Малика всё же осталась в поместье, что вызвало моё облегчение, поскольку я хоть и не доверял ей до конца, но понимал, что сёстры будут в большей безопасности с опытным клириком, чем с людьми Винсента. Вздумай он Фарен мне навредить, она бы действовала по-другому. Так что, на её счёт я был спокоен. Пока спокоен.

Спрятав под рубашку врученный Винсентом амулет защиты, я сел на заднее сидение «Зонала». С нами отправилось еще три бойца, не считая Гора. Больше брать смысла не было.

«Зонал» бронированный, бойцы экипированы по самую маковку, словно на полноценную военную операцию. Винсент — опытный маг, не считая водителя, который оказался неплохим магом школы Воды.

До Тихомирска мы домчались без происшествий. Ещё минут двадцать поплутали по узким улочкам, чтобы, наконец, выбраться к городскому парку.

— И где его искать? — из-за тонированного стекла толком не было ничего видно, поэтому, под осуждающим взглядом одного из бойцов, я дёрнул дверь в сторону, позволив ей отъехать до фиксатора. — По всему парку бродить?

— Не стоит, — подал голос Винсент. — Мне, кажется, я знаю, где нас ждут.

Парк раскинулся по обеим сторонам реки. Несколько пешеходных мостиков, выполненных в едином ансамбле, ухоженные газоны, лавочки. Заметил даже несколько фургонов ня колёсах, торгующих горячими напитками и различным «фастфудом».

«Миры разные, а людские привычки остаются прежними, — проворчала Миа, уловив мой лёгкий приступ ностальгии. — Во все времена».

— Доброй ночи, господин барон, — из тени шагнула долговязая фигура, в которой я безошибочно узнал Крайвена. — Господин Винсент, — кивок Гору.

— Здравствуйте, господин Крайвен, — сухо произнёс я.

«Ещё одна промашка, и мы будем говорить с тобой по другому, — мысленно рявкнул я на демоницу. — Трудно было предупредить?».

«Твоей жизни ничто не угрожало, — лениво отозвалась Миагозра. — И я тебе не дверной звонок, чтобы сигнализировать о каждом, кто попадает в зону твоего внимания. Учись справляться сам».

Сделав себе зарубку на предмет вдумчивого разговора с Миа, я обозначил учтивый кивок.

Крайвен был в своём неизменном образе: шляпа, плащ, и жутко воняющая папироса. Только в этот раз вторая рука обзавелась бумажным стаканчиком с кофе.

— Сразу хочу принести извинения за то, что так бесцеремонно выдернул вас из вашего поместья, — виновато улыбнулся дознаватель. — И поблагодарить за то, что вы всё же приехали. Я очень ценю ваше расположение, господин он Сворт.

— Не думаю, что вы пригласили меня, чтобы просто потрепаться о погоде, — не остался в долгу я. — Так что, подозреваю, у вас были очень веские причины. Слушаю вас, — я машинально поправил перстень на пальце, что не укрылось от цепкого взгляда Крайвена.

— Вы всё правильно поняли, господин барон, — ещё одна вежливая, но насквозь фальшивая улыбка, совсем не вяжущаяся с его оценивающим пронзительным взглядом. — Прогуляемся?

Дознаватель первого ранга правильно истолковал невысказанный мной вопрос, адресованный Винсенту.

— Своих людей можете оставить здесь. Можете быть уверены, что пока вы в моей компании, вам ничего не угрожает,

Пока вы в моей компании… Нормальное начало. Похоже, Крайвен сразу с места в карьер решил взять, подвесив эдакий жирный намёк.

— Господин Крайвен, — вернул я ему его улыбку, очень постаравшись, чтобы она была похожа на его собственную. По его виду, понял — получилось. — На будущее, чтобы у нас с вами не было разногласий… Не нужно, пожалуйста, говорить моим людям, как им поступить. Вы не поверите, но они у меня очень ответственные и самостоятельные, — в голосе прорезалась нотка сарказма. — На предложение прогуляться, отвечу положительно. Здесь и правда красиво. А воздух просто пьянит. Красота.

— Вот и хорошо, — ничуть не стушевался Крайвен.

— Отлично, — кивнул я. — У вас есть ровно пятнадцать минут, — мой голос похолодел.

Если я хотел его удивить, то это у меня получилось на все сто. Показалось, что следователь даже дышать перестал. А удивление тому или злость — мне было индифферентно. Не я это дерьмо начал. Так что, пусть укладывается, господин провокатор.

— Думаю, мне хватит, — посерьёзнел дознаватель. — У меня есть несколько вопросов, господин он Сворт. И, признаться, они не очень ложатся в мою картину видения ситуации, — подвесив паузу, Крайвен замолчал.

Приём, старый как мир, но от этого не менее действенный. Я же продолжил молчать, всем видом выказывая неподдельное внимание. Увидев, что вопросов от меня не последует, он продолжил:

— Я очень детально изучил вашу биографию, господин барон. Прошу меня простить, если я, по незнанию, скажу что-то обидное. Это не из желания оскорбить вас, а от недостатка данных.

— Весь внимание, господин дознаватель, — вздохнул я, засовывая руки в карманы плаща. — Умеете напустить туману.

— В этом мне с вами не тягаться, господин барон, — тактично заметил дознаватель. — Признаюсь вам, как на духу: меня очень заинтересовала ваша личность. Безнадёжно больной ребёнок, чудесное исцеление, скоропостижная смерть вашего почтенного батюшки, разногласия с родственниками, удачные переговоры, в результате которых вы поправили своё материальное положение и обзавелись «Импульсом». Всё это очень впечатляет, господин он Сворт, — Крайвен начал перечислять, а я — тихо охреневать от его осведомлённости. — О других ваших подвигах я вообще молчу, — снова театральная пауза. — Странный пожар в доме вашего родственника Вильгельма он Фарена, ваше не менее странное ранение… Разумеется, всё это внутренние дела Рода, понимаю, но согласитесь, всё это очень необычно.

— Очень ценю вашу откровенность, как и потрясающую осведомлённость. Но… Насколько я знаю, вы занимаетесь только теми делами, в которых фигурирует запретное, демоническое. Этим мой Род может «похвастаться» только в связи с последним происшествием. И то, господа инквизиторы, которых я пригласил сам, во всём разобрались. И выяснили, что я к этому не имею никакого отношения. Так чем же я вас так заинтересовал, господин Крайвен? — мой вопрос прозвучал максимально учтиво.

— Вы продолжаете меня восхищать, — в голосе дознавателя прозвучало удовлетворение. — Теперь я точно знаю, что с некоторой информацией обо мне вы уже ознакомились. Это удивляет. В вашем возрасте дети…

— В моём возрасте, господин дознаватель, — совершенно невежливо перебил его я, — не становятся главой Рода со всеми вытекающими. К тому же, у меня есть две сестры, о которых нужно заботиться, учёба у госпожи он Фарен и дела Рода. Так что, давайте не будем говорить о моём возрасте. Мне просто пришлось, если вы понимаете, о чём я. Что до информации о вас — у меня хороший «безопасник», целиком и полностью преданный Роду он Сворт. Так что, не ознакомить меня с кое-какой информацией о том, с кем я встречаюсь ночью в городском парке, было бы с его стороны не просто халатностью… Это было бы преступлением, господин Крайвен.

— Туше, — рассмеялся дознаватель. — В проницательности вам не откажешь. Хорошо, господин барон. Раз пошёл такой разговор, позвольте сделать вам предложение. Ответа от вас не требую, понимая, что такие вещи нужно как следует обдумать, посоветоваться со «специалистами»…

— Дайте угадаю, — вздохнул я. — Вы меня сейчас вербуете, верно?

— Ну почему же сразу — вербуете? — отмахнулся дознаватель. — Вербовать главу Рода… Это слишком даже для меня, господин барон. Скорее, я предлагаю вам дружбу.

Тут я не выдержал и рассмеялся. Понимаю, что только что, возможно, обидел человека или ещё хуже — заимел врага. Но грош ему цена, как спецу, если он позволит себе обиду в ответ на такие примитивные провокации.

— Позвольте, я проясню причины своего смеха, господин Крайвен, — отсмеявшись, я вытер несуществующие слёзы. — Несмотря на мою болезнь, пожаловаться на отсутствие у себя домашнего образования я не имею права. У меня были прекрасные педагоги и не менее прекрасные родители. Так вот, не помню, кто из всех этих почтенных людей мне вложил понимание, что такое дружба. Дружба, господин Крайвен, это добровольная, глубокая связь, основанная на взаимодоверии, уважении и общности интересов. Это если не брать в расчёт симпатию и общие духовные ценности. Не подскажете, господин дознаватель, какие у нас с вами общие интересы, кроме служению Империи?