Покойный маг лежал на спине, его широко раскрытые мёртвые глаза с ужасом смотрели в небо. Он казался невредимым, только от тела исходил едкий запах дыма и страха.
В полном молчании Игорь выпрямился, отряхнул руки и посмотрел на застывших вокруг людей. На шканцы своего корабля выскочил встрёпанный капитан Фрей. Обычно невозмутимый, он потрясённо уставился на своего мага, лежащего у ног капитана Роберта мертвее мёртвого.
— Помер, бедняга, — сказал Игорь, сам удивляясь, как спокойно звучит его голос. — Сердце не выдержало. Магия смерти — зрелище не для слабонервных.
Лучи солнца стояли багряными колоннами, проходя через световые оконца на крыше центрального зала цитадели. Был час ящера.
Старший маг Анклава откинул капюшон тяжёлой мантии. Последние слова формулы гадания растаяли в воздухе. Коллекция драгоценных камней, используемых для гадания, сверкающим созвездием рассыпалась по карте срединных земель у его ног.
Гадание не предвещало ничего хорошего. Вдобавок Старший маг видел дурной сон.
Дурные сны — неизбежное следствие высокого положения, обременённого полнотой власти. Но этот был из тех, что имеют обыкновение сбываться.
— Подойди, — раздражённо сказал Старший маг.
Личный секретарь Морнетт подошёл, стараясь не задеть созвездие. Подал свиток, скреплённый печатью экстренной почты.
Старший маг прочёл. Потом прочёл ещё раз. Лицо его, худое, острое как топор, сморщилось в улыбке. Повелитель так редко улыбался, что секретарь поначалу не поверил своим глазам.
— Белый Ящер. Она взяла корабль. Наконец!
Старший маг посмотрел на россыпь драгоценных камушков под его ногами. То, что тревожило его совсем недавно, бусина ярко-красного граната посреди моря Слёз, и чёрный каплевидный алмаз в центре острова — стали просто камешками. Подспорье в основной работе, средство для медитации, не больше.
Он шаркнул носком туфли по карте. Сдвинул на край мозаичного моря красный гранат и чёрный алмаз. Вместе с ними откатилась, задетая туфлей, искорка золотой бусины, что лежала рядом с потаённой бухтой. Теперь это было не так уж важно.
— Собери совет Анклава. Мы должны очиститься. Пошли свиток Князю Нижних Земель. Укажи, что самодеятельность, а тем паче помощь в делах нам не нужна. Его псы-ветераны достаточно нагадили соседям. Пусть знает своё место.
Шестигранная комната ожила. Ожили картины на стенах. Та, где возвышалась гора со снежной вершиной и мохнатым облаком на склоне, сказала:
— Король ждёт только знака, чтобы выслать войска. Кому-то нужна война с монархом Срединных земель?
— Монарх вот-вот испустит дух, — проворчала другая стена. — Принцы готовы загрызть друг друга. Ещё войны не хватало…
— Заклинания огня хорошо идут в последнее время… — протянула стена с горной вершиной.
— И заклинания исцеления разбирают, как горячие пирожки… — подхватила картина с цветущим садом.
— Женщины как с ума посходили, — заметила картина с дворцовыми покоями. — Средства «От тяжести» смели вместе с «Красотой» — одновременно. Хе-хе.
— Заклятья пресной воды по-прежнему в цене, — отрезала стена с клепсидрой. — Нам война не нужна.
Другие стены смущённо примолкли.
— Вам не нужна, а нам что делать? — заметила пещера. — Без амулетов силы власть под угрозой.
— Вот именно! — повысил голос цветущий сад. — Наш Дракон испарился, Гребень исчез, а всё ваши игры в секреты! Надо было сразу объявить о пропаже!
— С ума сошли?! — отрезали дворцовые покои. — Король только этого и ждёт. А у нас войско не готово!
— Зато у нас готово, — хмыкнула горная вершина.
— У нас Верховного графа убили, Доспех улетел, как лист над морем, в деревнях неспокойно, — саркастически буркнула пещера. — Самое время воевать…
— Старший, — перекрыла поднявшийся галдёж стена с клепсидрой. — Заклинания на исходе. Что с Кораблём?
Комната затихла. Старший маг Анклава взял слово:
— Братья! Рад сообщить высокому собранию, что Корабль Мёртвых найден, захвачен, и сейчас идёт по назначению. Потерпите немного. Мы выбились из графика, но скоро поставки заклинаний возобновятся.
— А амулеты силы? — едко спросила стена с пещерой.
— Всё будет возвращено. Дайте срок, — ответил старший маг.
— Слава богам, — облегчённо выдохнул цветущий сад.
— Тогда всё в порядке, — заметила горная вершина. — Но маленькая война нам бы не помешала… совсем чуть-чуть.
— Никаких войн! — строго сказал старший маг Анклава. — Помните о Священном Договоре!
— Никаких так никаких… — недовольно пробормотала горная вершина, и соседние стены отозвались на это кто фырканьем, а кто смешком. Вопрос был закрыт.
— Земля! — закричали с мачты.
Пиратский марсовой замахал флажком. Загудела дудка боцмана, затопали по палубе босые ноги матросов.
Впереди, прямо по курсу, из туманной дымки морских испарений возникла чёрная зубчатая полоска — это были пиратские острова. Посередине особенно выделялся один зубец — треугольник правильной формы со срезанной вершиной. Столица князя пиратов Яггера Первого.
— Вот и всё, — сказал рядом с Игорем Писарь. Лицо его было бледным. — Конец пути.
Глава 55
…я дам ему урок геральдики, в которой он оказался таким круглым невеждой. Я объясню ему на практике значение креста с привешенной к нему петлей.
В. Скотт «Квентин Дорвард»
Остров поднимался над водой каменной пирамидой. Без сомнений, его породило мощное подводное извержение, поднявшее со дна моря огромные массы вулканической породы. Склоны центральной горы, неровные, каменистые, покрывала редкая зелень, сумевшая укрепиться в расщелинах и кое-как выжить.
Пиратская столица — резиденция князя Яггера Первого, расположилась у подножия горы, вытянувшись полосой каменных зданий вправо и влево от причала.
На причале собралась толпа. Прибытие кораблей капитана Фрея ждали с нетерпением.
Пока корабли швартовались, народу, кажется, стало ещё больше. Это была самая пёстрая толпа, какие Игорю приходилось видеть. Там были загорелые до черноты, обветренные солёными ветрами, выдубленные едкими волнами моряки — люди, майити, мусорщики, и другие, которых трудно было распознать. Среди моряков выделялись одетые побогаче типы, не такие обветренные и загорелые, с цепями на шее и кольцами на пальцах — должно быть, торговцы.
Женщины, молодые и старые, побогаче и победнее, но все в ярких, разноцветных одеждах, перекрикивались и волновались на пристани, не желая упустить любопытное зрелище. Среди собравшейся разношёрстной толпы бегали дети, добавляя шума в общую какофонию.
Когда с корабля перекинули трап, на причале показался отряд вооружённых до зубов пиратов. Толпу оттеснили в стороны, вооружённая стража встала в два ряда, образовав неширокий коридор.
Сходя по трапу, Игорь чувствовал на себе взгляды толпы — жадные, боязливые, злорадные и любопытные. Ну конечно, кино здесь нет, театры не заезжают… А тут такое зрелище.
Ему оставили оружие, даже не стали обыскивать перед выходом на берег. То ли хотели показать, что капитан корабля Мёртвых им не страшен, то ли побоялись прикасаться к заклеймённому проклятием итиолу.
Его команда, если можно было так назвать двух девчонок и психа у мачты, осталась на борту. Ний'зи пряталась (или была заперта) в каюте капитана Фрея, майита сидела среди пленных ветеранов рядом со своим новым дружком. Псих, изрядно потрёпанный и голодный (новые хозяева не обращали на него внимания), свернулся на палубе, как ворох тряпья, и не подавал признаков жизни.
Толпа расступилась, и Игорь увидел, куда ведёт живой коридор. В отдалении, где причал становился шире, образуя на берегу круглую площадку, возвышался каменный помост.
С краю помоста, сложенного из грубо отёсанных плит, стояла виселица. С другой стороны было устроено нечто вроде высокой скамьи для почётных зрителей. На скамье уже кто-то сидел и ждал.