И шокировано замираю.

Не из-за падения. А из-за того, что стоит передо мной в трёх шагах.

Оно выше человеческого роста, собранное из гниющих веток, мха и теней. Его тело извивается, как лиана, а вместо головы зияет пустота, из которой сочится зеленоватый, фосфоресцирующий свет.

Длинные, похожие на сучья конечности с когтями-шипами медленно скребут по земле.

Оно не издает звуков, но воздух вокруг него вибрирует от низкого, невыносимого для уха гула, от которого закладывает уши и подташнивает.

Лесной морок. Настоящий. Тот самый, что я видела только в книжках, и думала, что никогда в жизни не встречусь с этим монстром.

Я не могу пошевелиться. Ужас сковывает по рукам и ногам, впивается ледяными когтями в горло. Из головы вылетают все мысли. Я могла бы вспомнить хоть какое-то магическое заклинание, но там только белый шум.

Я ничего не помню. Я ничего не могу.

Даже крикнуть.

А тем временем когти-шипы морока тянутся ко мне. Рывок, и чудовище обхватывает моё запястье.

Глава 18. Схватка

Я чувствую прикосновение скользких веток, захвативших моё запястье в плен. По спине пробегает леденящий холод. Ощущение, будто морок начинает высасывать из меня жизнь, волю, саму душу.

Я не могу дышать. В глазах темнеет. Морок медленно начинает тянуть меня на себя, и я невольно скольжу по земле, цепляя ветки и листья, ощущая каждый бугорок под ногами и даже не пытаясь бороться.

По телу бежит дрожь отвращения, паники, ужаса… В сознание прокрадывается неприятная мысль. Это конец. Я больше никогда не увижу Криса… Странно, конечно, что последнее воспоминание будет о нём и о нашей нелепой ссоре.

И тут из темноты за моей спиной раздаётся дикий, предупреждающий рык. Всего несколько мгновений и передо мной вырастает Леманн. Не в человеческом виде. Он снова в ипостаси волка.

Врывается в пространство между мной и мороком. Вцепляется в конечность твари, и мир наполняется оглушительным хрустом ломающегося дерева.

Морок отшатывается, издавая какой-то вибрирующий вой, который бьёт прямо по мозгу. Его хватка ослабевает, и я заваливаюсь на землю. Несколько мгновений шокировано лежу, беспомощно хватая ртом воздух.

Но потом подскакиваю на ноги. Вдруг Леманну нужна будет моя помощь? Правда картинка плывёт, и мир шатается перед глазами. Кажется, морок успел утянуть у меня достаточно сил.

Вот только Крис, кажется, итак справляется. Он ураган когтей и клыков, ярости и мощи. Он рвёт, мечет, ломает тело твари, но та, не чувствуя боли, регенерируется, заращивая раны гниющим мхом и тьмой. Зеленоватый свет в её пустоте вспыхивает всё ярче, и с каждым всплеском я чувствую, как слабею.

На Криса морок почему-то не действует, а вот я поддаюсь его зову. Теряю контроль над собой и на магией. Даже если бы мне хотелось, я бы не смогла использовать свою силу, чтобы как-то помочь.

Я упираюсь рукой о дерево, едва держусь на ногах.

Леманн же борется не на жизнь, а на смерть. Чтобы уничтожить этого монстра окончательно. Чтобы защитить. Меня.

Одним яростным броском Крис прижимает тварь к земле, его челюсти смыкаются на источнике света. Раздаётся оглушительный гул, свет вспыхивает ослепительно-белым, освещая всё кругом своим ярким огнём, а потом так же резко гаснет.

Тело твари рассыпается на груду обычных, ничем не примечательных гнилых веток и комьев мха.

Вокруг нас воцаряется странная, непривычная тишина.

Крис тяжело дышит, его могучий бок ходит ходуном. Шерсть на загривке стоит дыбом, с клыков капает тёмная, пахнущая озоном жидкость.

Он медленно поворачивается ко мне.

И я не могу сдержаться.

Я бросаюсь к нему, впиваюсь пальцами в его густую, тёплую шерсть. Я вся дрожу, по лицу текут слёзы, которых я не могу и не хочу сдерживать. Я прижимаюсь к его горячему, живому телу, чувствую под ладонями бешеный стук его сердца.

Внутри меня всё переворачивается. Осознание, что он меня спас. Понимание, что он ни секунды не колебался, чтобы защитить меня. И у него получилось. Он поборол этого морока.

Усталость, отчаяние уходят, на смену им возвращается моя магия. Страх постепенно отступает, я только испытываю бесконечную благодарность к своему спасителю.

– Спасибо, – вырывается из меня тихий, сдавленный шёпот. – Спасибо, Крис. Ты меня спас. Спасибо…

Он замирает на миг, его напряжённые мускулы тоже начинают расслабляться. Глубокий, дребезжащий вздох вырывается из его груди. Он медленно опускает свою огромную голову и трется щекой о моё плечо, короткий, утробный рык означающий что-то вроде «ты в безопасности».

Потом он отстраняется. Его форма начинает меняться, сокращаться, шерсть уходит под кожу, когти втягиваются.

И через мгновение он уже стоит передо мной в человеческом облике. Его рубашка порвана, он весь в грязи и свежих ссадинах. Дыхание всё ещё сбившееся.

Он смотрит на меня. Его глаза горят в полумраке, и в них нет ни злости, ни насмешки. Там отражается совершенно другое. Облегчение, остаточный адреналин и что-то еще, дикое и неконтролируемое, что заставляет мое сердце замирать.

Моё сознание мне кричит, что всё изменится. Прямо сейчас. Что эта наша глупая ссора на пустом месте, эта схватка с мороком и неизведанные эмоции и открытия приведут нас к чему-то… новому.

– Мия... – хрипло произносит он.

Он делает шаг вперёд и касается моей руки. Его пальцы с непривычной бережностью обхватывают моё запястье, то самое, которое только что сжимали ледяные ветки-пальцы морока. Его большой палец ложится на кожу, прямо над браслетом, и проводит по ней медленным, давящим движением.

Это не ласка. Это проверка. Жест, полный такого первобытного, животного беспокойства, что у меня перехватывает дыхание. Будто в этом моменте он показывает насколько я ему… дорога, как он боялся меня потерять...

Неожиданно под его пальцами серебряный браслет вдруг становится ощутимо тёплым. Он ровно и глубоко пульсирует, и я с оторопью понимаю, что этот ритм вторит бешеному стукуего сердца. Или это бьётся моё собственное сердце? Грань стирается. Браслет горит, как живой проводник между нами, подтверждая нашу связь.

Крис чувствует это. Его взгляд на секунду опускается на наши соединённые руки, на это светящееся доказательство чего-то большего, чем наша игра. И этого осознания, кажется, достаточно, чтобы сорвать все последние барьеры, преграды.

Он не дает мне ничего сказать. Его руки с силой впиваются в мои бока, и его губы грубо, жадно прижимаются к моим.

Глава 19. Будет моей!

Крис Леманн

Её губы под моими горят. Они мягкие, податливые, и в то же время в их ответном движении проскальзывает та же ярость, что клокочет во мне. Это не просто поцелуй, это землетрясение. Что-то такое, чего я никогда в жизни не испытывал.

Не поцелуй, не просто поцелуй. Шторм. Цунами. Это утверждение. Это выплеск всей накопившейся ярости, страха, напряжения. Мой язык властно требует ответа, и Мия не сопротивляется. Она отвечает мне с тем же жаром, что клокочет в моей груди.

Её пальчики вцепляются в мои волосы, её хрупкое тело прижимается к моему. Она слегка подрагивает в моих руках, а меня уже несёт.

Всем существом ощущаю безумную, дикую жажду. Хочу её. Прямо здесь и сейчас.

В голове проскакивает воспоминание, резко впиваясь в моё разгорячённое желанием сознание. Обрушивается и заставляет начать складывать все кусочки мозаики в одну правильную, интересную картинку.

Наша первая встреча. Её взгляд. Когда она вонзилась в меня своими яркими, зелёными омутами, полными такой чистой, незамутнённой ненависти, что это было похоже на глоток ледяной воды после удушья притворных улыбок. В её глазах был страх. Был. Но ещё там был вызов. Искра. Та самая, что разожгла этот пожар. Та, что заинтересовала меня с самой первой минуты, заинтересовала так, что я не мог выбросить из головы её образ, как не пытался.