нибудь более решительный, Фантомы не посмели бы даже косо посмотреть на нас.
– Сказал человек, чьей смелости хватило, чтобы показаться в гильдии спустя месяц после того, как разобрались с Фантомами. В какой дыре ты все это время прятался, а, подделка? – злость требовала выхода и нашла его в предельно язвительном комментарии.
– Ты… не много ли на себя берешь, новичок? – оскалился Лаксус.
– Малыш, на правду обижаться глупо, сколько бы ты тут не показывал свою крутизну, духу выйти против реального противника, а не своей собственной гильдии у тебя не хватило, – не остался в долгу я, а если Лаксус уже планирует «соревнование» среди фей, то такой плевок его должен задеть очень больно.
– Я вобью эти слова тебе в глотку вместе с зубами! – громовержец опять начал искрить.
– Я СКАЗАЛ, ХВАТИТ! – ох, старик начал зверствовать – давлением его Силы начало крошить пол, а большая часть присутствующих попадала на пятые точки, впрочем, мы с Лаксусом остались стоять, сверля друг друга взглядами – я с легкой улыбкой, следуя принципу «улыбайся-это раздражает», он с еле сдерживаемой яростью. Хотя должен признать – ощущение ведра ледяной воды на голову дед лично мне обеспечил.
– Продолжим в другой раз, – выплюнул Лаксус.
– Буду ждать, – не остался я в долгу, наблюдая, как внук Макарова исчезает во вспышке молнии.
– Эх, шпанье, – грустно вздохнул Макаров, словно постарев на десяток лет и медленно поплелся к бару, – Мира, налей мне сегодня чего-нибудь покрепче… – девушка послушно наполнила кружку мага крепленым вином. Пожалуй, самым крепким напитком, что тут знали. Осушив емкость в несколько глотков, старый маг устало зашагал в подвал – в свой кабинет. М-да, вот и ушло хорошее настроение.
Вечер прошел спокойно и даже как-то скучно – Ур перебазировалась к Грею – «мелкий совсем забросил учебу, надо бы это исправить», как сказала ледяная волшебница. М-да, заранее сочувствую Фулбастеру, с живого с него не слезут (хм… как-то двояко получилось, правда, ко мне все равно обещали заскакивать – просто поболтать или воспользоваться моим шариком для связи с Уртир), впрочем, моё настроение не оставляло места для любви и доброго расположения к ближнему, не говоря уже о сочувствии. В общем, самое то для практики темной магии, точнее, изучения стихии, чем я и занялся.
Утро застало меня все таким же злым, без пары пальцев на руке (слишком «далеко» лезть без маски оказалось все-таки несколько самонадеянно) и со слегка гудящей головой, зато удалось понять принцип действия Письмен Фрида, как ни странно, но парень тоже использовал магию Тьмы, но не напрямую, а просто задавая «правила», через первостихию. Вообще, очень перспективное направление, а уж при грамотно составленном условии… Сам принцип Письмен был очень прост. Маг мог издеваться над законами природы и физическими явлениями как душе угодно, но с рядом ограничений: зона его влияния не распространялась за область, охватываемую письменами; чем масштабнее влияние, тем больше требуется энергии, например, поставить условие, что весь воздух в пределах написанного превращается в яд – задачка уровня S-ранга (хотя размер тут имеет значение), а вот написать, что в пределах написанного люди просто не могут дышать – куда проще и дешевле; ну и последнее – запрет не может быть абсолютным (хотя, может быть и может, но это уже уровень Богоравного), должно быть условие выхода, причем, выполнимое, если Письмена кого-то ограничивают. Условие прохода, неких рамок, если они служат барьером, либо условие активации, если это ловушка. В итоге получался довольно интересный стиль боя, требующий от мага неплохого тактического мышления, а также возможности подготовить условия заранее. Хм… кажется, у меня появилась парочка идей, как Фрид, мановением руки вызывать сразу готовые письмена я смогу очень не скоро, но вот просто написать определенные условия и напитать Тьмой… моих сил должно хватить, хех, одну блондинистую рожу будет ждать небольшой сюрприз (здесь должен был быть злобный смех).
Приняв душ, слегка почистив ледник от излишков провианта и вернув на законное место пальцы, я отправился в гильдию. Настроение все ещё колебалось у отметки «умри все живое», а гора жалоб, что уже ждала меня в кабинете наводила на мысли о жестоком убийстве авторов этих опусов. Пораскинув мозгами, я пришел к выводу, что заниматься бумагомарательством в кабинете на стройплощадке, куда постоянно вламываются то поставщики материалов, то наши маги, желающие что-то уточнить или узнать, не самое благодарное занятие, а потому, собрав жалобы в пространственный карман, отправился домой – ответить на них можно и в собственном кабинете.
Дома меня уже ждала Ур, невозмутимо проводящая ревизию моего холодильника. Вот тоже вопрос – почему? Насколько я знаю, ей уже выделили комнату в женском общежитии, да и Грей почти родственник и домик у него не тесный, так почему оккупации подвергается именно моя жилплощать? Перед глазами встала картинка из аниме, где Люси возвращаясь домой заставала там Нацу окопавшегося на кухне. Как-то это… подозрительно и… символично.
– Фто-то ты сефодня роно, – Милкович наконец-то смогла осилить кусок ветчины… ну, почти осилить.
– Да вот, добрые люди удружили и теперь мне нужно немного поработать с бумагами из Совета, – лицо девушки несколько изменилось, кажется, что-то она в моём голосе почувствовала…
– Ты, это, нежнее как-нибудь, все-таки там и моя дочь заседает…
– О чем это ты? – подозрительно осведомился я.
– Да так, ничего. – поспешно отвела взгляд колдунья, пряча лицо в стакане с водой. Блин, кем они меня считают? Ах, да… точно.
– Хм…
Тэк-с, приступим, что у нас там… жалоба на разрушенный дом… угу, а где свидетели, что это сделал кто-то из наших? Нет. Доказательства? В тот момент маг Фей был в городе – это и есть доказательство? М-да, какой там штраф за клевету, а ещё за моральный ущерб и амортизация затраченного на разбирательство времени, ну и компенсация упущенной прибыли, само собой…
Отложив готовый ответ на край стола, я принялся за следующую жалобу. Ур, которая ни у кого не спрашивая разрешения, разместилась тут же в гостевом кресле (видать всё-таки опасалась за дочку и решила хоть так проконтролировать процесс), взяла листок и через несколько секунд шумно булькнула в кружку с какао.
