– Кхм… – задумавшись над этим моментом я почувствовал себя очень неловко. – Боюсь, с этим возникнут некоторые проблемы…

– Какие? – обеспокоенно посмотрела на меня Лувия.

– Понимаешь… – я не знал, как сказать, чтобы не почувствовать себя ещё большим дебилом, чем когда только осмыслил себя в этом мире. – Так получилось… В общем, когда я, который, другой я, задавал рамки формирования моего тела… В общем, разделять подпространственный карман на две части было бы очень опасно, а так как тот привязан к телу…

– Ты же не хочешь сказать, что утащил мои паспорт и все кредитки в какую-то другую вселенную, когда сбежал от собственных угроз запихать в себя кусок трактора?! – быстро поняла ситуацию волшебница, вылупившись на меня как… да, как на полного идиота.

– Ну-у…

– Безобразие! Тосака! По твоей вине у меня украл паспорт инопланетный Бог!

– Мне очень, очень стыдно, – заверяю девушку. – Не беспокойся, я сделаю тебе копии, – и только мои слова отзвучали, как на плечи навалилось то самое чувство, когда ты мало того, что нагло обокрал, буквально ограбил с применением насилия девочку-волшебницу, так ещё и цинично предлагаешь сделать ей поддельные документы…

– Лучше расскажи, чего там было с твоей маной, от чего жутью навалило до дрожащих коленок? – устав от сцены, вновь вклинилась в разговор Мордред.

– А что ты хочешь от Хозяина Зла, Князя Тьмы, Люцифера, Шайтана и Азаг-Тота в одном флаконе?… Чёртовы любители Лавкравта, – про последних я не шутил. На грани чувств я реально ощущал группу каких-то дебилов, пытающихся призвать Ктулху. Волевое усилие и проступившие из тени щупальца затаскивают в Ничто означенных дебилов под ошарашенный взгляд разложенной на алтаре жертвы.

– Люцифера? – приподняла бровь моя девочка-волшебница.

– Угу. Он хоть и персонаж насквозь выдуманный, но в него верят миллиарды, а слышали о нём и того больше. Как я уже объяснял, этот ваш архидемон в Граале изначально был просто мелкой тварюшкой, но он нёс в себе концепцию «всего зла мира», а поскольку в вашем мире с концепциями вообще всё очень печально, точнее, с их влиянием на мироздание, то, с учётом того, где эта тварюшка засела и сколько энергии хапнула, за те годы сидения, к ней в итоге «прилипла» должность главного антагониста и зла, что наличиствует почти в любой религии, хоть в христианстве, хоть у мусульман, хоть у иудеев… Да, собственно, как показывает история, даже у племени древних дикарей есть в пантеоне кто-то, кто символизирует все проблемы, неудачи и неодобряемые обществом поступки. Так что теперь я действительно Главный Злодей этого тайтла. Кстати, никто не хочет записаться в приспешники вселенского зла?

– Я! – ни секунды не задумываясь, подпрыгнула на месте фон Айнцберн, спеша застолбить за собой первое место в иерархии.

– Илии нельзя, – отрезал я.

– Почему? Что это еще за дискриминация?! – искренне возмутилась эта хитрая малявка.

– Потому, что, согласно Правилам Тёмного Властелина, у каждого уважающего себя Темного Властелина должен быть советник-ребёнок, который должен проверять его планы на адекватность и говорить самую горькую правду в глаза. Тебе, конечно, не пять лет, но других детей у нас нет.

– Эй, Мастер! Я тебе тоже говорю правду в глаза! С хрена ты поощряешь эту больную извращенку?!

– Хмпф… – девочка надулась, вроде как обижаясь, но я-то знал, что её едва ли не распирает от довольства. Как же, остальным предлагают стать миньонами, а она – целый Советник. Ну и на тему извращений возражений не последовало, только мысленная зарубка коварно отомстить.

– Бог Войны в советниках у Хозяина Зла – вызывает слишком напряжные ассоциации, – пожимаю плечами в ответ на реплику Мордред. – Не то чтобы Алайя настойчиво просила меня так не делать, но ведь мы оба понимаем, что большая часть твоих советов будет сводиться к тому, что нужно втащить.

– Нормальный подход, – с каплей конфуза, фыркнула Мо-тян, складывая руки на груди и отворачиваясь от меня в сторону, – всегда работает.

– Напомнить про битву при Камланне?

– Иди в жопу, тупой Мастер! – в конец смутилась, а следовательно и разозлилась младшая Пендрагон.

– И ты собираешься творить Зло? – тактично дав нам закончить, Мрачно Нахмурилась Суровая Кудэрэ, одним взглядом нанося поражение и захватывая в плен.

– Скорее, контролировать. «Зло» – весьма расплывчатая вещь, имеющая множество оттенков, смыслов и путей. В конце концов, спроси любую девушку в современном мире, является ли Злом искушение опустошить холодильник и слопать упаковку-другую эклеров после полуночи?

– Ты – монстр! – хором заявили Лувия и Рин, доказав, что всё-таки являются родственницами, да и Сакура как-то подобралась…. А забытая всеми суккубо-котейка пододвинула к себе тортик. Чисто на всякий случай.

– Так просто? – Медее было интересно.

– Разумеется, нет. Но как добро может для кого-то обратиться злом, так и зло возможно сделать добром. Жестокость, ненависть и насилие никуда не денутся – они в самой натуре людей, являются неотъемлемой частью их природы, но направлять их таким образом, чтобы «законы кармы» теперь реально работали я вполне смогу. Правда, есть и проблема, – я повернулся к Сэйбер.

– Какая? – спросила она, однако уже потеплев взглядом.

– У Зла много путей, а я и сам по себе не слишком доброе существо, потому, мне нужен кто-то, наделённый чувством справедливости, кто-то кто сможет мне прямо сказать, что я неправ, не обращая внимания на титулы и силу. Мне нужна ты, Артурия, – в ответ на мои слова девушка начала ме-е-едленно заливаться краской.

– Я… я…

– Эй, только не говори, что ты всю эту патетичную речь произнёс только для того, чтобы опять подкатить к моей Отцу! – Мордред очень вовремя вмешалась, разрядив обстановку, да и такие беседы, пожалуй, стоит вести приватно, вон как Медея сверкает глазами, хотя… при виде нашей Идеальной Кудэрэ она всегда сверкает глазами… и порой облизывается. Но вот Рин, хоть та и всё понимает, слышать такое неприятно. Надо бы с ней тоже поговорить. И вообще, всяческие интересные пороки теперь тоже по моей части.

– Я совмещаю приятное с полезным, – салютую чашечкой чая, любезно поданной мне одной из боевых горничных моей будущей советницы, – спасибо, Селла.

– Кто бы сомневался… – пробурчала Тосака. – Но… я согласна с Сефиротом, – пересилив себя, произнесла школьница.

– Рин? – с долей удивления, посмотрела на неё Артурия.

– Сама посуди, а кто ещё? – поймала её взгляд хозяйка дома. – Большинство присутствующих с любым его планом согласятся без вопросов, даже Мордред, сколько бы ни старалась показать, как может с ним спорить, первая же поддержит самые радикальные его решения. А Илия… – короткий взгляд на красноглазую мелочь, – это Илия! – прозвучало, как диагноз. – Она сама будет его подначивать на всякие авантюры. А тебя, как ты сама недавно говорила, он всегда хотя бы выслушает, прежде чем в них лезть.

– Я… понимаю, – потупилась Сэйбер, опуская глаза к своим коленкам.

– Думаю, вам лучше поговорить об этом наедине, – продолжила Тосака, на секунду прикрыв глаза, как бы собираясь с мыслями. – Лучше скажи, Сефирот, что теперь? Ты исчезнешь, уйдя в какие-нибудь Божественные Чертоги? – и на меня накатывает тревога вперемешку с горечью, прекрасно отразившаяся и в лазурно-зелёных глазах Рин.

– И оставлю свою девочку-волшебницу рядом с ОЯШем? – улыбаюсь, транслируя по нашей связи чувство нежности, поддержки и желания её обнять. – Я, конечно, признаю, что порой бываю эксцентричен, но вот дураком никогда не был, – ну… кроме пары моментов, да. Но об этом – молчок. И вообще, это был другой я, молодой и глупый.

– Аргх, вот опять ты за своё! – тем не менее, сейчас гнев Рин был напускным, в то время как волну облегчения, исходящую от неё, можно было едва ли не руками пощупать.

– Тем не менее, Тосака подняла правильный вопрос, – вступила в беседу Лувия, всё это время не выпускающая из радиуса захвата брутального ОЯШа, хотя тот и не вырывался, откровенно говоря. И, как мужчина, я вполне мог его понять, – что дальше?