Потери, конечно, были — несколько десятков убитых, больше сотни раненых, но к этому переходу в царство тьмы и вечной ночи я был готов заранее, предвидел трудности. Как и мои подчинённые, заранее разжигая масляные лампы, эти скромные огоньки во тьме, дающие надежду. Хотя в будущем большинству, конечно, придётся обзавестись навыком Третий глаз инсектоида для ориентации в темноте, которым уже сейчас были снабжены часть моих штурмовиков.

Была, конечно, и ещё одна большая, да что там одна, целый ворох проблем, но основная, а именно — соблюдение строжайшего запрета на использование магии. Причём неосознанная активация заклинания Шар света меня очень напрягала, не давала покоя. Ведь кто-то из более чем двух тысяч магов моей армии может просто на автомате, по привычке, активировать заклинание Шар света. Очевидно, это было большой проблемой, потенциальной катастрофой. Не прямо сейчас, ведь межмировые проколы, как я видел, серьёзно ограничили главный инструмент охоты инсектоидов, их чувствительность к магии. Однако не до бесконечности же Сионшо будет слать своих жуков в мир Асшор?

Впрочем, ответа на этот вопрос я знать не мог. Тогда как решить проблему с выживанием моей армии я мог, план был, и для этого нужно было всего лишь найти подходящее, безопасное место для постоянного лагеря.

Сказать по правде, ожидания мои не оправдались, реальность оказалась иной. Всё же попав в мир Ссшорс, я ожидал, даже не знаю, как выразить, накала страстей или чего-то подобного, сражений на каждом шагу. Тогда как на деле инсектоиды в основном были нацелены словно бы на переселение в мир Асшор, столь огромными количествами они туда отправлялись через порталы. Наверное, может, Сионшо надеется таким образом выманить Лорда Зарему, заставить её выйти из своей Перевёрнутой крепости, или это был план самого Антероса, часть божественной игры? Мне это было неведомо, хотя и очень интересно, загадка не давала покоя.

Вот правда только, если самим не натыкаться на стаи инсектоидов, не лезть в пасть жукам, то, по большому счёту, они нам проблем совсем не доставляли. Также, учитывая куда более приятную погоду после лютых морозов мира Асшор, здесь было тепло, почти комфортно, так мои подчинённые вообще были довольны донельзя, радовались как дети.

Охотой же занимались лишь группы самых могучих воинов, элитные отряды, как, впрочем, и я сам, постепенно повышая свои параметры в призрачной проекции, пожирая души инсектоидов. Всё же когда ты можешь двигаться сквозь каменную породу, это уже совсем другая охота.

Умиротворённое какое-то спокойствие у меня появилось на душе впервые за долгое время. Мои наложницы, ну, кроме Мии, конечно, меня до сих пор не признали ни за Таталема Со, ни за старика Ирчина, но я и не стремился к этому особенно. Всё же большую, подавляющую часть времени я находился в своей призрачной форме, как бестелесный страж, ведь кроме меня, никто толком обнаружить противника, умеющего скрываться во тьме тоннелей, и не сможет.

Впрочем, в этом деле огромную помощь смогла оказать как раз Алия с точно таким же даром, как и у меня, чувствительностью к взглядам, а может просто способностью, выработавшейся за месяцы непрекращающихся сражений за выживание. Несомненно главное, что она, как и я, могла ощущать взгляды, невидимые прикосновения чужого внимания, и это сберегало огромное количество жизней, предупреждая о засадах.

Одно меня только беспокоило, не давало забыться, не имея навыка Картография, я не понимал, где именно оказался в мире Ссшорс, в какой его части. Тогда как моя гвардия во главе с Себией, верной воительницей, которая, очень надеюсь, ещё жива и здорова, должна была ждать меня в определённом квадрате территории. Примерно на расстоянии двух недель пути от врат в мир Тесэр, если идти обычным маршем. Вот не понятно только, сколько времени у меня уйдёт, чтобы найти их в этой тьме и хаосе, это очень большой вопрос без ответа. Как и выживут ли они до этого момента, смогут ли продержаться? Особенно учитывая невероятные размеры мира Ссшорс.

Ведь в рамках одного мира вариант открытия прокола с помощью кровавого ритуала не работал. Как минимум подобного способа я не знал, не встречал в памяти Багрового охотника, и применить не мог. Причём это меня серьёзно раздражало. Может только смешливая Алия могла отвлечь меня на привалах от этих тёмных мыслей, навязчивых страхов о судьбе гвардии. Так весело и непосредственно общаясь со мной, она словно и не понимала, кто я был на самом деле, воплощение смерти в глазах тысяч. Восприняв наше воссоединение тоже как знак Судьбы, божественное провидение. Правда немного иначе, нежели я, с другой интерпретацией.

Извратив в своём воображении суть Ловцов душ, демонических существ, внушающих ужас, словно я представал в образе её спасителя. Как один из стражей обители Антероса, легендарных защитников, о которых если где и упоминалось, то только в древних манускриптах, покрытых пылью веков. Ведь воочию их никто не видел.

Да и после более чем года одиночества, она, казалось, могла расспрашивать меня часами обо всём, что только возможно. При этом к моей армии в целом относясь очень прохладно и с сомнением, даже с некоторым презрением. Всё же полуарахниды не вызывали у неё положительных эмоций, гибриды казались ей противоестественными. Как и небольшая горстка аристократов-гоблинов, отказавшихся пройти метаморфозу Хитиновым покровом, цеплявшихся за свою чистоту крови. Как и деревенские гоблинши со своими детьми не сумели стать для неё достойными собеседницами, слишком разный опыт, слишком разные миры. А может, Алия была просто безумна, тронута Хаосом и самой Бездной, и в этом было её очарование?

Опять же, возвращаясь к поискам моей армии гвардейцев, навязчивая мысль не отпускала, с учётом моей способности принимать нематериальную форму и двигаться очень быстро, используя пространственные рывки, на десятилетия это точно не затянется. Зато вот на годы, это скорее всего. Два, три, может пять лет блужданий во тьме в поисках горстки верных воинов в мире, населённом миллиардами жуков…

Таких подарков Судьбы мне давно не попадалось, вернее сказать, за последние столетия моего существования, проведённые в бесконечных поисках идеального сосуда. Всё же полноценная армия существ, поголовно имеющих не просто магический дар, что уже было редкостью, драгоценностью в этом мире, где магия считалась привилегией избранных. Как минимум потому, что связываться с такими тратами ресурсов мало кто хотел, стоимость обучения и развития мага была слишком высокой.

Здесь же каждый воин и не только, даже гражданские специалисты, ремесленники, интенданты, имели стихийное ядро Света, пульсирующее внутри их тел! Что делало их куда сильнее обычных солдат, не в мире жуков Ссшорс, где магия была проклятием и смертным приговором, но в целом, в любом другом мире.

Хотя и контролировать таких существ куда сложнее, этого не отнять. Впрочем, их могучая, внушающая страх и благоговение воительница по имени Себия справлялась с контролем этого сброда разных рас, разных гоблинов, полуарахнидов, даже нескольких тёмных полуэльфов, максимально эффективно.

Однако не это было важно в моём открытии. Воинов, пусть и могучих, закалённых в боях, я могла вырастить и из числа покорённых гноллов, примитивных, но плодовитых существ, населявших мир Артхол. Вот единственно только, никого по-настоящему сильного из этого сброда не получится выпестовать при всём желании. Редких, действительно уникальных навыков для этого попросту нет. Причём дело не в деньгах, никто их просто продавать не станет. Карты навыков высшего ранга не продаются на рынках, их добывают кровью.

Ведь рождение Титана, это всегда история борьбы и миллионов смертей, океанов пролитой крови. Уникальный сплав воли, способной сломать законы реальности, желания достичь могущества любой ценой и удачи, той самой, что всё вместе даёт рождение одного Титана на многие сотни миллиардов посредственных существ, прозябающих в серости. Вот надо учитывать только, что и риски там слишком велики. Путь усеян костями тех, кто пытался и провалился, и даже имея дар предвидения, способность видеть нити Судьбы. Я за века своей жизни, за десятки сменяемых тел, так и не удостоилась подобного шанса. Как минимум такого, чтобы вероятность выжить после попытки восхождения была бы приемлемой.