Кринсл издает щелкающий звук, будто стрелку часов повернули вспять. Затем протягивает руку мне. Она выглядит такой холодной, что кажется, высосет из меня жизнь, если я ее коснусь.

Я заставляю себя дышать ровно, и протягиваю руку в ответ. Калел задерживает дыхание и сжимает свободную руку в кулак.

— Я не позволю ее грязной крови течь в жилах наследников нашего возлюбленного лорда Лорнхельма! — кричит женщина. Ее голос звучит позади меня, и по храму прокатывается громкий вздох. Она хватает меня за волосы и оттягивает голову назад. Холодный камень прижимается к основанию моей шеи, и через долю секунды боль словно огонь вспыхивает в моих венах. Я падаю на колени.

Мое зрение затуманивается, и я слышу лишь свое тяжелое дыхание. Дрожащей рукой я касаюсь шеи, и на моих пальцах остается пепел. Лишь камень дьявола может так ранить полубога.

Еще один камень дьявола? Откуда они берутся?

Кажется, время замедлилось, и когда я пытаюсь поднять голову, чтобы вырваться из смертельной хватки демонессы, я вижу Калела. Его рука погружена в грудную клетку женщины.

Ужас заглушает все звуки в часовне. Лицо нападавшей мертвеет, и она не может вымолвить ни слова, когда он легким движением вырывает ее сердце. Она падает на пол рядом со мной, подрагивая, пока кровь вытекает из ее груди и растекается огромной красной лужей.

Я падаю на локти, отшатываясь от Калела. Он это замечает и смотрит на меня сверху вниз. Он все еще держит в руке сердце женщины, в его янтарных глазах пылает огонь.

— Кто-то еще хочет попытаться помешать нашему браку? — спрашивает он, и его голос обещает смерть. Он не сводит с меня глаз, рассматривая все еще побаливающую рану на шее. Калел проводит языком по сердцу, пробуя кровь нападавшей на вкус, прежде чем смять его в ладони и отбросить в сторону.

В храме висит тишина.

— Тогда давайте продолжим, — он склоняется и подхватывает меня за талию, помогая мне встать и позволяя на него опереться.

Я стискиваю зубы и стараюсь не думать о боли.

Давайте просто покончим с этим.

Кринсл снова протягивает мне руку. На этот раз я, не медля, беру ее. Я хочу покинуть этот храм как можно скорее.

Пульсирующая магия его прикосновения течет по моей руке. Она кажется мягкой и осторожной. Совсем не такой пугающей, как можно было бы предположить, судя по его внушающей ужас внешности.

Он склоняет голову в мою сторону.

— Хмммм. Какая странная полубогиня. Алира, дочь Венеры, я свяжу твою судьбу с этим Пожирателем, если таково твое желание.

Рука Калела на моей талии напрягается так, будто он ждет что его ударят ножом в грудь.

Тяжело сглотнув, я прикрываю глаза. Из всех участей, что были мне уготованы, эту я надеюсь прожить до конца. Открыв глаза, я смотрю на Калела.

— Я желаю этого, — мое решение непоколебимо.

Для меня нет иного пути. И пусть Калел презирает меня, я не могу ничего поделать с чувствами, закипающими у меня в груди, когда он рядом. Когда он прикасается ко мне, я таю в его руках.

Глаза Кринсла меняют свое положение так, будто он улыбается.

— Да будет так. Пожиратель и полубогиня соединятся в этом поцелуе, — Кринсл проводит большим пальцем по нижней губе Калела, оставляя на ней темное пятно пепла. Затем поступает так же со мной.

Калел поворачивается лицом ко мне. Я смотрю в ответ, и его древесный запах окутывает меня, оседая в самих костях. Мне хочется сказать, как сильно мне жаль, что все так обернулось. Жаль, что ему приходится жениться на той, кого он ненавидит больше всего на свете. Но когда он приподнимает мой подбородок покрытой кровью рукой, я обнаруживаю пылающее желание в его взгляде. То же самое, что горит и во мне.

Губы Калела прижимаются к моим.

Без сомнения, это поцелуй, из-за которого боги бы развязали войну, но почему он будто вселяет в меня столько жизни, сколько никогда не было? Будто воздух, которым я до этого дышала, был затхлым. Он проводит рукой по моей челюсти к затылку, запутывая пальцы в моих волосах, и углубляет поцелуй. В нем нет и намека на ненависть. Лишь наши сердца шепчут ту правду, что мы пока не высказали.

На мгновение я забываю, что мы стоим перед сотнями демонов. Калел вспоминает об этом первым и отстраняется. Он хмурится, задерживая лицо около моего на секунду дольше, чем нужно, вглядываясь в мои глаза и проводя языком по нижней губе, будто хочет запомнить мой вкус.

Вздохнув, я испуганно облизываю губы.

— Жители королевства Девицит, поприветствуйте вашу новую герцогиню, Алиру Лорнхельм.

АЛИРА

Следующий час проходит как в тумане. Мы принимаем поздравления со вступлением в семью Лорнхельм от благородных лордов, с которыми знаком Калел, а я еще и терплю их неодобрительные взгляды, которые они бросают на меня, прежде чем пройти на празднование.

За всю жизнь я ни разу не чувствовала себя настолько незначительной. Очевидно, что я для них — пустое место.

Зеркало на дальней стене показывает, в каком ужасном состоянии моя внешность. Волосы спутаны, а та щека, которой коснулся Калел, измазана кровью. Шрам от ожога со следами пепла виднеется на шее в том месте, где был камень дьявола. Боль еще слегка тревожит меня, но постепенно мое тело исцеляется.

Пока Калел разговаривает с пожилой парой, я оборачиваюсь и замечаю, что Кринсл смотрит на меня. Я смотрю на Калела. Он погружен в разговор, так что я отхожу от него, чтобы поговорить с обвенчавшим нас демоном.

Он все так же пугает меня, но магия, которую я почувствовала от его прикосновения, заставляет думать, что ему можно доверять.

— Полубогиня, я надеялся, что ты подойдешь поговорить со мной, — он наклоняется так, что мне не нужно запрокидывать голову, чтобы на него посмотреть.

Я выдавливаю слабую улыбку.

— Вы меня не ненавидите? Я бы не винила вас за это, — бормочу я, опуская взгляд на женщину, которая пыталась убить меня с помощью камня дьявола. Он все еще зажат в ее руке. Беспокойство снова шевелится у меня в груди. Откуда они берут эти камни?

Кринсл смотрит туда же, куда и я, и забирает камень из ладони женщины. Подняв его к свету, он внимательно его изучает.

— У меня нет причин не любить тебя, Алира. Я всего лишь старый, уставший демон, который скоро отправится в подземный мир. Войны веками шли до твоего рождения и будут идти после, — теперь, когда ему не нужно говорить громко, его голос кажется далеко не таким зловещим. Белые точки глаз смотрят в мою сторону, когда он раздавливает камень в ладони. Пыль просачивается между его пальцев, как песок, и оседает на пол. — Ты отличаешься от других полубогов.

Я хмурюсь.

— Чем отличаюсь?

Он разглядывает меня несколько неприятно затянувшихся мгновений, обдумывая ответ.

— Алира, нам пора отправляться на свадебный пир, — зовет Калел, протягивая мне руку. Я снова улыбаюсь Кринслу и поворачиваюсь, чтобы уйти.

Он обхватывает мое запястье длинными пальцами, и я замираю на месте. Вздрогнув, я смотрю на него через плечо.

— Боги смотрят на тебя куда более пристально, чем на остальных. Будь осторожна, — Кринсл шепотом предостерегает меня, прежде чем отпустить.

От его слов моя кровь холодеет. Меркурий тоже меня предупреждал. Что боги сделают со мной теперь, когда я стала женой Калела?

Это не дает мне покоя, пока мы едем на празднование в карете, и после, на праздничном пиру.

— Неужели ты должна выглядеть настолько несчастной? — вздыхает Калел, вырывая меня из потока мыслей.

Я выпрямляюсь и выдавливаю фальшивую улыбку. Зал, в котором проходит пир, гудит от разговоров. И они тоже далеко не радостные. Ясно, что никто из присутствующих не доволен свадьбой.

— Я не несчастна, — я делаю глоток вина. Посмотрев на свое отражение в бокале, я радуюсь тому, что Николай полностью вылечил ожог у меня на шее до того, как мы приехали сюда. И он просто святой, раз привел служанок, которые причесали мои волосы и вытерли кровь с лица.