Скарлетт выглядела растерянной и немного разочарованной. Она словно услышала не то, что хотела услышать.

- В таком случае, милая Эстер, хочу поздравить вас с тем, как удачно все сложилось. Вы любите жениха, он любит вас, и жить вы будете долго и счастливо!

- Аминь! - как священник воскликнула Эстер, подтверждая, что именно так все и будет.

- Вам, действительно, очень повезло, - немного сквозь зубы процедила маркиза и тут же переключилась на корсеты, которые принесли в количестве трех штук.

Так, до самого конца поездки, она больше не заводила разговор на личную тему и сохраняла между собой и Эстер невидимую дистанцию.

Глава 31

Возвращаясь домой, Эстер не знала, как скоро увидит Седрика. Вчера их планы неожиданно поменялись и они расстались так ни о чем и не договорившись, а утром от него не было никакой записки. Но все же она надеялась, что сегодня он захочет приехать к ней.

Карета маркизы остановилась у крыльца, Скарлетт попрощалась с Эстер и тут открылась дверца. Появилась мужская рука. Эстер оперлась на нее и шагнула на ступеньку, как вдруг подняла голову и увидела перед собой Седрика.

Боже! Он здесь! Он приехал к ней!

Как же это было приятно, когда тебя встречает любимый! Когда он ждет твоего возвращения! И когда выходит на улицу, чтобы почти поймать тебя в свои объятия! Вот она - захватывающая романтика!

Седрик помог Эстер сойти на землю, бегло поприветствовал Скарлетт и закрыл дверцу, а затем приказал кучеру трогать.

Карета еще не успела отъехать, как Седрик повернулся и с горячностью спросил у Эстер:

- Мы в сад или сначала хочешь повидать отца?

Первую часть вопроса он произнес с воодушевлением, а вторую немного поморщившись, отчего вызвал на лице Эстер улыбку. Она взяла его под руку и кивком головы указала направление.

- Пойдем. Сейчас самое время прогуляться. А отец никуда не денется.

Седрик нисколько не скрывал, что был рад оказаться у Эстер на первом месте и повел ее по хорошо знакомой им дорожке.

- О чем вы говорили с маркизой? - спросил он по дороге. - О ком она и что рассказывала?

Эстер показалось, что она слышит какую-то тревожность в его голосе. Может Седрик боялся, что Скарлетт расскажет о нем что-то такое, о чем Эстер не следует знать? Но для нее не имело значения его прошлое. У кого из мужчин его не было?

- В наших с ней разговорах не было ничего интересного. Мы в основном говорили о платьях. Я, конечно, тот еще шопоголик, но ваши дамы просто повернуты на этом.

- Кто, кто ты? - услышав непонятное слово, переспросил ее Седрик.

Эстер чертыхнулась про себя.

- Ну любительница ходить по магазинам. Шопоголик от слова шоп(shop) - магазин.

Седрик хмыкнул.

- Тогда бы я половину Лондона отнес к шопоголикам, причем не только женщин, но и мужчин. У большинства жителей столицы мода на первом месте. А для меня, - Седрик резко наклонился и, как и вчера, подхватил Эстер на руки, - на первом месте ты!

Впереди виднелась лавочка и он поспешил к ней. А потом все повторилось. Он достаточно ловко вместе с Эстер опустился на лавочку, взял ее лицо в ладони и принялся его расцеловывать.

Ну уж нет, сегодня Эстер возьмет быка за рога и добьется поцелуя! Хватит этих бессмысленных лобызаний! Пора уже приступить к главному!

Она взялась за его руки и затрясла головой.

- Седрик, подожди! Перестань! Послушай что я хочу тебе сказать! Ну остановись же ты хоть на секунду!

Ее последний выкрик все же подействовал на Седрика. Он оторвался от нее, посмотрел ей в глаза и не задумываясь сказал:

- Я люблю тебя, Эстер.

Его признание прозвучало как гром. Как что-то обезоруживающее.

Это были простые, банальные слова, которые все влюбленные говорят друг другу, но только сейчас Эстер узнала их силу. Они пронзили каждую клеточку ее тела и превратили ее в другого человека. В кого-то взрослого и ответственного.

Седрик не раз называл ее любимой, но никогда не говорил, что любит ее. Но именно эти слова оказались такими желанными. Вкусными. Сладкими.

- Поцелуй меня, - тут же попросила она.

Оба знали - это было ее признание ему. Без любви она бы ни за что не попросила его сделать это.

Всегда суетной и торопящийся Седрик вдруг стал осторожным и медлительным. В его глазах горел огонь победы. Торжества. Радости. Он будто смаковал каждую секунду. А затем он приблизился к губам Эстер и накрыл их.

Седрик был осторожным и нежным и постепенно завоевывал ее рот. Он всегда так делал, и не важно, что это было - ее рука, лицо или губы. Но это невероятно захватывало Эстер! Седрик был ее учителем, который открывал перед ней новые границы удовольствия. Он разжигал в ней интерес, предвкушение, желание. Он дарил ей те самые незабываемые впечатления, от которых подкашивались ноги и кружилась голова. Тело само льнуло к нему и требовало крепких объятий.

Чувствуя ее податливость, одной рукой Седрик обвил ее талию и прижал к себе, а другой взял за затылок и наклонил ее голову таким образом, чтобы ему было легче целовать ее.

При этом Эстер ощущала, как ему нравилась ее неопытность. Ее неумелость. Его чувственный рот старался не только расслабить ее губы, но и полностью подчинить себе. Вскоре Седрик умело распахнул их и проник в глубину ее рта.

Любое его движение вызывало в ней ответный отклик. Чтобы он не делал, как бы не касался ее, внутри Эстер только сильнее распалялся огонь страсти. Все в ней плавилось от нестерпимого жара. Голова отключалась. Все сильнее вспыхивали яркие огни, приносящие с собой наслаждение и восторг.

Радость переполняла ее. Чувства были на пределе, отчего Эстер совершенно перестала соображать.

Первый поцелуй превзошел все ее ожидания! Он перекрыл все ее переживания, все неудачи и все попытки добиться желаемого. Она не зря хранила себя и ждала три года. Это того стоило!

Только Седрик оторвался от нее, как, не отдавая себе отчет, под властью эмоций, Эстер с волнением выдохнула:

- Адам!

Это имя прозвучало настолько неожиданно, что даже Эстер не сразу поняла, что натворила. Но когда к ней пришло осознание, испугалась.

Она понятия не имела, как теперь оправдаться перед Седриком и объяснить, почему из ее уст вырвалось имя его друга. А ведь она сказала его совершенно инстинктивно! Оно будто вшилось в ее подсознание и сработало как рефлекс. Но она совершенно не думала об Адаме. Она думала о Седрике! И целовалась она с ним!

Всему виной была ее первая влюбленность и мечта поцеловаться с Адамом, которую она лелеяла столько лет! Почти каждую ночь она засыпала и просыпалась с его именем. А этот поцелуй стал стойкой ассоциацией с ним.

Эстер в ужасе распахнула глаза и посмотрела на Седрика. Он выглядел оскорбленным.

- Прости меня, - с сожалением произнесла Эстер и хотела коснуться его щеки, как он дернулся в сторону от ее руки и, взяв ее за талию, поставил на землю, а затем и сам поднялся.

- Седрик, дай мне сказать! - взмолилась Эстер и все таки умудрилась схватиться за отвороты его пиджака. - Понимаешь, раньше я… Когда мне было… Я жила… - она не знала с чего начать и как ему все объяснить. В душе росло отчаяние. - Это совсем не то, что ты думаешь! Я не та, что ты знаешь! Вернее та, но другая! О Боже, как же это трудно!

Седрик отцепил от себя ее руки, убрал их и сделал от нее шаг.

- Не надо, Эстер, не мучай себя. Я все понимаю, - довольно спокойно сказал он.

Но такая его реакция только сильнее напугала ее.

- Нет, Седрик, ты ничего не понимаешь! Это все ошибка! Раньше, несколько лет назад…

- Прости Эстер, но давай отложим этот разговор на другой раз, - оборвал он ее. - Мне уже пора идти. У меня слишком много дел, а я и так слишком задержался у тебя.

Он сделал шаг, но она преградила ему путь.

- Когда?! Когда мы поговорим?!

- Завтра. Я постараюсь приехать завтра.

Эстер не верила ему.

- Ты обманываешь меня!