Леонора

Посланье это
Вам шлет дон Педро де Хирон.

Беатриса

Тебе дон Педро письма пишет?

Донья Хуана

Да, ну и что ж?

Беатриса

И ты могла
Быть на него за то лишь зла,
Что он к тебе любовью дышит?
Его покорность, верность, пыл —
Тебя все это не смягчило?

Донья Хуана

У всех влюбленных много пыла,
Но самый пыл их мне не мил.
Видала ты? Порой бывает
Спокойно море — гладь и тишь…
Но час прошел, и вдруг, глядишь,
Свирепый ветер налетает,
Волной швыряется соленой,
Сбивает с ног, одежду рвет,
Шумит, клокочет и ревет…
Вот точно так же и влюбленный:
Сначала нет его нежней,
Взирает кротко, благодарно,
Но он изменится коварно,
Когда вас свяжет Гименей.[154]
Брак тотчас в нем любовь остудит,
Былые нежности — прощай!
Что там жених ни обещай,
Назавтра муженек забудет.
Ты клятвам их, сестра, не верь,
Запоминай мои уроки.
Пока не начались упреки
И сцены, всех гони за дверь!
И эта нежная записка
Немедля будет сожжена.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Те же, дон Педро и Эрнандо.

Дон Педро

(к Эрнандо, тихо)

Оставь, Эрнандо! Мне нужна…

Эрнандо

(дону Педро, тихо)

В том мало смысла, много риска!
Вести распросы проку нет,
А нужно действовать с уменьем.
Сумейте запастись терпеньем —
На все получите ответ.

Беатриса

(донье Хуане, тихо)

Ну, инквизитор, погляди:
Вот те, кто жертвой страсти пали.
Ужель за то они в опале,
Что сердце есть у них в груди?
На части растерзать их всех
Готова ты, как зверь, ощерясь.
Страсть лишь тому страшна, как ересь,
Кто сам боится впасть во грех!

Донья Хуана

(Беатрисе, тихо)

Да, твердо я на том стою:
Любая страсть достойна кары,
И я без жалости удары
Ей наношу.

Дон Педро

О, узнаю
Ваш нрав суровый! Но, сжигая
Письмо, вы знаете ль, что в нем
Горит трепещущим огнем
И мечется душа живая?
С бумагой вместе сожжены
Мои надежды и страданья,
Но тот огонь мое сознанье
Вдруг осветил до глубины.
Увы, всему приходят сроки!
Я понял в этот горький час:
Обманчив свет лучистых глаз,
Вы бессердечны и жестоки.
Любовь, тоска — пусть все сгорит!
Но это пламя разгорится,
О кровожадная тигрица,
И вскоре вас испепелит!
Душе идальго благородной
Претят злопамятство и месть,[155]
Но если пострадала честь —
Забудь о мягкости природной!
Терпенью наступил предел,
И я теперь не тот, что прежде;
Я кроток был в слепой надежде,
Но гнев и мною овладел.
Так знайте ж, гордая Хуана:
Как вам свобода ни мила,
Но вас пронзит любви стрела,
И тем больнее будет рана!

Донья Хуана

Сеньор!

Леонора

Эрнандо, стой! Куда вы?

Эрнандо

Нет, должен я за ним идти.
Безумца с глаз на миг спусти —
Глотнет с отчаянья отравы!

Дон Педро и Эрнандо уходят.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Донья Хуана, Леонора, Беатриса.

Леонора

(в сторону)

Ах, он меня пренебреженьем
Остатков разума лишил!

Беатриса

(донье Хуане)

И этот неподдельный пыл
Сочтешь ты тоже оскорбленьем?
Ведь жалобы его вполне
Законны.

Донья Хуана

Вот пустая жалость!
Ему в лицо б я рассмеялась,
Но любопытно было мне
Смотреть, как он пылает страстью.
Чем им обидней и больней,
Тем я свободней и сильней,
Тем больше упиваюсь властью.

Леонора

Сеньора! Дон Хуан!

Донья Хуана

Легки
Мои красавцы на помине!
Подобно мчащейся лавине,
Валом валят еретики.

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Те же и дон Хуан.

Дон Хуан

Я сообщить хотел бы вам
Свои намеренья, сеньора.
Прошу вниманья, ибо скоро
От слов я перейду к делам.
Я к вам пришел на этот раз
Не умолять о снисхожденье,
Не клянчить в жалком униженье
Единый взгляд прекрасных глаз.
Я глубоко разочарован:
Теперь узнал я, что пусты
Все упованья и мечты,
К которым дух мой был прикован.
Да, вашей прелестью, Хуана,
Я ослеплен был до сих пор.
В вас находил влюбленный взор
Лишь совершенства без изъяна.
Смеялись вы, мужчин гоня,
Но, видя в этом строгость нрава,
Я признавал за вами право
Со всеми вместе гнать меня.
И вдруг теперь, совсем случайно
Какую весть я узнаю:
Богиню чистую мою
Завоевал соперник тайно!
Померк небесный ореол,
Вы, как и все, хитры и лживы.
Я растерял души порывы,
Но ясность зрения обрел.
Пускай утрата тяжела,
Я все же чувствами владею
И начисто забыть сумею
Ту, что удар мне нанесла.
Во имя самоуваженья
Я заявить обязан вам:
Позор для благородных дам
Дарить чужие подношенья!