— Ладно, — я вздохнул, присаживаясь на корточки. — Посмотрим, что из этого выйдет.

Кайрил тут же отступила на пару шагов и уставилась на меня, как строгий надзиратель, который ждёт немедленного выполнения приказа. Сначала я подумал сходить за обогащённым удобрением, но сразу же отказался от этой затеи, ведь в подкормке содержалась голубая мана, а она вряд ли пойдёт на пользу растению, которому предстоит укореняться в черноте.

Разрыхлив землю лезвием ножа, я быстро выкопал неглубокую лунку в ладони от ствола Дейлора, опустил в неё побег и, присыпав землей, аккуратно прижал почву вокруг основания. Адрия тут же вытянула шею, придирчиво осмотрела мою работу и чирикнула, мол, принято, свободен.

Подчиняясь её вердикту, я поднялся, сходил за лейкой и, долив в неё воды из бочонка, щедро увлажнил свежую посадку. Затем поставил инструмент у стены лаборатории и вновь опустился на корточки перед черенком.

В сырой земле тихо лопались мелкие пузырьки, а с дядиного участка долетали отрывистые команды Хольца, но малышка не обращала на них внимания. Склонив голову набок, она не сводила с побега огромных розовых глаз, будто зная, что скоро произойдёт. Долго ждать не пришлось: чернота у корней дрогнула и медленно поползла вверх. Мясистые листья на глазах потемнели, а серебристый отлив сменился глубоким чернильным оттенком.

[Обнаружено растение: Чернильный сочник (побег)]

[Класс: Редкое пищевое растение]

[Свойства: Обладает уникальным составом, подходящим для питания магических существ, в чьих каналах присутствует чужеродная энергия, независимо от их пищевых привычек. Содержит комплекс витаминов и минералов, значительно ускоряющих регенерацию, укрепляющих иммунитет и существенно повышающих общий тонус организма. Обладает сладковатым вкусом]

[Ограничение: Непригодно для существ с голубой маной]

[Особенность: Быстрый рост, неприхотливость в уходе. Уникальные свойства формируются под воздействием ауры Дейлора]

[Качество: Безупречное]

Я потёр переносицу. Это что же получается: любое растение, посаженное рядом с Дейлором, изменит свои свойства и станет пищей для существ с чужеродной энергией? Ай да Адрия, ай да жучка… Неужели всё это затевалось лишь ради того, чтобы попробовать вкусный сочник?

Я медленно повернул голову к пернатой. Малышка с непринуждённым видом вытянула крылышко и принялась перебирать клювом пёрышки, будто претендовала на премию за лучшую женскую роль в номинации «Я тут ни при чём, двуногий сам всё сделал». Закончив, она встряхнулась, вспорхнула на моё плечо и потёрлась головкой о щёку, щекоча кожу серебристыми капельками.

— Подлиза, — прошептал я, почёсывая шейку малютки.

Адрия зажмурилась и тихонько чирикнула, однако тут же покосилась на чернильные листья. Покачав головой, я невольно улыбнулся.

Вернувшись к пятачку, я окинул взглядом остатки удобрения в тазу. Раз уж оно настолько сильное, стоит подкормить им и остальные растения. Двинувшись вдоль грядок, я принялся аккуратно разрыхлять ножом верхний слой почвы вокруг стеблей, чтобы не повредить корни, а затем — подсыпать под каждое растение по горсти удобрения и перемешивать его с землёй. Первыми свою долю получили сочники и обольститель, за ними — железнолисты и окопники. Следом я побаловал радужный куст, ветки которого клонились так низко, что ягоды задевали мой рукав, а затем очередь дошла и до кровавого куста, красной росянки, сонного куста, смолокорня и серебряных колокольчиков. Тем временем с дядиного участка повеяло жареным луком, звякнула крышка горшка, и раздался голос Мальвины, которая ругала кого-то за утащенный со стола хлеб.

Внезапно из-за загона донёсся пронзительный свист. Адрия вздрогнула, резко вжалась в мою шею и замерла, почти не дыша. Секунд пять она разыгрывала сцену «меня здесь нет», надеясь, что про неё забудут. Однако последующая серия свистов разрушила эту надежду — малышка, пискнув, полетела на звук.

Когда последняя горсть удобрения перемешалась с землёй у основания Стражника Глубин, по связи пришло тёплое, радостное ощущение, словно растение улыбнулось.

— Смотрю, тебе понравилось, — усмехнулся я, отряхивая ладони.

Отмыв у колодца таз от бурых разводов, я отнёс его в баню, а мешок с остатками удобрения и горшок убрал в кладовую. Затем взял лейку у стены лаборатории и принялся за полив: зачерпывал воду из бочонка, обходил грядки и возвращался за новой порцией. Ветки радужного куста вздрагивали от каждой струи, а рыжие раструбы недавно посаженного растения опрокидывали случайные капли на нижние листья. Когда я поливал последнюю грядку, из-за загона донёсся зычный голос Ларка:

— Живо все за стол! Остынет — разогревать не буду!

Опустив лейку у бочонка, я направился к колодцу и, вытянув полное ведро воды, поставил его на траву. В этот момент за спиной скрипнула кухонная дверь. Обернувшись, я увидел Элиана: на его щеке красовался отпечаток от подушки, а волосы торчали в разные стороны.

— Доброе утро, — щурясь, пробормотал парень и зевнул в кулак, сжимавший серый брусок.

— Доброе, — отозвался я.

Подойдя к колодцу, Элиан старательно намылил ладони и, сполоснув, молча протянул брусок мне. Пока я оттирал пальцы, он зачерпнул пригоршню воды и плеснул себе в лицо, после чего фыркнул и замотал головой, разбрызгивая капли во все стороны.

— Вчера вечером мне принесли ингредиенты для зелья повышения ранга, — произнёс я, смывая мыло. — Думаю, к обеду закончу, и повысим Астика.

Парень замер, так и не донеся до лица вторую пригоршню, и вода тонкими струйками просочилась между пальцами.

— Правда⁈ — выпалил он, мигом проснувшись. — Если нужно — я помогу! Могу что-нибудь растолочь, или там воду отмерить, или…

— Не стоит, — я улыбнулся и, стряхнув влагу с ладоней, вернул ему мыло. — Лучше продолжай заниматься кормом.

— Понял, — помощник закивал так рьяно, что с подбородка сорвались капли. Спохватившись, он вытер лицо рукавом, и зашагал рядом со мной в сторону дядиного участка.

Едва мы обогнули загон, перед глазами предстала орава, отдыхающая на траве после тренировки. Лёжа на боку с вытянутыми лапами и тяжело вздыхая, Люмин медленно моргал, смотря куда-то мимо нас, но вдруг сфокусировал взгляд на мне и прислал через нить образ: зайцелоп с мокрой тряпицей на лбу вздыхает в корзине под одеялом, ожидая очередную ложку мелких кусочков морковки, которую я, сидя рядом, протягиваю ему. Крох валялся по соседству, наблюдая за всеми из-под полуприкрытых век. Напротив, на спине Грима, дремал Астик. Клыкач, судя по всему, был совершенно не против: он лежал неподвижно, широко зевая. А чуть поодаль Брумиш, растянувшись на пузе, фыркал на мелкого жучка, усевшегося на его нос.

Хольц неторопливо обходил отдыхающих зверей, поочередно опускаясь перед ними на корточки и внимательно прощупывая мышцы на спинах и шеях. Возле Велгара старик задержался дольше всего: проведя ладонями по его задним лапам от бёдер к суставам, он кивнул, на что разоритель ответил ударом хвоста по земле.

Закончив с ним, Хольц направился к Адрии, которая на моих глазах завалилась на бок за несколько секунд до его приближения. Заметив, что я подошёл, старик кивнул на неё и спокойно произнёс:

— Улетела посреди занятия. А теперь лежит, будто больше всех устала.

Малышка тут же отвернулась и принялась с преувеличенным вниманием разглядывать стену загона. Не сдержав улыбки, я двинулся к беседке, где Мальвина раскладывала по тарелкам ячменную кашу с крупными кусками обжаренного с луком мяса. За её работой внимательно следила Мия, устроившаяся на плече девушки.

— Всем доброе утро, — произнёс я, перешагивая через лавку, и присел напротив дяди.

— Доброе, — с улыбкой отозвалась Мальвина и поставила передо мной тарелку.

— Угу, — буркнул Ларк и, наполнив кружку из кувшина, пододвинул её ко мне.

Рядом со мной устроился Элиан и тут же потянулся к хлебу, однако, перехватив строгий взгляд Мальвины, отдёрнул руку и принялся поправлять рукав. Поставив последнюю тарелку, девушка опустилась на скамью рядом с дядей. Тот обвёл взглядом стол, развернулся вполоборота к лужайке и гаркнул: