— Не мне, — мягко поправил он. — А вашей подруге. Корень нужен ей, не мне. Я лишь даю наводку. Карта в сказочную страну, как вы выразились.

Вероника подошла ко мне и сжала локоть.

— Это ловушка, Игорь, — прошептала она. — Доки — это территория без закона. Там магия работает иначе, там «дикие» артефакты. Тебя могут убить просто за то, что у тебя ботинки чистые.

Я посмотрел на Лейлу. Она уже почти висела на руке Вероники.

— У нас нет выбора, — сказал я громко. — Вы хотели сотрудничества, Барон? Считайте, это первый шаг. Но если это подстава…

— Я даю слово чести, — Воронков приложил руку к сердцу. — Мне невыгодна ваша смерть. Вы слишком интересная фигура на доске. Мне выгодно, чтобы вы были мне должны.

Он достал из кармана халата сложенный листок бумаги и протянул мне.

— Здесь адрес склада и имя. Скажите, что вы от… скажем, от «Седого Гурмана». Краб поймёт.

Я взял листок. На ней каллиграфическим почерком было выведено:

«Склад № 4, причал „Утопленник“. Спросить Краба».

— Романтика, — хмыкнул я, пряча листок в карман. — Прямо сценарий для боевика.

— И ещё одно, Игорь, — добавил Барон. — Идите один. Женщинам там не место.

— Я и не собирался тащить их в притон, — огрызнулся я. — Вероника, бери Лейлу и возвращайтесь в такси. Езжайте в отель. Запритесь в номере и ждите.

— Ты с ума сошёл? — возмутилась аптекарша. — Ты пойдёшь к контрабандистам один? Без магической поддержки?

— Со мной моя наглость, — я улыбнулся своей фирменной «акульей» улыбкой, от которой обычно стажёры роняли подносы. — А ещё репутация народного мстителя. Справлюсь.

— Но Игорь… — начала Лейла слабым голосом.

— Никаких «но», су-шеф. Это приказ. Твоя задача — не умереть до моего возвращения. Вероника, проследи, чтобы она дышала.

Я повернулся к Воронкову.

— Спасибо за экскурсию, барон. Цветы у вас красивые, но атмосфера душная.

— Бывает, — усмехнулся он и добавил: — Кстати, я бы предложил девушкам остаться у меня. Не переживайте, с ними всё будет в порядке. Но когда вы вернётесь с корнем, то у вас будут развязаны руки для того, чтобы приготовить необходимое… блюдо. Я вам ни в чём не откажу.

На несколько мгновений я задумался. Но потом пришлось согласиться, всё же идея довольно неплоха.

— Хорошо.

— Тогда удачи, Игорь, — он поднял бокал, словно салютуя. — Надеюсь, ваша уха будет стоить того.

— О, не сомневайтесь, — я поправил воротник, чувствуя, как остывает булавка. — Давно я не готовил уху из пиратов. Говорят, мясо у них жёсткое, но навар получается отличный.

— В порт? — переспросил водитель барона.

Это был первый раз, когда он подал голос за всю поездку. Шкаф в костюме: шея отсутствовала как класс, зато плечи занимали половину салона. Голос у него был глухой, под стать внешности.

Мы стояли у ворот поместья Воронковых.

— Нет, — сказал я, садясь на заднее сиденье дорогой машины. — Сначала в отель «Империал». Мне нужно забрать… оборудование.

Водитель нахмурился, глядя на меня в зеркало заднего вида. Его маленькие глазки выражали недовольство.

— Барон дал чёткие указания доставить вас к «Утопленнику». Крюк не предусмотрен.

— А смерть пассажира предусмотрена? — огрызнулся я. — Послушай, приятель. Я иду в Чёрный Порт один. Без охраны, без магии, только с рекомендательным письмом, которым местные могут подтереться, если им не понравится мой галстук. Мне нужна страховка. Страховка осталась в номере.

Он помолчал секунду, взвешивая, что хуже: нарушить маршрут или объяснить барону, почему его посланника прирезали из-за плохой подготовки.

— Десять минут, — буркнул он, заводя двигатель. — Жду у входа.

Машина рванула с места так плавно, что я даже не почувствовал ускорения.

Всю дорогу я барабанил пальцами по колену. Время утекало, как вода через дуршлаг. Лейла слабела с каждой минутой.

Ключ-карта пискнула, и я ввалился внутрь.

— Рат! — крикнул я с порога. — Общий сбор!

Тишина.

В номере было пусто. Горничные уже успели прибраться, уничтожив следы нашего утреннего совещания. Ни крошек, ни бумаг.

— Рат, вылезай! — я заглянул под кровать, потом под кресло. — Хватит играть в прятки, у нас аврал!

Никого.

Я метнулся к окну. Закрыто. Вентиляция?

— Чёрт, — выругался я, расстёгивая пальто. — Только не говорите мне, что я потерял единственного разведчика.

Я уже собирался плюнуть и уходить, как вдруг услышал шорох. Звук доносился сверху, со стороны декоративной решётки вентиляции под потолком.

Скрежет, возня, тихий писк.

— Шеф, лови! — раздался знакомый голос.

Решётка с лязгом отвалилась (видимо, держалась на честном слове и крысиной магии), и следом за ней вывалился серый мохнатый комок.

Я инстинктивно подставил руки, ловя своего фамильяра, как футбольный мяч.

Рат был весь в пыли и паутине. Он чихнул, отряхиваясь прямо у меня в ладонях.

— Ты где был, чёрт тебя дери? — выдохнул я, чувствуя облегчение пополам со злостью. — Я тут с ума схожу. Мы едем в порт, спасать принцессу.

Рат сел, пригладил усы и посмотрел на меня серьёзно. В его глазках не было привычной иронии.

— Порт подождёт, шеф. У нас проблемы поближе.

— Какие проблемы? — я поставил его на стол и начал быстро перекладывать нужные вещи из сумки в карманы: нож, телефон, фонарик, пару зажигалок.

— Я был на «совете стаи», — сообщил Рат, отплёвываясь от паутины. — Местные городские крысы. Если честно, они, конечно же, не чета нашим зареченским, сплошные снобы на ресторанных объедках, но знают всё.

— Короче, Рат.

— Твой банк, — сказал он. — То здание, которое купил этот толстяк Дода под ресторан. Вокруг него крутятся чужаки.

Я замер с зажигалкой в руке.

— Что за чужаки? Строители?

— Если бы. Люди в серых куртках. Мои ребята боятся подходить близко. Говорят, от них фонит «мёртвой тишиной». У них какие-то приборы…«глушилки». Они ходят по периметру, замеряют что-то у фундамента, светят в подвальные окна. Ищут слабые места в защите или входы в канализацию.

— Люди Ярового? — предположил я. — Или Свечина?

— Пахнет химией и казённым домом, — фыркнул Рат. — Скорее всего, и те, и другие. Они готовят диверсию, Игорь. Хотят испортить твою кухню ещё до открытия. Или заложить что-то, что рванёт на премьере.

Я сжал зубы так, что желваки заходили ходуном.

Мысль о том, что крысы (двуногие) графа уже шныряют там, пытаясь нагадить, вызывала желание немедленно ехать туда и ломать руки.

Но перед глазами стояло бледное лицо Лейлы. «Дырявый кувшин».

— Банк подождёт, — жёстко сказал я, сунув зажигалку в карман. — Стены там толстые, бывшее имперское хранилище. За пару часов они его не разберут. Да и вряд ли на что-то решатся посреди белого дня. А вот Лейла ждать не может.

— Девчонка совсем плоха? — спросил Рат, заметив мой тон.

— Угасает. Нам нужен корень мандрагоры. И он есть только у контрабандистов в Чёрном Порту.

Рат дёрнул усами.

— В порту? Надеюсь, не купаться едем? Солёная вода портит шкурку, а у меня нет сменной шубы.

— Мы едем на переговоры, — я распахнул пальто. — Полезай во внутренний карман. Ты мне нужен там как воздух.

— В карман? — возмутился крыс. — Снова? Я начальник разведки, а не ручная болонка!

— Ты — мои глаза и уши, Рат. Найди местных портовых крыс. Узнай, где лежит товар, сколько охраны, есть ли чёрные ходы.

Рат вздохнул, но послушно пополз по моему рукаву вверх, к нагрудному карману.

— Портовые крысы… — проворчал он, устраиваясь поудобнее. — Это же отребье, шеф. Бандиты, грубияны, мата больше, чем писка. Никаких манер. Придётся мне спуститься на социальное дно ради твоего супа.

— Я тебе потом сыра куплю.

— Ловлю на слове. Поехали, пока я не передумал.

Я выбежал из номера и нажал кнопку вызова лифта.