Держаться⁈ Вот только зачем, ради чего⁈ О чём лепечет этот старый безумец, не видит, что ли, он очевидного⁈ Это конец, наш конец! Нет, мой конец, остальных уже давно сожрали! Проклятые Боги Бездны, почему вы так жестоки⁈

Сознание от потери крови плыло, окружающий мир терял чёткость. Звуки становились приглушёнными, краски блёкли. Я сквозь пелену видел лицо Ухута над собой, морщинистое, измождённое, с красными от слёз глазами. Верный слуга, преданный до конца. Как давно он служил моей семье? Тридцать лет? Сорок? Всю свою жизнь посвятил нам, и вот чем это закончилось, смертью в тёмной шахте, окружённой чудовищами.

— Отряд Ваших стражников под предводительством Черута обязательно сможет пробиться сквозь волну этих тварей, — начал было успокаивать меня Ухут, суетливо меняя промокшую тряпку на моей ране. На деле же скорее пытался обмануть самого себя, цеплялся за жалкую надежду. Не желая смириться с неизбежной смертью, что уже стояла за нашими спинами, положив костлявую ладонь на плечи. — И сумеют доставить сообщение в город Когти Зарема! Помощь придёт, обязательно придёт! Лорд не оставит нас! Тысячник Тарак Кровавый пришлёт подкрепление! Обязательно пришлёт!

Наивный старик. Глупый, преданный старик. Неужели он и правда верит в это? Никто не придёт. Никому нет дела до захудалого аристократа вроде меня, владельца паршивого поместья почти что на краю провинции. Черут же и ушедшие с ним воины давно мертвы, сожраны, переварены, превращены в питательную массу для личинок улья.

— Четвёртые врата пошли трещинами! — выкрикнул один из немногих оставшихся в живых моих стражников, отчаянный вопль прорезал гул голосов. Которые из последних сил пытались удержать массивные стальные врата, череду упорных копий, уперев в землю, в южном подземном штрехте, последней линии нашей обороны. — Держите крепче! Нам больше некуда отступать! Это последний рубеж!

Металл стонал под ударами снаружи, визжал, трескался, гнулся. Я слышал скрежет жвал по ту сторону. Инсектоиды рвались внутрь с яростью голодных хищников, почуявших добычу.

Вообще-то, изначально такие ворота создавались для защиты артелей шахтёров от нападения подземных тварей, крыс, пауков, изредка скальных червей. Сейчас же мы сами забились с обратной стороны, загнанные, как скот на бойню. Пытаясь пережить вторжение инсектоидов из мира Ссшорс!

Как вообще это допустил Антерос⁈ Как позволил этим тварям хозяйничать в нашем мире! В своём мире, в мире своих детей⁈ Почему бросил нас, отвернулся от молитв, не ответил на воззвания жрецов⁈ Почему перестала работать связь с командованием? Все эти вопросы пугали меня больше всего, больше самих жуков. Ведь мой личный навык ментальной связи по-прежнему работал, я чувствовал его активность. Магические каналы были открыты, а значит, это не блокировка. Никак происходящего я понять попросту не мог, не находил объяснения.

Либо все вокруг мертвы, все тысячники, все командиры, все маги связи. Либо… либо нас намеренно отрезали, бросили на произвол судьбы.

— Наляжем! Держим крепче! — кричал один из десятка обычных стражников, надрывался так, что голос срывался на хрип. Слабые, мелкие коротышки — обычные гоблины, что в жизни своей не смогли бы убить и жалкого трутня инсектоидов в ближнем бою один на один. — Жуки не смогут долго выдержать пламя с той стороны! Масло ещё горит! Дышать им нечем!

Тщетные надежды. Масляные горшки, что мы разбили перед воротами, выгорят через несколько минут. Вот тогда неумолимая волна хитина и жвал хлынет внутрь, сметёт жалкую оборону за считанные удары сердца.

— Держитесь, господин Журек! — продолжал лепетать мой дворецкий Ухут, и я чувствовал, как он сменял одну тряпицу на другую. Пытаясь остановить неутомимо текущую кровь из моей раны на горле. — Скоро мана восполнится у Вас в резерве! Ещё немного! И Вы сможете остановить кровь заклинанием лечения! Малое лечение залатает рану!

Наивный Ухут. Он не понимал, что магический резерв восстанавливается слишком медленно. Мне нужно минимум сто единиц для заклинания, способного затянуть такую рану. А у меня было… сколько? Пятьдесят семь? Пятьдесят восемь?

До чего же ловкие эти твари-Лазутчики инсектоидов! Или просто удачливы они оказались без меры, благословлены своими тёмными богами. Чтобы ухитриться так точно попасть между защитных пластин моего доспеха — дорогого, магически усиленного, купленного за половину годового дохода! В тот самый момент, когда я растратил уже весь запас маны на барьеры и огненные шары. Как и поглотил все оставшиеся кристаллы маны, жалкие десять штук, что без дела валялись в моей бездонной сумке.

Никчёмные ничтожные попытки залечить огромную рану привели лишь к увеличению времени моей агонии, я не умер мгновенно, как следовало бы. Нет, я медленно истекал кровью, чувствуя каждый удар сердца приближающейся смерти.

Тогда как магов в моём подчинении уже не осталось совсем, они полегли ещё на поверхности, в первый день вторжения инсектоидов. Когда мы прорывались из моего семейного поместья, двухэтажного особняка с колоннами, моей гордости. Расположенного в деревне Южный серый штрехт, на краю цивилизованных земель.

Ведь поначалу казалось, что нападение инсектоидов, это лишь странная прихоть судьбы, досадная случайность, аномалия. Когда неведомые законы мироздания или самой Системы, выбросили сотню трутней инсектоидов к границам моего посёлка. Портал открылся прямо возле границы с лесом, изрыгнув хитиновый кошмар.

Вот сразу же только за одной стаей появилась вторая, словно прорвало дамбу. За ней третья, четвёртая, десятая и с каждым разом тварей было всё больше. Также их уровни и ранг продолжал только расти всё сильнее. При том что Лазутчики очень уж ловко сумели ранить именно магов. Наводясь на излучаемые от них вибрации магии, чуя её, как нурглы тухлятину в лесу.

Благо, глубокий снег позволил мне убить этих тварей, я видел их следы на нетронутом покрове снежного наста. Жаль только, не без потерь с моей стороны, три мага из пяти пали, прежде чем я понял, что происходит, а дальше было уже поздно.

Лишь когда стало невозможно отбиваться от нашествия Ратников, целой стаи бронированных чудовищ размером с дом, совладать с которыми мне было не под силу даже с полным резервом маны, мы отступили в шахты. Всё стало ещё хуже, переросло в настоящий кошмар.

Ведь инсектоиды, спустившись за нами под землю, словно почувствовали родные просторы, их естественную среду обитания. Да и повысившаяся температура сделала их куда быстрее и подвижнее. Они ожили, словно спящие демоны, пробудившиеся в Преисподней!

Разумеется, отсутствующий в шахтах снег больше не помогал выявлять Лазутчиков инсектоидов, теперь они скользили в темноте, как призраки, как проклятые баньши. Используя привычную тактику, те очень быстро начали сокращать число моих воинов с помощью дальнобойных атак. Шипы вылетали из тьмы, с лёгкостью пробивая тела, защищённые дешёвыми доспехами. Да и мой резерв маны, учитывая, что я здесь был единственным магом, истощался даже слишком быстро.

Как ничем не помогли и спасённые работники из самой деревни, шахтёры, угольщики, простые крестьяне, не державшие в своей жизни ни разу оружия в руках. Потому и проку мне не принесли, лишь скорее отчасти насытили проклятых инсектоидов своими жалкими телами. Их крики эхом отдавались в тоннелях, преследовали меня.

Да и ошибочная, катастрофическая попытка двух десятков воинов, после моего ранения, когда я упал, истекая кровью, попытаться выйти на связь с городом. Хотя скорее она выглядела попыткой спастись самим, дезертирством, трусливым бегством. Чем реальной возможностью добраться до города Когти Зарема через сотни вёрст занесённых снегом трактов.

Впрочем, я не думаю, что через технический лаз они в итоге сумеют подняться на поверхность, не было у них должной подготовки и навыков лазания. Да и велик шанс, что инсектоиды и туда додумаются полезть, почуют добычу.

Всё это ещё сильнее снизило наши… нет, мои шансы выжить! Слишком внезапным оказалось нападение, слишком скоротечным было это вторжение жуков. Слишком скудны были мои запасы кристаллов маны в этом поместье, паршивые десять штук, когда нужна была как минимум сотня, сотня!