— Гоблин? — Рык поморщился. — Мы недавно воевали с гоблинами. Они натворили тут дел, многие наши племена были уничтожены их ордой. Гоблины — кровожадные твари и я не представляю сотрудничества с одним из них.

— Не все они такие, — возразил я. — Эхо другой. Ты ведь отдал своих бойцов в Церковь, чтобы они убивали гоблинов в этой войне, и вражда тебе не помешала.

Рык кивнул.

— Так и тут. Он со мной, последний из гоблинов на всём Первом Слое. Он спас мне жизнь, а я спас ему.

Рык снова кивнул — судя по всему, с этим доводом он был согласен.

— А что получишь ты? — спросил он прямо.

— Союзников, — честно ответил я. — Твои воины, усиленные интерфейсом и прокачанные в Городах, будут стоить десятка обычных. Когда Церковь найдёт Кадию, мне понадобится каждый боец. А взамен… взамен вы получаете не просто интерфейс. Вы получаете знания, торговлю, информацию. И возможность бить Церковь там, где они не ждут. У нас есть связи со Вторым Слоем. Там во всю идет резня. И заинтересованных в ослаблении желтого круга на Первом, очень много.

Рык усмехнулся:

— Мне нравится, как ты мыслишь. Глобально.

— Я прагматик, — пожал я плечами. — Церковь сильна, потому что контролирует ресурсы. Отбери у них ресурсы — и они станут слабее. Простая математика. Твои воины будут способны это сделать.

— Простая, но эффективная, — согласился вождь и повторил снова. — Ладно, допустим, я соглашусь. Что конкретно ты хочешь?

Настал момент истины.

— Отряд воинов в Кадию, — сказал я. — Бойцов пятьдесят. Для защиты города и для жизни среди моих людей. Взамен я обеспечиваю их, едой, кровом, оружием. Плюс мы делимся информацией о Церкви.

Рык откинулся назад, скрестив руки на груди.

— Пятьдесят воинов — это почти десятая часть моей боевой силы, — медленно проговорил он. — Ты просишь много.

— Я предлагаю много, — парировал я. — Подумай — твои воины получат не просто крышу над головой. Они получат доступ к постоянной прокачке, к шаману, который будет водить их в Города безопасно. Они станут элитой. А когда вернутся к тебе… ты получишь не пятьдесят обычных бойцов. Ты получишь пятьдесят машин для убийства церковников.

Рык молчал долго. Я видел, как он обдумывает предложение, взвешивает риски и выгоды.

— А что, если ты используешь моих воинов как пушечное мясо? — наконец спросил он. — Поставишь на передовую, когда Церковь придёт, и они все погибнут?

— Во-первых, зачем мне убивать тех, кто должен защищать мой город? — возразил я. — Во-вторых, если твои воины погибнут, ты придёшь за мной. И я это знаю. Так что мне выгоднее сохранить их живыми и здоровыми.

— Логично, — признал Рык. — Но логика и война — разные вещи.

— Согласен. Поэтому предлагаю другое условие, — я наклонился вперёд. — Каждый твой воин, который придёт в Кадию, будет иметь право вернуться в любой момент. Без вопросов, без препятствий. Если они решат, что я использую их неправильно — они уходят. И я не имею права их задерживать.

Рык прищурился:

— Ты даёшь им свободу уйти?

— Да. Потому что я не хочу рабов. Мне нужны союзники, — я говорил искренне. — Люди и фералы слишком долго словно не замечали друг друга. Пора это изменить. Но изменения начинаются с доверия.

Вождь долго смотрел на меня, потом медленно кивнул.

— Знаешь, человек… Ты либо самый умный, кого я встречал, либо самый безумный.

— Могу быть и тем, и другим одновременно, — усмехнулся я.

— Вот это меня и пугает, — хмыкнул Рык.

Он отпил остатки медовухи и поставил стакан на стол.

— Хорошо. Я согласен на союз. Но с условиями.

— Какими?

— Первое — те бойцы что останутся у тебя в городе, придут с семьями, и они не получат интерфейс.

— Согласен, — кивнул я, полсотни стволов, это всё равно на полсотни больше, чем есть сейчас.

— Второе — интерфейс получают только те, кому я разрешу, — продолжил Рык. — Не все мои воины достойны такой силы. Некоторые слишком молоды, некоторые — слишком глупы. Я сам выберу, кого усиливать. Их я отправлю отдельным отрядом — тридцать воинов. Только они должны получить интерфейс.

— Разумно, — согласился я. — Сила в неправильных руках опаснее, чем её отсутствие.

— Третье. Ими будет командовать мой лучший воин. А уже он будет решать, слушать тебя или нет.

— Кто?

— Увидишь, — уклончиво ответил Рык. — Он сейчас в походе, вернётся через пару дней. Но предупреждаю — характер у него ещё тот.

— Хуже твоего? — усмехнулся я.

— Гораздо, — серьёзно кивнул вождь, и я не был уверен, шутит он или нет.

— Четвёртое условие, — Рык наклонился ко мне. — Если кто-то из моих воинов погибнет в Кадии из-за твоей глупости или предательства, я приду за тобой. И тогда моё ружьё будет последним, что ты увидишь в жизни.

— Понял, — кивнул я. — И обещаю — предательства не будет. Глупость… ну, от неё никто не застрахован. Но я постараюсь минимизировать риски.

Рык протянул лапу:

— Тогда по рукам?

— У меня тоже есть условие, — сказал я, глядя на протянутую лапу и принимая решение.

— И какое? — удивленно уставился на меня Рык.

— Твои воины пойдут не с пустыми руками, — хмыкнул я, глядя как морда волка вытягивается — он понял, что я собираюсь вынести лабораторию Падших подчистую. И ему было очень и очень интересно, что же прячется в этом здании, скрытом от посторонних глаз столько лет.

— Согласен, — кивнул он.

И я протянул свою руку в ответ — взгляд волка переместился на протянутый ему в ответ протез, но он лишь хмыкнул и сдавил его так, что я даже почувствовал напряжение в металле.

— Ну вот и ладненько, — улыбнулся я, когда понял, что металл вполне себе держит его хват. Обычная рука уже давно сплющилась бы в лепешку.

— Союз заключён, — сказал Рык, отпуская мою руку. — Теперь остаётся только реализовать всё это на практике.

— А вот это будет самое сложное, — вздохнул я.

Мы ещё некоторое время обсуждали детали. Рык оказался на удивление практичным — каждый пункт он продумывал до мелочей, задавая вопросы, на которые у меня не всегда были ответы.

— Твоя Себия, — сказал он в какой-то момент. — Мэр Кадии. Она в курсе, что ты собираешься привести к ней несколько сотен фералов?

Я поперхнулся воздухом.

— Э-э-э… нет?

— Отлично, — саркастично протянул Рык. — Значит, когда ты вернёшься, она тебя убьёт. Могу я попросить успеть передать моим воинам хоть пару интерфейсов до твоей смерти?

— Очень смешно, — буркнул я. — Себия поймёт. Она прагматик, как и я.

— Прагматики обычно не любят сюрпризов, — заметил Рык. — Особенно в виде сотен дополнительных ртов.

— Справлюсь, — упрямо сказал я, хотя внутри уже представлял, какой разнос мне устроит Себия.

Рык усмехнулся, явно представляя то же самое.

— Ладно, это твои проблемы. Моя задача — выбрать воинов и подготовить их к походу. А твоя — вернуться живым и убедить своего мэра не вешать тебя за такие решения.

— Спасибо за моральную поддержку, — съязвил я.

— Всегда пожалуйста, — хмыкнул вождь.

Два дня. Ровно два дня ушло у мохнатой братии на то, чтобы полностью выпотрошить лабораторию Падших. Я стоял, прислонившись к прохладному камню, и с мрачным удовлетворением наблюдал, как последний ящик, набитый какими-то схемами и приборами, грузят на повозку. Фералы работали слаженно и на удивление тихо, без лишней суеты и рычания. Шак, мой новоявленный «оруженосец», гонял их так, что шерсть летела клочьями. И ведь слушались.

Эти два дня были напряженными — я практически не спал, лишь изредка прерываясь на еду. Все свое время я тратил на то, чтобы выделить из добытых в лаборатории «сокровищ» что-то нужное мне именно сейчас. Работающие цепочки рун, записи о других крупных экспериментах или еще что-то, что помогло бы стать сильнее и наконец начать разбираться в магии Падших.

Но мгновенного результата не было. Чего и стоило ожидать.

Да, я наметил следующую цель. Скопировал все, что смог в свой Архив, пополнив его целой кучей новых рун и цепочек. Но прорыва не случилось.