Теперь он держит меня в своих покоях. Места здесь куда больше. Гостиная, которую я знаю с первого дня появления в этом замке, не единственное помещение. По сути, у него тут почти квартира. Только кухни нет, еду приносят.

Начинаю привыкать к этой сдержанной роскоши. Как и в других помещениях замка, здесь используются красные цвета, тёмное дерево и лишь в мелких деталях, лёгкими штрихами добавляется золото. Будто кто-то взвешивал интерьер на весах с ювелирной точностью вымеряя, сколько нужно добавить, чтобы не перешагнуть черту и не сделать комнату вульгарной.

Если пройти в дальнюю часть, обнаружатся две высокие двери напротив друг друга. С одной стороны, кабинет, куда я пока побоялась соваться. С другой спальня, к которой я поначалу тоже опасалась подходить, но потом всё же решилась. Тем более, что Анортан оставил меня в покое. Пока.

Первое, что я озвучила: жених не должен видеть невесту до свадьбы. Надеялась, что у меня будет больше времени, чтобы подготовиться и придумать, что мне делать.

Нужно отдать должное, Анортан и правда тут не появляется. Это радует сначала, но потом я понимаю, что мне выходить тоже нельзя, так что поговорить с Мари у меня возможности нет. Компанию составляют лишь служанки, что приходят, чтобы навести порядок, одеть, заплести или накрасить меня, а ещё принести еду. Они каждый раз менялись, так что у меня не было возможности с кем-то сблизиться. Зато была возможность вносить новые причуды в и без того масштабный список для подготовки.

— Хочу, чтобы все цветы на свадьбе были только чёрного цвета, — объявляю я в первый день.

Служанка смотрит с лёгким недоумением.

— Но… Госпожа, почему вы хотите использовать такой мрачный цвет в столь светлом и радостном событии?

— Потому что нужно почтить память всех погибших има, жизнь которых оборвалась, толком не начавшись.

Служанка кивает и выходит из комнаты с выражением задумчивости на лице. Глупо, конечно, но если я могу навести суету — нужно это сделать.

Впрочем, в замке и без меня творится чёрт-те что. Слуги в шоке, опасаются, что Анортан сошёл с ума. Так что когда я объявила, что хочу, чтобы мне подготовили наряд на каждый час мероприятия. И чтоб мой образ менялся по оттенкам из чёрного в красный, а одежда Анортана, наоборот, из красного в чёрный. К сожалению, день свадьбы не сдвигается.

— Пусть все гости будут в масках животных! Это добавит таинственности!

Немного позже:

— Хочу, чтобы на свадьбе выступали обнажённые по пояс мужчины в шляпах.

Я собираюсь сделать этот день таким странным, что никто не сможет забыть его.

На следующий день продолжаю свои эксперименты. Анортан или кто-то другой не вмешиваются, что даёт мне опасно полную безнаказанность.

— Пусть все блюда будут чёрного цвета!

Я смеюсь про себя, представляя реакцию гостей. Это должно было быть не просто торжество, а настоящая клоунада.

Но чем больше я придумываю странностей, тем сильнее ощущается безысходность. Каждое новое пожелание было лишь попыткой отвлечь себя от реальности. В глубине души я понимаю: ни чёрные цветы, ни маски не изменят того факта, что я заперта здесь против своей воли.

На следующее утро я продолжаю осыпать слуг странными просьбами, но на третий, последний день свободы теряю интерес и прекращаю. В конце концов до меня доходит, что Анортану явно плевать, а я усложняю жизнь только простым людям.

Нужного эффекта я уже добилась. Это создало иллюзию того, что она действительно вовлечена в подготовку.

В день свадьбы всё готово, но проходит сильно мимо меня: чёрные цветы расставлены по всему залу, гости в масках собирались в ожидании чего-то необычного. Я стою в чёрном платье посреди комнаты, полностью собранная и одетая. Слуги уже ушли. Анортану нужно пройти полосу испытаний, а мне ждать, пока мой якобы суженый явится за добычей.

Это тоже я придумала? Какая глупость… Может зря?

Сердце колотится от тревоги, и в груди разрывалось ощущение безысходности. Мысль о предстоящей церемонии вызывала у меня лишь горечь. Чувствую себя как птица в клетке, запертая в мире, где каждый ожидал от меня счастья, которого она не могла испытать.

Внутри бушуют противоречивые эмоции: страх перед будущим и желание сбежать, вернуться домой, туда, где меня понимали и любили, пусть и не все.

Я смотрю в зеркало и вижу отражение, которое не соответствует моему внутреннему состоянию. Улыбка, которую должно натянуть на лицо, выглядит искусственной.

— Это не я…

В этот момент хочется закричать, вырваться и вернуть себе контроль над жизнью.

Вдруг отражение идёт рябью, будто гладь воды, и я неожиданно вижу человека, которого узнаю почти сразу.

Тот, кого ищет Анортан и другие драконы, отец настоящей Лисбет.

Чёрт, что? Как⁈ Что он тут делает⁈

— Как тебя зовут? — первое, о чём спрашивает мужчина.

— Эм… Лисбет? — вскидываю бровь.

— Я не об этом! — рявкает он и ударяет в раму зеркала с другой стороны, заставляя вздрогнуть. — Имя. Которое было до того, как ты оказалась здесь!

— Олеся, — на выдохе отвечаю я.

— Хорошо. Он тебя уже поимел?

Обалденный разговор. То есть этот псих решил перейти сразу к делу? Даже не хочет спросить, в порядке ли я? Как справилась с освоением в мире, в который он же меня отправил?

Нет, я, конечно, не жду от него какого-то особого отношения, понимания или беспокойства, но хоть капля признания, что не все его решения в этой жизни правильны — не помешала бы.

— Нет, не поимел, — складываю руки на груди. — Не собираетесь ничего мне объяснить?

— Как так? Ты уже должна быть беременна, — хмурится мужчина. — Что с ним не так? Неужели не понравилась? Где я просчитался?

— Эй, я вопрос задала!

— Значит так. Ты должна как можно быстрее соблазнить его. Тело твоё, так воспользуйся им! — этот мужик, похоже, чихать на меня хотел. — Мне нужно закончить с этим как можно скорее.

— А мне нужно вернуться в свой мир, — я копирую его позу. — Видишь, никто из нас не получает, чего хочет.

Поверить не могу. Тот, кого так яростно ищут драконы, прямо передо мной. В зеркале. Попыталась бы запомнить какие-то детали, чтобы угадать, где он сейчас находится, но мужчина будто бы стоит посреди пустой тёмной комнаты. Типа подвала или чего-то в духе. Не видно ни окон, ни дверей. Не исключено, что он специально предусмотрел, чтобы я не смогла ничего рассказать драконам.

— Ты слушала меня вообще, девка? — бросает он. — Я на непонятном языке говорю?

— Ага, — фыркаю я. — С какого такого перепугу я должна буду помогать тебе? Хочешь что-то получить, попробуй для начала что-то дать.

— Ну и чего ты хочешь? — он закатывает глаза с таким видом, будто я ребёнок, который в миллионный раз чего-то просит.

— Верни меня домой. В мой мир!

— Это возможно только, если ты сделаешь то, что я говорю. А именно: соблазнишь наследника. Кто там у них сейчас фаворит?

— Я умру, если забеременею.

— Нет. В этом парадокс моего проклятия! — он оживляется, наш разговор резко начинает его интересовать. — Высвобождающаяся магия должна забрать жизнь. Но проклятие не сможет забрать то, чего нет. Технически, ты уже мертва. Такой вот парадокс. Можешь смело раздвигать ноги.

Глаза мужчины блестят безумными огнями. Чокнутый… Неужели он правда убил Лисбет ради… вот этого?

— Я не понимаю…

— Естественно. Куда уж тебе, — фыркает отражение. — тебя вернёт, когда начнёшь рожать. Энергии драконьего паразита хватит на то, чтобы вышвырнуть твою душу обратно. Так что сделай свой наряд вульгарнее и отправляйся. У нас общая цель.

Замечательно. Он выдаёт моё желаемое, за своё действительное. И главное как удобно! Даже если я просто умру, предъявить ему нечего. Вернее некому.

Он точно человек? Ведёт себя как чудовище. Даже Анортан на его фоне выглядит ничего таким, а он, на минуточку, превращается в огромную зубастую ящерицу, умеющую летать, и убивает людей, размахивая шашкой. А, ну и сжигает города, но это, пожалуй, уже мелочи.