Я издаю звук, средний между писком и стоном, и соскальзываю под стол, пряча своё раскрасневшееся лицо. Боги, сейчас земля разверзнется и поглотит меня. Это хуже, чем с Монаганом!

Крис же стоит, даже не шелохнувшись. Из своего укрытия я наблюдаю, как он ухмыляется, глядя на Ашера.

– Простите, магистр. Но атмосфера здесь… вдохновляющая.

Ашер просто качает головой и, бурча что-то под нос о «невоспитанных молодых оборотнях», разворачивается и уходит.

Как только он скрывается из виду, Крис наклоняется и заглядывает под стол. Его глаза горят весельем.

– Ну что, пташка, вылезай. Отбой тревоги.

– Я никогда не смогу смотреть ему в глаза! – стону я, всё ещё сидя на корточках среди пыльных ножек стола.

Крис смеётся и протягивает мне руку.

– Не переживай. Говорят, он парой лет назад и не такое вытворял. Ходят слухи, именно в этой оранжерее и завёлся его знаменитый плотоядный кактус.

Я не могу сдержать смех, несмотря на весь свой ужасающий стыд. Он вытаскивает меня из-под стола, и я прижимаюсь к его груди, всё ещё трясясь от смеха и смущения. Это было эпичное столкновение, блин!

– Ты невыносим, – говорю я, бью его кулаком по плечу.

– Знаю, – он целует меня в макушку. – Но тебе ведь нравится, пташка. Идём, пока Ашер не вернулся с тем кактусом. Мало ли… Захочет проверить на нас новые образцы своих растений.

Глава 28. Пойманные пташки

Кажется, мы стали магнитами для всеобщего внимания. Или, если быть точнее, для внимания всех магистров академии в самые неподходящие моменты.

Мы находим укромный закоулок в западном крыле, где тень от гигантской статуи основателя скрывает нас от посторонних глаз. Этого хватает ровно на пять минут страстного, жадного поцелуя, прежде чем из тени отделяется высокая, мрачная фигура.

– Леманн. Айгнер.

Голос магистра Монагана ровный и безразличный, как будто он застал нас за переписыванием скучного конспекта, а не за тем, что моё платье уже снова на полпути к моим плечам, а рука Криса – под ним.

Боги! Да что за невезение-то нас преследует! Кто-то точно навёл порчу на нашу страстную парочку!

Я отпрыгиваю от Криса так быстро, что чуть не ударяюсь головой о каменную стену. Щёки пылают таким огнём, что, кажется, могут осветить весь коридор. Крис, чёрт возьми, даже не смущается. Он лишь медленно, с некоторой неохотой, убирает руки от меня и поворачивается к магистру с той самой наглой ухмылкой, которая является у него ответом на все казусные ситуации.

Невыносимый оборотень!

– Магистр, – произносит Леманн, и в его голосе звучит ленивая почтительность. – Что-то не так? Мы… проверяем акустику. Потрясающая, кстати.

Монаган игнорирует его шутку. Его холодный взгляд скользит с моего раскрасневшегося лица на Криса, а затем снова ко мне. Если я сгорю от стыда, надеюсь, что Крису станет хоть немножечко стыдно.

– Мне требуется ваше время после сегодняшних занятий. Нужны вы вдвоём. Приходите в тренировочный зал «Амфитеатр». Без опозданий.

Сердце у меня падает куда-то в ботинки. Тренировочный зал? Это звучит как наказание. Как приглашение на изнурительную тренировку, которая закончится тем, что я буду едва ползать.

Только не это! Ненавижу физкультуру!

– Магистр Монаган, мы что-то нарушаем? – спрашиваю я, и мой голос звучит тоньше, чем я хочу.

Он снова смотрит на меня, и в его глазах на секунду мелькает что-то… оценивающее. Что-то проницательное. Будто он знает какую-то тайну, о которой я даже не догадываюсь.

– Нет. У меня есть предложение. Эксперимент.

С этими словами он разворачивается и уходит, его плащ развевается за ним, как тень. Оставляет нас в полном недоумении. Эксперимент? Что он имеет в виду? Зачем мы нужны ему оба? Как подопытные кролики?

Что пришло ему в голову?

Я прислоняюсь к прохладной стене, пытаясь перевести дух и остановить лихорадочно прыгающие в голове мысли.

– Боги… Нас снова застукали, – вздыхаю я тяжело. – Это уже начинает становиться какой-то дурной традицией.

Крис смеётся и подходит ко мне ближе. Его руки снова ложатся мне на талию, но на этот раз нежно, успокаивающе. Словно он хочет показать, что это полная ерунда и нечего переживать.

Вот только я в этом совсем не уверена. Нас зовут на странный эксперимент. Почему именно нас? Чем мы вот отличились, кроме того, что нас при каждой удобной и неудобной возможности несёт на волнах страсти?

– Расслабься, пташка, – говорит Крис, заглядывая мне в глаза. – Если бы магистр Монаган хотел нас наказать, он бы уже это сделал. Сразу и без лишних слов. «Эксперимент»… Звучит интригующе.

– Интригующе? – я смотрю на него с недоверием. – Крис, это Монаган! Он может «экспериментально» привязать нас к магическим ядрам и запустить в разные концы академии! Или заставить сражаться с каким-нибудь мороком, чтобы посмотреть, как мы работаем в паре!

– Слишком банально, – отмахивается он, его пальцы принимаются выписывать круги на моей спине, и я невольно расслабляюсь. – Монаган непредсказуем, это да. Но он – гений. И один из сильнейших боевых магов, которых я знаю. Если он задумал что-то с нами, значит, он видит в нас потенциал. Нечто большее, чем просто двух влюблённых студентов, которых постоянно ловят в неподходящих местах.

– Ты уверен? – шепчу я, всё ещё не в силах отогнать тревогу.

– Абсолютно, – он наклоняется и целует меня быстро, но твёрдо. – Расслабься. Что бы это ни было, нам понравится. Доверься мне. И ему.

Я вздыхаю, закрывая глаза. Довериться Крису? В последнее время это становится всё проще, я уже столько раз это делала, что больше не переживаю насчёт нас с ним и наших отношений. Но вот довериться магистру Монагану? Это похоже на прыжок в пропасть с завязанными глазами.

Мои сомнения, должно быть, читаются на лице, потому что Крис снова низко, бархатисто смеётся, отчего у меня внутри всё трепетно сжимается. Невыносимый Леманн. Мне нравится в нём всё. И его наглость, и его самоуверенность, и его смех.

И то, как он умеет меня успокаивать. Его пальцы продолжают поглаживать меня по спине, вот только как-то подозрительно низко опускаются. Уже по пояснице, но, кажется, его ладони не прочь сползти ещё дальше.

– Ты слишком много думаешь, – усмехается он, его губы снова находят мою шею, и я вздрагиваю. – Позволь мне отвлечь тебя.

Ох, так и знала! Он сжимает мои ягодицы и тянет меня на себя. Я мгновенно ощущаю его возбуждение. И что уж поделать, сама загораюсь ответным огнём.

– Крис… – пытаюсь я запротестовать, но это звучит слабо. Я уже хочу его, я уже подсела на его прикосновения. – Кто-то может увидеть…

– Пусть смотрят, – обжигает он моё ухо своим горячим дыханием, и мурашки бегут по спине. – Все и так всё знают. А те, кто не знают – скоро узнают.

И прежде чем я успеваю найти в себе силы для нового, более убедительного протеста, его губы снова захватывают мои в поцелуе, который сметает все мысли о магистрах, экспериментах и возможных последствиях.

В этот момент существуют только он, я и сладкое, запретное головокружение, которое он во мне вызывает. Рядом с Крисом я совершенно не могу себя контролировать, он переворачивает всё моё сознание и вызывает самые яркие, бурные эмоции.

Так что… я позволяю себе в очередной раз расслабиться и забыть обо всём. Плыть по течению и наслаждаться его острыми, яркими ласками. Вот уж точно… отвлекает он очень качественно.

Глава 29. Проваленный эксперимент

Тренировочный зал «Амфитеатр» представляет собой идеальный круг с каменными ступенями, спускающимися к плоскому центру. Магистр Монаган ждёт нас внизу, неподвижный, как один из менгиров, окружающих эту арену.

– Леманн. Айгнер, – кивает он, когда мы подходим. Его быстрый, оценивающий взгляд скользит по нам. – Я наблюдал за вами. В лесу. И после.

Я чувствую, как кровь приливает к лицу.Боги, он знает всё.